Подарки возвращать не принято - Елизавета Владимировна Соболянская

От всей фигуры Орнеллы веяло горечью. Даже ее аромат ее духов полынью оседал на языках мужчин. О, теперь они осознали, отчего так волновался всемогущий Рейс Тиррон! Женщина в горе, в тоске, в унынии способна на многое!

– Не скажу, что рада вас видеть. Что-то срочное? Ваши комнаты отдали постояльцам, и вам негде ночевать?

Мужчины стояли молча, боясь, что их немедля отошлют, если дива узнает, что их комнаты свободны.

Чувствовалось, что Орнелла не хочет сейчас слышать слов. Ей больно, и эта боль рвется наружу чем-то отчаянным и острым – истерикой, загулом, криком… Вот только воспитание – строгое воспитание семьи Дейрен не позволяет отпустить тормоза. Поэтому Ора стояла, смотрела на мужчин и ждала ответа.

От ее взгляда им хотелось попятиться.

Однако уйти и оставить диву в таком состоянии миньонам не позволяли воспитание и опасение – что если их новая госпожа решит испытать на прочность панорамное стекло? Внизу три десятка этажей и очень твердое покрытие парковой аллеи. Найти бы предлог задержаться…

Младшие начали посматривать на Тайши, ведь ему, как старшему, полагалось вести разговор с дивой. Но брюнет слегка растерялся – ему не приходилось еще успокаивать женскую истерику не-родственницы.

К счастью, Ора сама пришла мужчине на помощь. Слегка нахмурилась и сказала:

– Дядя сообщил мне, что переезд в квартиру задерживается. Там все действительно так плохо? – девушка сделала большой глоток из бокала и продолжила смотреть в темное окно.

– Завтра ваша спальня и мастерская будут готовы. К вечеру, – осторожно ответил Тайши.

– Значит, сегодня можно выпить! – она повернулась к ведерку с бутылкой шампанского. Миньон услужливо перехватил обтянутое фольгой горлышко и наполнил опустевший бокал.

– Вы можете остаться здесь, если вам некуда идти! – махнула на миньонов рукой дива. – Только ведите себя тихо и не мешайте.

– Дива, – снова поклонился Тайши, принимая удар на себя, – разве вам не скучно пить в одиночку? Мы с радостью присоединимся к вашей вечеринке! Джамьянг может сыграть или спеть, Норбу отлично танцует. Я знаю много смешных историй, а Шераб умеет метать ножи с закрытыми глазами. Может быть, вы позволите нам остаться и… тоже немного выпить? Мы не успели отметить подписание контрактов…

Тайши рисковал. Но ему так хотелось стереть горечь из прекрасных глаз Орнеллы, что он пошел ва-банк, предлагая любые, даже самые дикие развлечения, только бы Ора разрешила им остаться.

– Выпить вместе? Это мысль, – дернула уголком рта девушка. – Никогда не видела, чтобы вы пили! Что предпочитаете? Бар там!

– На Лерае мужчинам не принято пить крепкое или в большом количестве, – Тайши открыл дверцу шкафчика и осмотрел бутылки и бокалы.

– Почему не принято? – удивилась Орнелла.

– Семенная жидкость… Она регулярно обновляется, но ведь мужчина не может точно знать, когда дива призовет его в постель и пожелает зачать от него, – немного беспечным тоном ответил Тайши. – Конечно, после пирушки можно, хм, сбросить балласт, но риски велики.

– Так вот почему бармен спросил, мужского или женского вина я хочу, – покивала сама себе Ора. – Пейте, что хотите, парни, сегодня мы просто провожаем мою счастливую холостяцкую жизнь! – девушка снова подняла бокал и опустошила его в несколько глотков.

Тайши спрятал укоризненный вздох и налил себе немного пряного ежевичного ликера. Норбу выбрал искристое «шелковое» вино с южных гор, Шераб – травяную настойку, а Джамьянг – вишневое вино севера. Орнелла налила себе еще шампанского и махнула рукой на диваны:

– Садитесь, где хотите. Сегодня никаких серьезных разговоров. Я пью и плачу. Вы можете делать что хотите, главное – не мешайте! – выпив очередной бокал, девушка потянулась за бутылкой и чуть не упала.

Ну да, она забыла пообедать, прощаясь с подругами, выпила только чашку кофе, а от ужина отказалась, желая провести время в одиночестве и с бутылкой вина. Она-то ладно, а ее мужчины? Они ведь целый день где-то были. Волка при ней кормили, а их?

– Вы ели? – спросила Орнелла, обводя миньонов взглядом.

– Не успели, дива, – ответил за всех Тайши.

– Закажите ужин из ресторана, – девушка кивнула на планшет, – и мяса для Снейпа. Ему рекомендовано еще несколько дней оставаться волком.

Мужчины занялись заказом, а Ора развернула кресло к темному стеклу и снова уставилась на огоньки космопорта. Тоскливо. Душа рвется на Сорайю, к маме, к папе, к братьям… Еще неделю назад она с радостью проводила время на Лерае, а теперь он казался ей тюрьмой! Даже мысли о конкурсе перестали радовать, а ее задумка потускнела. Может, вообще не стоит продолжать? Девушка отхлебнула еще вина и покачала головой – не пьянит, только голова тяжелая, да координация не очень. И все же ей хотелось напиться до беспамятства, чтобы принять ситуацию, заглушить тоску, погрузиться в темную-темную ночь, а потом встретить новое утро…

Тут отворились двери, Джамьянг и Шераб приняли столики с едой. Сняли колпаки с блюд. Вкусно запахло жареным мясом, выпечкой, свежими овощами. Ора невольно сглотнула и прижала руку к животу. Зазвенели приборы – мужчины накрывали на стол.

– Дива, присоединитесь к нам? – аккуратно поклонился Тайши, пряча взгляд.

Орнелла посмотрела на красиво накрытый стол и оценила соблазнительный натюрморт из ее любимых блюд. Джамьянг зажег много маленьких свечей, Шераб поставил на край стола тарелку, Норбу придвинул ближе блюдо с отличными стейками, а Тайши поставил на пол миску с мясом для Снейпа.

– Присоединюсь, – вздохнула девушка.

Ее кресло с почтительным бормотанием тут же развернули к столу, подали салфетку и налили в бокал что-то похожее на гранатовый сок. К мясу напиток подходил идеально, хотя Ора не могла понять, что это. Пока ела, хмель почему-то потихоньку выветрился. Мужчины разговаривали о погоде, природе и красоте цветущих садов. Такая беседа не напрягала, не заставляла чувствовать себя глупой или лишней, поэтому вскоре Орнелла расслабилась, а Джамьянг взялся за инструмент, который ему принесли вместе с ужином.

Под легкие переборы струн тоска начала отступать. Огоньки свечей завораживали, а мужчины в мягком полумраке рядом с живым огнем стали выглядеть немного иначе. На лице Шераба вдруг проступили следы страданий. Норбу, золотой мальчик, прятал страх. Тайши – безусловный лидер и красавец – показался очень юным и одиноким. А Джамьянг… Орнелла вдруг поняла, что певец и музыкант уже любил, но его любовь… есть ли она еще на этом свете?

Ей вдруг стало интересно – а что сейчас написано на ее лице?

– Дива, вы позволите развлечь вас танцем? – шепнул Норбу, протягивая руку.

Ора засомневалась, но миньон подал ей свернутую салфетку. О, этот танец был ей знаком! Его танцевали на маленьких, почти семейных вечеринках, и обязательно предлагали станцевать помолвленным.