Должно быть, это судьба - Кай Хара

Он хватает меня за задницу, его жадные руки обхватывают каждую ягодицу. Он использует свою хватку, чтобы направлять меня вверх и вниз по всей его длине, с все более быстрыми движениями.

Я кладу руку ему на грудь, чтобы остановить его. Его глаза открываются, ошеломленные и полностью охваченные похотью, и он смотрит мне в душу. Без единого слова я беру его член и помещаю его у своего входа. Как только он оказывается в нужном положении, я мягко нажимаю, медленно опускаясь на всю его длину. Огонь пылает в его глазах, когда он смотрит на меня, его взгляд не отрывается от моего, пока наши ягодицы не соприкасаются.

Я обнимаю его за шею и начинаю скакать на нем. Мои бедра движутся вверх и вниз ровными, глубокими движениями, пока я не останавливаюсь, когда остается только кончик, и снова опускаюсь, пока он не погружается в меня полностью.

Он садится и обнимает меня своими большими руками, одна из которых остается на моей попе, а другая обхватывает мою спину и прижимает меня к нему.

— Почувствуй мой член, — хрипит он, его голос неузнаваем. — Единственный член, который когда-либо был в тебе. И на то есть причина. — Его рука опускается между моих ягодиц и находит мое заднее отверстие. Я задерживаю дыхание, когда его палец кружит вокруг кольца мышц, а затем он вталкивает его в мою задницу. — Потому что ты принадлежишь мне. Ты всегда принадлежала. — Он стонет, звук низко в его горле. — Ты всегда будешь принадлежать.

Я стону от двойного проникновения и прячу лицо в его шее, сохраняя прежний ритм. Его палец начинает двигаться во мне в такт с моими бедрами, и я громко задыхаюсь.

Он поворачивает лицо ко мне и горячо шепчет мне на ухо следующие слова. Меня пробирает дрожь, сотрясающая все мое тело.

— Пора мне взять эту попку, не думаешь?

Он вставляет второй палец рядом с первым, и я замираю, боль заставляет мои мышцы напрячься. Мое дыхание становится грубым и прерывистым, вырываясь из горла и падая на его, когда он заставляет мою попку раскрыться вокруг его пальцев.

— Я восприму твое молчание как согласие, — говорит он, и я слышу в его голосе мрачную улыбку. Он резко шлепает меня по попке. — Встань и повернись.

Я делаю, как он говорит, полностью под его контролем, как марионетка под контролем кукловода. Когда я поворачиваюсь к нему спиной, он хватает меня за бедра и прижимает к себе между ног. Затем он кладет по руке на каждую из моих ягодиц и раздвигает их, обнажая перед ним мое самое нежное место.

Он наклоняется вперед и плюет на мою задницу, от чего я почти кончаю от непристойности этого действия. Он втирает слюну большим пальцем, погружая его в узкий проход, чтобы смазать его.

— Сядь этой милой попкой на мой член, Сильвер, — приказывает он. — Ты здесь главная. Ты все контролируешь.

С дрожащим вздохом я кладу обе ладони на его бедра и отталкиваюсь задницей. Я чувствую, как он прижимает головку своего члена к моему анусу, и я замираю, внезапно напрягая все тело от опасения. Одна из его рук покидает мою задницу, и он проводит успокаивающей ладонью по моему позвоночнику, пока не обхватывает мою шею.

— Теперь прижмись ко мне, любовь моя. Обещаю, тебе понравится.

Его большой палец успокаивающе поглаживает мою пульсирующую точку сзади, и я чувствую, как мой пульс начинает выравниваться.

С последним выдохом я делаю, как он говорит, и отталкиваюсь назад, на его член. Мой рот открывается в тот момент, когда я чувствую, как его головка начинает проникать в мои мышцы. Он толстый, пульсирующий и настойчивый, ищет вход.

Рука Риса возвращается к моей попе, и он широко раздвигает мои ягодицы, обнажая меня перед ним. Даже не оборачиваясь, я чувствую, как его взгляд сосредоточен на том месте, где его член входит в меня, и первые сантиметры его головки исчезают в моей узкой дырочке.

Растяжение невероятное, проход невероятно узкий. Судя по стонам и хрипам, исходящим от моего мужа, для них это ощущение такое же.

Наконец, головка прорывается, принося столь необходимое облегчение и новую волну глубокого удовольствия.

— Хорошая девочка, — хвалит он, его голос звучит почти маниакально. — Очень хорошая девочка. — Его руки сжимают мои бедра, и он направляет меня, чтобы я опустилась на его длину. Я вскрикиваю, когда еще два сантиметра проникают в меня. — Давай, любовь моя. Я хочу большего. Ты можешь принять меня всего.

Ощущение, когда его член раздвигает мои стенки и погружается глубоко в мой зад, неописуемо. Это темно, извращенно и восхитительно одновременно.

Мои руки на его бедрах и его руки на моих бедрах задают темп его вторжению, пока он полностью и безвозвратно не погружается на девять дюймов в меня.

— Вот так, — хвалит он. — Блять, Сильвер, это так хорошо.

Я падаю на его грудь с мучительным стоном, а он держит меня, его рот снова находит мое ухо.

— Твоя попка такая же приятная, как и твоя киска. Такая же горячая, такая же узкая, — рычит он, его пальцы находят мой вход и проникают внутрь. Я кричу и отскакиваю от его груди, только еще глубже погружая его член в себя. Его рука обхватывает мои плечи спереди, и он прижимает меня к себе. — Все твои дырочки теперь принадлежат мне.

А потом он наклоняет бедра назад и толкается вперед, пронзая меня своим членом.

Я громко стону.

— Семь лет я думал о том, чтобы взять твою задницу. И теперь она моя.

Он входит в меня снова и снова, пока мое тело не становится безвольным, и он делает со мной все, что хочет. Я настолько в бреду, что не могу ничего делать, кроме как слушать и чувствовать, как нарастает мой оргазм.

— Я буду трахать ее при каждой возможности, — рычит он. — Тебе повезло, что я сегодня не слишком жесток с тобой. — Его толчки настолько жестоки, что мои зубы стучат друг о друга каждый раз, когда он входит в меня до конца. — Потому что, если ты когда-нибудь снова увидишь своего бывшего, я накажу тебя так сильно, что ты не сможешь сесть с ним за чашкой кофе, не чувствуя мои 23 сантиметра в твоей заднице.

— Рис! — кричу я, когда его пальцы выскальзывают из моей киски и шлепают мой клитор.

— Ты кончишь, любовь моя. Ты кончишь с моим членом глубоко в