Развод. Семья вдребезги - Тала Рид

Я никогда не нуждался в ее любви, даже будучи ребенком и подростком, но ощущал, что Андрея она любит гораздо больше. В отличие от мачехи, отец не демонстрировал разницы между мной и братом, и всегда ко мне относился со всей душой и любовью.

И вот опять.

Я захожу на кухню и слышу, как Марьяна поливает помоями мать.

На пару с Раей, которая наставила рога, пытается очернить честь и достоинство человека, которого давно нет в живых.

— Илья, ты не так меня понял, — тут же идет на попятную злобная баба.

— У меня со слухом все в порядке. Пришла любимого сынулю прикрыть? Молодец, отличная защитница. А теперь вставай и проваливай отсюда.

— Гонишь? Это Рая тебе изменяла, почему агрессия в мою сторону?

Жена покрывается бордовыми пятнами и пересохшими губами шипит:

— Что вы несете Марьяна Викторовна? Это поклеп! Я верна своему мужу, а вот вы — заставляли меня спать с Андреем, требовали избавиться от Элины, даже преступным путем. Просили убить маленького Ванюшу еще в утробе.

— Совсем ошалела? — вспыхивает мать.

Признаться, даже забавно смотреть на шоу, которое разворачивается перед глазами.

— Я не вру! Вы гадкая грымза, бесчеловечная бабенка, которая только и делает, что всех стравливает!

— Рая, я же любила тебя. Относилась, как к дочке, что ты устраиваешь? — выдает Марьяна.

— Любила? Илья, она подталкивала к преступлению, буквально умоляла расправиться с Элиной и Иваном! У меня имеются доказательства, — судорожно хватает со стола телефон. — Я могу показать, есть куча записей на диктофон.

— Боже, все интереснее и интереснее, — ухмыляюсь. — Подскажи, а как тебя оправдывает поведение Марьяны? Полагаешь, что скачки на члене Андрея — это мелочь? Ты ведь изменяешь мне с самого начала, сука. И только попробуй соврать, что нет.

— Илья, я верная… я… — начинает плакать.

— Даю тебе шанс во всем признаться. Говори правду!

— Клянусь нашими будущими детьми, что не спала с Андреем. Ненавижу эту семейку и хочу быть только твоей. Пожалуйста, не верь им, Илья, — всхлипывает. — Марьяна Викторовна чудовище, доводила меня, угрожала, она страшный человек, — продолжает завывать.

Мать резко подрывается и набрасывается с кулаками на Раю.

— Решила меня обвинить? Не позволю! Не дам никому разрушить нашу семью и лишить денег, — начинает ее таскать.

В дверь раздается звонок...

Глава 24. Андрей

Думай, Андрей, думай!

Как быть, и как вырулить из поганой ситуации, в которую попал.

Нет, ну это просто натуральный звездец!

Собственная мать рассказала жене об измене.

Права была Элина, у Марьяны — язык без костей, и она редко соображает перед тем, как им молотить свою правду-матку.

Вот кто ее просил говорить о Рае?

Если узнает Илья — всем кранты.

Неужели нельзя было подключить мозги и сначала со мной посоветоваться? Не верится, что любовница доложила ей о нашей связи, неужели следила?

В ненависти к жене скоро свихнется.

На часах уже позднее время и я подумываю о том, а не поехать ли к Раисе?

Брат в командировке, точно знаю, так как приглашала сегодня к себе на ночь, а нам просто необходимо встретиться и обсудить тактику поведения.

Нельзя допускать того, чтобы информация о запретном романе дошла до Ильи. Цена будет слишком высокой. Проиграют все, так как финансовые вливания от старшенького, являются фундаментом моего бизнеса, и его протекции и круга знакомых — лишаться ну никак нельзя!

Больше не хочу жить без денег, и болтаться как кусок дерьма в проруби, в поисках заработка. Привык к стабильности и шуршащим бумажкам в кармане.

Нужно договориться с любовницей, как себя вести, и каким образом выползти из той жопы, в которую нас отправила мамаша. Прекратить глупую связь и затихариться.

Сейчас все силы необходимо направить на сохранение брака.

У меня сын.

Маленький и нуждающийся в заботе, а я…

Ощущаю укол вины перед ребенком.

Отец я и правда не самый лучший, но ведь Иван ни в чем не виноват. Да, появился сын не вовремя, но расплачиваться за мое блядство не должен. Хочется для него полной семьи, а не воскресного времени вдвоем на пару часов.

Надеюсь, Элина проявит благоразумие и не станет ничего говорить Илье. Она женщина с мозгами, не привыкла рубить с плеча, и обязательно все обдумает.

Поддержки от родственников ей не светит, а с младенцем далеко не уйдешь.

Пусть и хорохорится, что будет бороться за недвижимость и финансы, но по факту — женщины годны лишь на то, чтобы угрожать и пугать.

Эля вымотана бессонными ночами и визгами сына, у нее банально не хватит энергии на войну за сытую независимость и разборки. Сдуется.

Черт!

Какая же мать идиотка.

Безумно на нее злюсь.

Честно говоря, сегодня впервые готов был ей врезать.

Вырубить.

Только бы замолчала и не продолжала меня топить.

Вызываю такси и еду к Раисе.

Внутри ужасное чувство стыда вперемешку с гневом.

Неприятно, что я настолько упал в глазах Элины. Обидел ее.

Признаться, даже удивлен собственному ощущению стыда, так как для себя я вроде бы нашел оправдания походов налево, аргументы, почему мне это нужно, договорился с совестью и сам поверил в то, что все делаю правильно. А теперь…

Противно как-то.

Мерзко.

По дороге к Рае заезжаю в магазин и покупаю бутылку виски.

Нужно выпить, разогнать панику и приглушить чувство гадливости.

Анестезия.

Набираю любовницу, но она не поднимает.

В кухне горит свет, значит дома.

Скорее всего надула губы, что не явился, и злится.

Знала бы она…

Поднимаюсь на этаж и нажимаю на звонок.

Дверь распахивается, и я вижу… Илью.

Внутри все ухает. Ей Богу, можно обделаться от такой неожиданности.

— Привет, — здороваюсь, ощущая в голосе дрожь. Ноги подкашиваются.

— Здарова, какими судьбами? — бросает взгляд на бутылку с алкоголем.

— Да вот, решил заехать к тебе, выпить.

— М-м-м. Хорошая идея, проходи.

— Нет, я, наверное, не вовремя, пойду, — пытаюсь пойти на попятную.

— То есть, ты заявился среди ночи с вискарем, чтобы накатить, но встретив меня, уходишь? Андрюх, ты не стесняйся, причаливай, — резко хватает за воротник и втягивает в квартиру. Дверь за спиной захлопывается. — Разувайся, все уже в сборе. Сейчас устроим вечеринку. Презики прихватил?

— Ч-ч-ч-то?

— Гандоны, блядь, взял? Или ты с моей женой не предохраняешься? — грозно хрипит.

— Я не… — прочищаю горло, — не понимаю, о чем ты.

— Райка вон как нарядилась, халатик, чулочки, губы намазюкала так, что в Китае видят блеск ее сияния. А что же ты? Где цветы? Счастливая улыбка? Муж уехал, можно развлекаться, а ты такой понурый.

— Илья, ты что-то