Отпуск с бывшим мужем - Диана Рымарь

шляетесь, а мы с Ликой дома… — говорит Влад, усаживаясь рядом с ней, кладет руку ей на плечо. — Когда с любимой хорошо, и из дома выходить не нужно…

В его голосе слышится такое самодовольство, что у меня аж непроизвольно сжимаются кулаки.

Он явно гордится собой — накормил беременную любовницу деликатесами, теперь можно и похвастаться. А то, что эти деликатесы покупаются на деньги от продажи квартиры, в которой я прожила с ним столько лет, его, видимо, не смущает.

— Вот и сидели бы дома, в Краснодаре, — язвлю я, чувствуя, как внутри закипает злость.

Влад меня откровенно бесит.

Вся эта показуха, весь этот театр с дорогой едой и нежными взглядами. Он хочет меня задеть, показать, как ему хорошо без меня, какой он щедрый любовник. Но получается только жалко и пошло.

И тут звонок в дверь.

Лика вскакивает с места так резко, что чуть не опрокидывает стакан.

— Мои подарки приехали! — визжит она, хлопая в ладоши, как маленькая девочка. — Пять купальников! Сейчас я буду примерять их для тебя, милый…

С этими словами она убегает в прихожую, и я слышу, как она щебечет с курьером, расписывается в получении.

Пять купальников. Серьезно?

Я смотрю на Влада недоуменно, пытаясь понять логику происходящего. То есть он всерьез решил потратить кучу денег, чтобы меня уесть?

И снова меня выручает Макар:

— Самому не смешно тырить идеи? — В его голосе слышится насмешка. — Хоть бы платьев ей заказал для разнообразия. Или они дороже?

Влад краснеет, но пытается сохранить достоинство:

— Не понимаю, о чем ты…

— Ага, конечно, — усмехается Макар. — Просто совпадение, что сразу после утреннего происшествия ты решил порадовать подругу купальниками.

Потом Макар поворачивается ко мне, и я вижу, как меняется выражение его лица. Злость уступает место чему-то более мягкому, заботливому.

— Раз гостиную заняли наши мгм… соседи, — говорит он, бросая многозначительный взгляд на стол с морепродуктами, — пойдем ужинать в ресторан? Я знаю один обалденный. Тебе часа хватит собраться? Потом можем сходить потанцевать.

А мне часа хватит.

Даже очень!

В голове сразу начинают роиться мысли: что надеть, как привести себя в порядок, какие туфли выбрать.

Резко себя торможу. Это что сейчас было? Это я сейчас всерьез предвкушаю романтический ужин с Макаром? Как это со мной произошло? Я ж еще утром его терпеть не могла!

Глава 25. Женсовет

Альбина

— Иди, готовься, чисти перышки, делай, что вы, девочки, там обычно делаете, — дает мне указания Макар, причем делает это с очень важным видом, словно отправляет меня на космическую миссию. — А я полежу в шезлонге, подожду тебя, позависаю в телефоне.

С этими словами он вправду оставляет меня в спальне одну.

Выходит через стеклянную дверь во внутренний двор, где вечернее солнце окрашивает все в золотисто-оранжевые тона.

Укладывает свое холеное тело в шезлонг в тени раскидистой пальмы и, кажется, забывает про все, листая что-то в своем телефоне.

Некоторое время стою у окна и пялюсь на него, как шестнадцатилетняя девчонка на свою первую любовь. Что со мной происходит?

Встряхиваю головой и спешу в ванную, благо в нашей спальне есть отдельная ото всех — еще один плюс домика, который я сняла.

Достаю планшет из дорожной сумки, открываю мессенджер и пишу в чат под названием «Женсовет»: «Ведьмы, срочный слет!»

Кодовая фраза, после которой все мои любимые девочки, как правило, сразу кидаются к телефону, бросая дела. Даже самые важные.

И действительно, очень скоро — буквально через минуту — подключается к видеозвонку вся моя банда, точнее сотрудники и по совместительству ближайшие подруги: Люда, Софочка, Маша, Лали и даже Адель.

На экране появляется знакомая мозаика лиц. Люда сидит в нашем офисе на фоне стопок бумажек и папок — видимо, задерживается, разгребая завалы. Волосы растрепаны, очки сползли на кончик носа, но глаза горят любопытством.

Софочка устроилась на подоконнике в салоне красоты. Она в рабочем фартуке, но выглядит безупречно — профессиональная привычка.

Маша явно дома, сидит перед огромным зеркалом в спальне.

Лали подключилась из машины — руль, торпеда, мелькающие за окном огни города. Наверное, стоит в пробке после работы.

А Адель сидит в своем кабинете косметолога, за спиной стеллажи с баночками и тюбиками всех цветов радуги.

— Девочки, я, кажется, встряла, — стону, прикусывая нижнюю губу. — У меня наклевывается серьезный роман…

Естественно, каждая жаждет душещипательных деталей. На экране сразу начинается переполох — все говорят одновременно, перебивая друг друга:

— Кто такой?

— Откуда взялся?

— Ты же собиралась отдыхать одна…

Приходится рассказывать им всю историю с самого начала — про Влада и его новую пассию, про их захват моей территории, а затем про встречу с Макаром. Трачу минут пять, обрисовывая ситуацию, попутно слушая их ахи-вздохи по поводу Влада, Лики и всего этого безумия.

— Значит, твой бывший решил отдохнуть за твой счет? Мило-мило, — резюмирует Люда, поправляя очки. — А ты в ответ подцепила одноклассника? Логично. Пусть знают наших!

— Подождите, а где вы сейчас живете? — встревает Софочка. — В одном доме?

— В одной спальне, — признаюсь я после драматической паузы.

Хор возгласов чуть не разрывает мне барабанные перепонки.

— Что?!

— Серьезно?!

— И как спите?

— На одной кровати, — добавляю я.

Девчонки просто взрываются от восторга.

— А мужика-то нового покажи, — наконец требует Люда, как всегда мисс рациональность. — Без этого разговор бессмысленный.

— У меня нет его фото, — развожу руками.

— А ты на камеру его засвети, хоть краем глаза на него посмотреть, — предлагает Маша, потирая руки. — Мы же должны оценить материал!

— Ладно, — киваю, чувствуя, как сердце начинает колотиться от предвкушения. — Отключаю звук, чтобы не спалиться.

Переключаю камеру с фронтальной на внешнюю, на цыпочках иду обратно в спальню, стараясь не стучать босыми ногами по полу. Так же тихо крадусь к стеклянной двери, держа планшет перед собой.

За дверью — просто картинка с открытки. Яркий солнечный закат окрашивает небо в невероятные оттенки розового и золотого, море переливается как расплавленный металл, а пальмы покачиваются от легкого бриза.

И на фоне всей этой красоты — Макар в шезлонге.

Господи…

Он снял рубашку — видимо, ему стало жарко.

Торс загорелый, рельефный, плечи широкие, руки мускулистые… И вроде бы я уже на это все любовалась не раз, но как завораживает.

С полминуты снимаю Макара крупным планом, стараясь держать руки неподвижно, хотя они предательски дрожат. Солнце играет на его коже, подчеркивая каждый мускул, каждую линию. Даже не верится, что Макар настоящий.

Потом так же тихо, на цыпочках, ухожу обратно в ванную, плотно закрываю дверь и