Красная помада и последствия - Елена Северная

рыться в одной из сумок, что кучкой лежали в углу. — Где-то тут, должно же быть, — бормотал он себе под нос до тех пор пока не нашёл, что искал. Тогда завопил шёпотом: — О! Есть! — на моём пальце тут же оказалось тоненькое колечко. — Как хорошо, что у тебя пальчики пухленькие! — умилялся этот пройдоха. — Себе делал, а тебе как раз будет, — пояснил он. — Я мечтаю стать ювелиром, только вот родители ни в какую. Говорят — не наша ниша. Ну да ладно. Пошли быстрее!

И меня поволокли из комнаты на выручку брату, я так понимаю.

Кольцо на пальце ощущалось странно — как чужое. Лёгкий холодок металла, непривычная теснота. Я же в кафе с продуктами всегда возилась, там кольца запрещены. Вообще не ожидала от себя такого… сумасбродства. Обычно я в такие авантюры не ввязываюсь. А тут, как чёрт попутал. До того интересно стало — что ж такое у них творится?

Тем временем, этот электровеник, Леонид который, тащил меня, словно торпеду, по коридору, попутно давая вводные ценные указания.

— Говорить буду я, ты только поддакивай. И это… я ж тебя и поцеловать могу и всё такое…

— А в глаз? — привычно прошипела я.

— Всё в пределах нравственности! — протараторил этот балабол.

— Но у тебя же кто-то был сейчас! — услышали мы капризно-возмущённый голосок.

И тут настала минута славы. Мы триумфально вышли из коридора (читай, — меня выволокли!), и Лёнька с гордостью торжественно возвестил:

— Не «кто-то», а я и моя невеста!

Вид при этом он имел весьма придурковатый, как в том трактате царя Петра. Волновался сильно, наверное. Ладонь, что крепко держала мою руку, слегка вздрагивала. Я еле сдержала смех: это ж надо так бояться какой-то девицы! Хотя, я не права. Он не девицы боится, а ЗАГСа.

Наше триумфальное появление ознаменовалось грохотом падающих челюстей. Не наших, конечно. На кухне обнаружилась, помимо хозяина и кошки, красивая стройная блондинка. Вот её челюсть грохотала громче всего.

Первой опомнилась Бусинка. Она мягко спрыгнула со своего законного стула, лениво изогнулась в грациозной дуге и, приблизившись ко мне, запросилась на ручки. Я на автомате подняла её и прижала к себе одной рукой. Вторая так и продолжала оставаться в плену у «жениха».

— Как «невеста»? — отмерла блондинка, которая, по видимому, и являлась той самой Сонькой.

— Обыкновенно, — Лёнька довольно фыркнул. — Когда люди женятся, девушка — невеста, а мужчина — жених!

Он по-хозяйски огладил мой бок, с видимым удовольствием покосился на верхние достопримечательности моего тела, а затем галантно препроводил к столу.

— Присаживайся, дорогая, — оскалился он в улыбке и тут же воскликнул: — А давайте чай пить! Полиночка, познакомься, это наша подруга детства, Соня. Она нам как сестра! — вдохновлённо вещал этот балагур, шустро расставляя чашки и клацая электрический чайник.

Вечер, точнее, ночь, становилась всё интереснее и интереснее.

— А как же, — промямлила блондинка, — Моя подруга… Её парень… А я…

— Ничего страшного, Соня, — Макс, похоже, тоже пришёл в себя. — Я сейчас вызову тебе такси.

Надо сказать, девица и впрямь соответствовала характеристике, данной моим «суженым». Она быстро взяла себя в руки и, очаровательно захлопав ресничками (и ведь натуральные!), трогательно промурлыкала:

— Макс, а может, ты сам отвезёшь? Эти таксисты… Мало ли что у них на уме? Ночь же!

Я даже замерла в предвкушении: интересно, как работодатель отвертится от совместной поездки? Ситуация весьма щекотливая. По словам Леонида, с Соней опасно оставаться наедине. Чревато непредсказуемыми последствиями.

— Видишь ли, Соня, — пробасил Макс, — мы тут немного отметили помолвку Леонида и Полины, так что за руль мне никак нельзя, — он очень «расстроено» развёл руками с видом глубочайшего сожаления. И пока блондинка не сообразила ещё чего-нибудь, молниеносно схватил телефон, набрал номер такси, продиктовал адрес и только тогда облегчённо выдохнул. — Что? — невинно отреагировал на разочарованный взгляд ночной гостьи. — Я просто переживаю, чтобы тебя доставили в целости и сохранности.

— Да-да, — поддакнул младший братец. — Не то тётя Берта с нас шкуру спустит.

Пока ждали машину, чай пили в тягостном молчании, лишь Леонид изредка счастливо улыбался и смотрел на меня собственнически. В конце концов, Сонька не выдержала:

— А ваши родители в курсе? Мне мои ничего не сказали, — она испытывающе уставилась на Макса. — Семейный бизнес ведь к Лёнечке переходит, ты же отказался.

А-а-а-а, вот, оказывается, в чём причина такого настырного желания выскочить замуж за одного из братьев! Лучше, конечно, за младшего, но и старший подойдёт. Главное — влезть в семью.

Глава 11

Максим Ветров.

Когда Лёнька появился на кухне вместе с Полиной и представил её как свою невесту, у меня почему-то пол из-под ног решил сбежать. Вы только представьте! Нет, братец у меня тот ещё фрукт, — с прибабахом, бунтарь по натуре. Может потому, что я ещё лет в десять поставил родителей перед фактом, что не хочу в будущем заниматься «едальным» бизнесом. У нас тогда было два небольших кафе в пригороде, и отец планировал открыть ещё одно, но что-то типа столовой в новом микрорайоне. Лёньке тогда четыре года было, и он с детской непосредственностью заявил:

— А как люди без еды будут жить?

Родители умилились и переключили всё внимание на младшенького. Он сразу стал звездой. Не скажу, что я рос как сорняк. Меня любили, обеспечивали, оплатили учёбу, даже с заграничной стажировкой помогли, но наследником теперь считали только Лёньку. Он рос весёлым человечком, такой кудрявый обаяшка, язык подвешен — обзавидуешься! Братишка со всеми легко сходился и, самое занимательное, умел своё мнение и желания преподносить окружающим так, что у них создавалось впечатление, якобы это родилось у них в головах. Поразительная способность! Гений манипуляции, не иначе. Отец просто ликовал. Говорил:

— Леонид — прирождённый дипломат. С его способностями мы далеко пойдём.

Неудивительно, что брата уже с самого детства многие компаньоны отца по бизнесу и просто знакомые мечтали видеть в зятьях.

И вот этот «прирождённый дипломат» представляет Полину своей невестой! Она сама согласилась на эту авантюру или сработал Лёнькин талант? Почему-то хотелось верить во второе. Так или иначе, я еле дождался, пока прибыло такси и Сонька, явно не желая уезжать, всё же отправилась восвояси. Я проводил её до машины под бдительным оком консьержки, этакой всевидящей бабы Яги, и её одобрительным покачиванием головы.

— А та корова? — высунулась бабка из окошка. — Она не собирается домой или куда там ещё? Мне сторожить или как?

Я с силой выдохнул, призывая всё своё самообладание. Поразительно, но «жена на час» вызывала во мне бурю разных чувств,