Тайна опозоренной жены - Кария Гросс

— Глядите, как красиво! — заметила Роза через час, сматывая клубок. Она любовалась им. Он сверкает!

Анна принесла новый клубок, а Роза села украшать его.

— Ну, поехали! — выдохнула я, вывязывая первый ряд. Выдохлась я на десятом ряду.

— Давайте сюда, мадам! — произнесла Милдред, вручая мне Кристиана. Пока она вязала, мы с Кристианом сходили и посмотрели, как тетя Анна красит. Получалось у нее ловко. И по лицу было видно, что она кайфовала от процесса.

В гулком зале, похожем на логово паучихи были развешаны нити и слышалось мурлыканье незамысловатой песенки про первый поцелуй.

— Госпожа! — заметила Анна. — Смотрите, что я придумала! Я беру ни одну нитку, а целых три сразу! Так получается быстрее!

Мы с Кристианом вернулись в комнату, где Милдред сопела над вязкой. Она вручила вязку Розе, а сама села ставить звездочки.

— Роза, дай-ка сюда… — прошептала я, видя приличный кусочек шали. Я положила две шали рядом и…

Роза сидела и улыбалась. Она заметила это давно, а я чувствовала, как меня переполняет гордость. У нас получилось!

— Еще нитки! — послышался голос Анны.

— Продадим первые две шали, — перечисляла я. — Наймем еще девушек! Ваша задача будет их обучить.

Я понимала, что дело оказалось намного проще, чем я думала. Самым сложным было — попасть в общество, которое сейчас осуждает меня со страшной силой. Я мысленно умоляла судьбу дать мне подсказку…

Как вдруг послышался стук колес. Я отогнула штору, видя, как к дому подъезжает карета и из нее выходит мой муж.

О, нет!

— Госпожа, что случилось? — спросила Анна, когда я быстро вручала ребенка Милдред. — Госпожа…

— Муж. Приехал, — прошептала я, а в мыслях было, что сейчас он заберет Кристиана!

Глава 27

Внутри все вздрогнуло, сердце поднялось в горле комом, а я стиснула зубы. Ребенка я не отдам!

— Это твой — последний шанс помириться! — послышался радостный голос тетушки Мэйбл.

Я посмотрела на нее взглядом Медузы Горгоны.

— Нет, — произнесла я, гордо расправив плечи.

Было слышно, как в дверь стучались. Каждый стук заставляла мысленно вздрагивать.

— Глупая! — засопела тетушка Мэйбл. — У каждой приличной женщины есть муж! Мужа нет только у женщины неприличной!

— Как у вас! — ядовито ответила я, раздражаясь от настойчивого стука и лекции про семейные ценности.

— Да! Как у меня! — дрожащим голосом произнесла тетушка, шумно втянув воздух. — Одна роковая ошибка молодости стоила мне счастья! И я не хочу, чтобы ты повторила мою ошибку!

Меня трясло при мысли, что муж не уходит!

— Я дверь закрыла, — прошептала Анна, а я посмотрела на нее с благодарностью. Но дверь — это слабая защита!

— Не глупи! — настойчивым коршуном — правильного воспитания, белым пальтишком от добродетели вилась вокруг меня тетушка. — Мудрость женщины должна заключается в умении делать вид, словно ничего не случилось!

— Я не люблю его. И не хочу иметь с ним ничего общего! — произнесла я, скрипнув зубами и нервами. О, как же действует мне на нервы этот настойчивый стук.

— Любовь! Пфе! — усмехнулась тетушка, глядя на меня. — Любовь — вот корень всех зол! Она разрушает семьи! Если бы не внезапно вспыхнувшая любовь, то мужчины бы не бросали жен, а жены, не убегали от мужей! Любовь только мешает браку, и никак не укрепляет его!

Я раздраженно дернула плечом, не желая слушать лекции о морали и нравственности.

— Ну, знаете ли! — произнесла тетушка Мэйбл, понимая, что ее слова для меня как жужжание комара летней ночью.

Она решительно взяла в свои сухонькие ручки подол платья и направилась к двери.

— А вы куда собрались? — спросила я, прищурилась я.

— Спасать жизнь и репутацию одной глупой и упрямой девчонки! — заметила тетушка, выходя за дверь.

Я поняла, что она идет открывать, и бросилась за ней.

— Нет! Я в этом доме хозяйка! — закричала я, чувствуя, что тетка настроена решительно. — И я приказываю вам сесть, прижать турнюр!

Тетушка Мэйбл ускорила шаг, выходя в холл.

— Девочки! — приказала я, ловя тетку. — Хватайте ее!

Мы схватили брыкающуюся тетушку Мэйбл, которая кричала, что все равно спасет наш брак.

— Запереть ее! — задыхалась я, видя, как резвая старушенция брыкается, как коза!

— Пустите! Немедленно! — послышался возмущенный голос. — Твои платочки- лоскуточки тебя не спасут! Я долго молчала, но теперь скажу! Ни одна приличная женщина из знатной семьи не опустится до того, чтобы быть торговкой! Ни одна! Ниже падать уже некуда! А ты решила уподобиться базарной девке, которая предлагает товар направо и налево! К тому же…

Тетка прокашлялась, а мы тащили ее в сторону комнаты.

— … ни одна приличная женщина ничего у тебя не купит! — кричала тетка. — Ни одна! Приличные женщины дорожат своей репутацией! Они могут спокойно покинуть бал, если вдруг увидят на нем недостойных людей! Я уже не говорю о том, чтобы ответить на приветствие какой-нибудь падшей женщины! А ты собираешься им платки продавать!

Анна открыла двери, а я втолкнула тетушку Мэйбл в шкаф, тут же бросаясь на дверь и прижимая ее плечом. Анна протянула ключик, а не сразу попала в замочную скважину.

Ключ провернулся, закрывая ее. А я выдохнула, отходя на несколько шагов.

— Выпустите! Вы… — начала тетушка. — Я сейчас потеряю сознание! Ой, мамочки! Я уже его теряю!

И правда! В шкафу послышалось «бух».

— Дверь не открывать! Ни одну, ни… — начала я, как вдруг увидела на пороге комнаты Ландара.

Анна побледнела, глядя на хозяина, и опустила глаза. Едва заметной стайкой девочки бросились из комнаты. Красавец смотрел на меня чарующим взглядом. Его аристократическое лицо казалось бледным, а губы дрогнули.

— Все-таки вошел! — негромко произнесла я, сжимая ключ от шкафа в руке. — Итак, чего ты хотел? Нет, скажу по-другому? Чего ты хотел после того, как опозорил меня на всю столицу?

— Наверное, помириться, — произнес Ландар негромким голосом. Он достал коробочку и открыл ее. В свете магических свечей сверкнул драгоценными камнями роскошный золотой браслет.

Глаза дракона скользнули по несомненно дорогой вещи, а потом по мне.

Я посмотрела на протянутый браслет, делая глубокий вдох.

— Я не возьму, — процедила я, скрипнув зубами и отвернувшись от подарка. — Я не собираюсь с тобой мириться.

— Понимаю, в твоей душе обида. Я был неправ, когда так поступил, — послышался голос, а я смотрела на резную замочную скважину шкафа. — Я хочу вернуть все назад!

— А сплетни ты вытащишь из ушей общества? — спросила я, нервно и насмешливо. — Хочу на это посмотреть!

Ландар обжег меня взглядом. Он положил