Искушающий яд - Рина Кент

Джуда становится чуть громче. — Он редко выпускает себя из-под контроля до такой степени с тех пор, как научился держать себя в руках. Что, если они снова нацелились на него?

— Тогда все проще простого. Мы убьем их всех до единого и позволим ему искупаться в их крови.

— Всех до единого, — в словах Джуда слышится улыбка. — Тогда нам нужен список. Твое любимое.

Кто эти «они» и «их»?

Кто, блять, кроме меня, посмел нацелиться на Армстронга?

Мне это не нравится.

Совсем.

Толькоя имею на это право.

Глава 8

Престон

Я

Угадайте, где я?

Рад, что вы спросили! Катаюсь поздно ночью на арене в полном одиночестве. И готов осчастливить вас своей компанией, так что подтягивайтесь, сучки!

КЕЙН

Сегодня не могу.

Я

Фу, зануда. Ты там с Дебби, да?

КЕЙН

Ее зовут Далия.

Я

Всем плевать. Братаны важнее шлюх, Кейн, слыхал о таком?

КЕЙН

Она не шлюха. Не заставляй меня выписать тебе парочку ударов по члену, Прес.

Я

Ой, боюсь-боюсь. Да ни хрена. @ДжудКаллахан, ты где, чувак? Го гонять! И скинем подкаблучнику Кейну видос, как мы разносим лед. О! Стоп, прямо сейчас переименую Кейна в контактах, пока не забыл.

ДЖУД

Я занят, Прес. Давай в другой раз.

Я

Эй! Какого хрена с вами двумя не так? Хотите, чтобы я лишил вас прав со мной дружить, да? Тогда готовьтесь к самой скучной жизни на свете.

КЕЙН

Прекращай драматизировать.

Я

Это я-то драматизирую, потому что хочу покататься перед завтрашней игрой, как мы ВСЕГДА делаем? Ой, прости, я помешал твоему траходрому, Кейн?

ДЖУД

Попридержи коней. Ты разве не заметил по его кислой роже на тренировках в последние пару дней, что они явно в ссоре?

Я

Аллилуйя! Диана тебе не пара, Кейн. Она шпионка «Волков», забыл?

КЕЙН

То, что она мутила с Осборном две недели, еще не значит, что она их шпионка.

Я

Еще как значит. Я же прав, Джуд?

ДЖУД

Возможно, притягиваешь немного за уши.

Я

Ты должен был сказать: «Ты абсолютно прав, Прес. Отлично подметил». Но я прощу тебе твою дерзость, если ты ко мне присоединишься. Все знают, что я — вся кровеносная система любой тусовки.

ДЖУД

Говорят «душа компании».

Я

Нет, я разгоняю вайб по венам. Короче, какого хрена ты вообще без меня делаешь, Здоровяк?

ДЖУД

Кое-что.

Я

Кое-что, куда меня не позвали? Я пипец как оскорблен.

КЕЙН

Он, скорее всего, просто смотрит, как спит Вайолет.

Я

О! Виолетта? Та красотка с медными волосами и офигенной кожей, которая спит в больнице? Я тоже хочу!

ДЖУД

Черта с два.

Я

Ну почему-у-у? Ты же всегда берешь меня с собой, когда кого-то сталкеришь.

КЕЙН

Очевидно, не в этот раз, Прес. Интересно, почему…

Я

Я все разузнаю, Кейн. Для чего еще нужны братаны, верно же?

ДЖУД

Заткнись нахрен, Кейн. И даже не думай приближаться к этой больничной палате, Прес. Я серьезно.

Я

О-о-о, угрозы пошли! Теперь мне еще интереснее. Скоро буду, пойду возьму свой любимый попкорн, сладкий вперемешку с соленым.

ДЖУД

Может, лучше разберешься со своей проблемой?

Я

Это ты о чем вообще?

КЕЙН

О нарушителе в маске, который объявился в лесу твоей семьи два дня назад, Прес. Забыл?

Я

Это не важно.

ДЖУД

Тебя избили до предсмертного состояния, и ты при этом слетел с катушек. Как это может быть не важно?

КЕЙН

Да, Прес. На камерах что-то видно?

Я

Нет.

ДЖУД

Когда он подошел к тебе вплотную, ты заметил что-нибудь особенное? Какую-нибудь отличительную деталь или татуировку?

КЕЙН

Просто дай мне хоть какую-нибудь зацепку, и я выясню, кто, блять, посмел проникнуть на нашу территорию.

Я

Либо приезжайте на арену, либо хорош трепаться, как скучающие домохозяйки.

Я бросаю телефон на скамейку в раздевалке «Гадюк» и заканчиваю тейпировать руки.

Да, да — я самый большой лжец в мире, раз утаил весь этот лесной пиздец. Но серьезно, что я должен был сказать?

«Эй, Кейн, Джуд. В общем, тем нарушителем в маске стопудово был Маркус Осборн, и я позволил ему отпиздить меня до полусмерти, потому что, сюрприз, походу, меня это заводит. А еще, приятный бонус, я на девяносто девять процентов уверен, что у меня встал. Что думаете?»

Да уж. Нет.

Я лучше накину петлю себе на шею и повисну на стропилах, как праздничный маленький трупик, спасибо.

И мой способ справляться с этим всем — просто верить в то, что ничего не произошло. Видите? Работает.

Ничего драматичного.

Простообычный день, как ивсе остальные.

А Кейн и Джуд как обычно перегибают палку со всей этой херней типа «ты слетел с катушек». Это они переборщили, вырубив меня, ублюдки. Я всего лишь собирался перекрыть Осборну выход и выследить его нахрен.

Именно из-за них я не смог осуществить свой план, так что, если хотят кого-то винить, пусть начнут с себя.

Но честно? Думаю, гоняться за Осборном — не самое блестящее мое решение после того, что случилось под тем деревом.

Я определенно не должен хотеть снова испытать это чувство.

Позволить себе расклеиться; позволить обращаться со мной так, будто я не человек, а проблема, которую нужно решить — да, со мной явно что-то глубоко, фундаментально не так.

Исюрприз — так оно и есть. Спросите доктора Дюре или доктора Фенвика. У них, наверное, заготовлены парные презентации в «PowerPoint» обо мне.

Но дело в том, что… в тот момент что-то внутри меня просто щелкнуло и оборвалось. С привкусом меди во рту, с болью в ребрах, с мозгом, гудящим, как сломанная неоновая вывеска — вместо того чтобы отключиться, я… расслабился. Отпустил контроль.

Знаю, знаю. Это полный пиздец. Если бы давали награды за психологические катастрофы, я бы собрал их все.

Но правда до идиотизма проста — я чувствую, что существую, только когда мне больно.

Когда наступает боль, вбрасывается адреналин. Удар, столкновение, синяк — и внезапно я снова возвращаюсь в свое тело, вместо того чтобы парить в трех метрах над ним, как сломанный призрак.

Это заставляет меня чувствовать себя живым.

Вот почему я люблю хоккей. Столкновения, удары о борта, скорость — это на секунду собирает меня обратно.

Это единственный момент, когда я не заперт в собственной голове, не тону в белом шуме и не борюсь с очередным импульсом, решившим испортить мне день.

На льду все обретает смысл, когда появляется фокус, а хаос растворяется.

Я выбираю цель, бешу их до усрачки,