Говори обо мне гадости! - Анна Долгова

Мы подъехали к заброшенному заводу. Это бывший мясокомбинат, стоит уже без дела лет тридцать.

— Сиди в машине, я сейчас приду, — велит мне Влад, но я не собираюсь его слушать.

— Нет. Я с вами, — и тут же выскакиваю из машины.

Он выходит и тяжело вздыхает:

— Я же говорю, что угораздило…

Не знаю, как реагировать на эти слова и не успеваю. Он подходит ко мне, крепко берет за руку и, заведя немного меня за свою спину, идет вперед.

— Осторожнее. Здесь камни большие. Смотри ноги не сломай, — говорит он спокойно, я слышу заботу в его голосе.

Как же одиноким женщинам не хватает таких слов. Да еще и с таким акцентом на заботу о ее здоровье.

Заходим внутрь. На нас тут же устремляются многочисленные глаза, которые слегка освещены телефонами. Молодежь разбрелась по кучкам. Пьют пиво, курят. У многих включена музыка.

Влад стоит на месте.

— Ребят, можно тишину на десять секунд? — не грубо и не повелительно произносит он. Будто просит их.

— А больше тебе ничего не надо, дядя? — грубит один парень лет шестнадцати.

Я инстинктивно сжимаю руку Влада. Он отвечает мне, но через мгновение начинает водить большим пальцем по моей тыльной стороне ладони. Успокаивает меня. И мне действительно становится спокойно.

— У нас сын пропал. Вдруг он здесь, — не меняя голоса и не показывая недовольства, говорит Влад.

— Так позвони ему, — отвечает другой парень.

— Я и хочу позвонить. Но он трубку не возьмет, а из-за музыки мы не услышим звонка телефона.

Удивительно, но ребята стали выключать по очереди музыку в своих телефонах. Даже тот парень, который начал дерзить.

— Звони, — оборачивается ко мне Влад.

Я дрожащими руками достаю телефон и набираю Ромку. Гудки идут, но тишина в заброшенном помещении отдается в сердце болью, словно в него кинжал воткнули.

— Спасибо, — благодарит Влад и оборачивается ко мне, показывая, что можно уходить.

— Стой! — кричит дерзкий. — А ты случаем не Арсеньев?

— Арсеньев, — Влад стоит к нему, повернувшись в половину корпуса.

— Так у тебя семья здесь что ли? — удивленно спрашивает он.

— Да. Это моя жена Елена. Мы ищем сына Рому.

— Афигеть! — среди ребят прошел соответствующий гул. Кто-то присвистывал. — А сколько лет парню?

— Четырнадцать.

Молодежь немного помолчала, но потом молодой человек, кажется, уже совершеннолетний, ответил:

— Не, здесь таких маленьких нет. Малолеток ищите на заброшке по улице Новострой. Там два дома недостроенных и заброшенных. Завод для таких малолеток далековат. А стройка в самый раз.

— Спасибо, — подаю уже я голос.

Мы выходим из здания и за ворота. Все это время Влад держит меня за руку, не давая споткнуться. Он открывает передо мной дверь. Я плюхаюсь. Пытаюсь держаться, а у самой слезы глаза заволокли.

Влад садится за руль:

— Едем на стройку. Я не знал о том, что эти дома заброшены. Давно их не строят? — он смотрит на меня и осекается. — Лен. Лен, ты чего? Лен, не реви. Мы только начали. Ты будешь после каждой заброшки так реветь?

Он пытается ругать меня, а сам мне большим пальцем руки слезу вытирает, которая уже давно скользит по щеке.

Я только киваю головой, подтверждая его слова. Да. Буду реветь каждый раз, когда не встречу сына.

— Так дело не пойдет, — качает он головой отрицательно. — Лен, мы найдем его. Слышишь?

А я чувствую, что уже все щеки в слезах. Мне видятся разные картинки. Фантазия-то бурная у меня.

Но тут раздается звонок. Вижу на экране телефона «Ромашка». Быстро отвечаю:

— Але! Ром!

— Гражданка Королева Елена Владимировна? Это старший лейтенант Коротков. Мы нашли вашего сына…

Вбегаю в четвертое отделение полиции. Оно уже знакомо нам. Каждый раз в него только и попадаем. Боюсь встретиться взглядом с оперативниками. Что сейчас мне скажут? В каком состоянии Ромка?

В отделе сидят четверо подростков. Мальчишки. Вижу Ромку. Сидит в дальнем углу. Живой. На первый взгляд здоровый. Встаю, как вкопанная, поскольку не понимаю, что делать дальше. Подбежать обнять? А если отстранится?

Ромка поворачивает голову в мою сторону. Только сейчас замечаю, что за мной стоит Влад. От этого взгляд сына становится удивленным. А у меня опять слезы из глаз льют. Я уже и не пытаюсь сдержаться.

— О! Привет всем, — Ромка улыбается нам.

У меня камень с души падает. Нет больше в нем обиды и злости. И пусть этому послужила встреча с Владиславом Игоревичем.

— Ну здравствуй, беглец, — строго произносит Влад, отчего Рома осекается и опускает виноватый взгляд.

Плакать прекращаю. Аккуратно вытираю слезы пальцами.

Среди тех подростков, которые еще здесь присутствуют, узнаю Юрку. Соседского мальчишку. Тут же в отдел залетает его отец. Нервный. Всклокоченный. Злой.

Отвесив сыну подзатыльник и быстро махнув головой в мою сторону в знак приветствия, заходит в кабинет. Что-то там бурно обсуждает и уже через пару минут выходит. Схватив сына за капюшон, рывком поднимает, гневно подталкивает в сторону выхода.

Понимаю, что мне придется проделать то же самое. В смысле, что зайти в кабинет и переговорить с оперативником. А ноги не идут. Я боюсь.

Чувствую, как Влад подхватывает меня за локоть и тянет в сторону кабинета. Сам проходит первым, меня же сажает на стул, расположенный возле двери.

— Здравствуйте! — решительно произносит Влад.

— Здравствуйте. Вы за кем? — спрашивает старший лейтенант без особого интереса в глазах и в голосе.

— За Королевым, — тихо произношу я.

От моего ответа взгляд старшего лейтенанта Короткова становится заинтересованным, и даже каким-то насмешливым. В этот момент заходит еще один оперативник. Его я помню. Виделись. Здесь же. Два года назад.

Старший лейтенант Коротков дергает вошедшего и, кивая в мою сторону, произносит:

— Гляди-ка, за Королевым пришли.

Теперь уже они вдвоем смотрят на меня с интересом.

Вошедший сотрудник с усмешкой спрашивает меня:

— Опять?

Киваю головой, как непослушный ребенок, который опять провинился. Понимаю, что вина только моя в том, что ребенок мой завсегдатай отдела. Но что мне делать теперь с ним?

— И как часто вы будете к нам сюда приходить? — теперь уже переходит в наступление старший лейтенант Коротков. — Стабильная регулярность, конечно, это хорошо. Каждые два года. Как роды у слонов, извиняюсь за сравнение.

— Да уж, извиниться за подобное сравнение стоит, — немного грозно отвечает им Влад, которого оперативники до этого времени и не замечали.

Оба сотрудника смотрят на Влада. С недовольством.

Ой. Теперь мне страшно за нас всех.

— А вы кто, собственно, будете? — спрашивает Коротков.

— Владислав Арсеньев, — сухо говорит Влад.