Колдовство — не грех, а средство выживания - Балгереева Алия

Потом были занятия по этикету и расоведение. Дальше я шла к Латриэлю. Кстати, если бы не эльф, я бы тут окончательно загнулась.

Мой круг общения ограничивался наставниками, Тимом и поварихой. Раз в несколько дней забегала княгиня Ана и приносила сладости, а иногда — какие-нибудь приятные безделушки. Мы сильно сблизились с ней, могли подолгу разговаривать на нейтральные темы или просто молчать, сидя на скамейке в саду и любуясь закатом, окрашивающим озеро, в котором я каждый день «купалась», в нежно-розовый цвет.

С Артом мы не пересекались, так же, как и со старшим князем. По словам Марианы, они решали проблемы с прорывами, участившимися на территории Нейтральных земель. А еще Арт занимался делами княжества. То есть тем, от чего сбежал два года назад.

***

Я сидела на дереве в саду и изучала очередную карту. Тим устроился внизу, опершись спиной о ствол, и поглощал принесенные Аной орехи в зефире. Мальчишка уже привык ко мне, запросто звал меня по имени и без стеснения принимал сладости, которыми я с ним делилась.

— Ти-и-им, — я свернула карту и спрыгнула вниз. — Как ты смотришь на то, чтобы чуть-чуть покататься?

Последний день седмицы был выходным, а потому сегодня мои занятия ограничились лишь утренней разминкой и вот этим самообучением. Первое время я так выдыхалась, что еле могла переставлять ноги, и первый мой выходной прошел в блаженном ничегонеделании.

К концу луны я уже чувствовала себя довольно бодро, и сейчас собиралась слегка развеяться, даже ноющие мышцы не могли заглушить жажду приключений, к которым рвалась моя филейная часть.

— Ты хочешь взять меня с собой? — округлил глаза мальчишка. — Правда?

— Почему бы и нет? — я пожала плечами и направилась к конюшням.

В верховой езде Изэрг меня тоже натаскивал, я даже делала определенные успехи, так как с седлом, в отличие от воды, была знакома с малых лет. С лошадьми общий язык мы нашли сразу, покидать пределы дворца мне не возбранялось, поэтому конюх беспрепятственно пропустил меня и Тима внутрь.

Я оседлала Белку, резвую и слегка вредную молодую лошадку, прозванную так вовсе не из-за белого цвета масти, а от того, что она была любительницей поскакать. Тиму досталась Соня — бурая кобылка с шоколадной гривой и кротким нравом. Мы выехали за ворота замка, и я пустила Белку крупной рысью. Точнее, попыталась пустить: лошадка застоялась, а потому сорвалась в галоп. Я была не особо против и, крикнув Тиму, чтобы не отставал, покрепче перехватила поводья.

Ветер дул в лицо и развевал волосы. Почти как на метле лечу… Можно было бы покататься и на ней, но я предпочитала этому средству передвижения более обыденный транспорт.

Я скакала, оставляя Изэрга, тренировки и переживания далеко позади, шпили замковых башен уже давно скрылись за деревьями. Меня захватило пьянящее чувство свободы, и я полностью ему отдалась. Впервые за долгие тринадцать лет я просто делала то, что хотела, не думая о том, что будет впереди и оглядываясь назад без страха обнаружить погоню.

Видимо, вперед я не смотрела все-таки зря, да и расслабилась, в общем-то, тоже зря, так как Белка решила выкинуть очередной фортель. Пьянящее чувство свободы переросло в пьянящее чувство полета. Я перекувыркнулась через голову прямо в воздухе и приземлилась на четвереньки в дорожную пыль. Белка, довольно вертя крупом, скакала вокруг меня и ехидно ржала. Спасибо, хоть не унеслась вперед, а то ищи потом ее.

— Элис, все в порядке? — обеспокоенно спросил Тим, останавливая Соню и спешиваясь.

Я вздохнула, отряхивая костюм от пыли, и объявила привал.

Полянку Тим обнаружил почти сразу, мы расположились на траве и весело болтали, разглядывая проплывающие по небу облака.

Я легла на живот и помассировала плечо. Мальчишка, заметив этот жест, подсел поближе и начал разминать мою спину и плечи. К этому он тоже привык, уже не мямлил и не мялся, как тогда, когда я вечером второго дня упала на кровать и умирающим голосом попросила помочь.

Мышцы болели неимоверно, но Латриэлю я неизменно говорила, что все просто отлично, так как боялась и стеснялась демонстрировать свою изуродованную полосами от плетей спину. Эльф мне, конечно, не верил, но на лечении не настаивал. Видимо, не хотел на меня давить.

Все уже зажило и дискомфорта не вызывало, по крайней мере, физического, но белые полоски остались на коже невеселым напоминанием о жизни в приюте.

Ладошка Тима прошлась по спине, я зажмурилась и чуть ли не заурчала от удовольствия.

— Знаешь, ты такая хоро-о-ошая, — неожиданно протянул пацаненок.

— Ты тоже, — вздохнула я, устраивая подбородок на скрещенных руках. — Что бы я без тебя делала?

— Это что бы я без тебя делал, — серьезно возразил мальчик. — Князь Кириан сказал, что если ты от меня откажешься, отправит меня в приют для детей-сирот.

Сказать, что я выпала в осадок — ничего не сказать. Нет, я отлично понимала, что князь просто хотел припугнуть Тима, чтобы тот особо не шкодничал, но внутри все сжималось при мысли о приюте. Я, конечно, не могу судить по одному детскому дому обо всех остальных, но что-то мне подсказывает, что и там жизнь — далеко не сахар.

— Да брось, — наконец, справившись с собой, сказала я, — Князь Кириан не такой страшный, как ты думаешь. Он строгий, но хороший. — я потрепала Тима по волосам. — И никуда бы он тебя не отправил.

— Да, — всхлипнув, согласился мальчишка, — хороший. Когда наш дом в деревне сгорел, он мимо проезжал и меня забрал к себе у тети Мырьки, нашей соседки, она меня у себя хотела оставить. Эта тетка злющая, и с Митькой мы постоянно деремся. А ты все равно лучше, чем князь Кириан.

Я притянула Тима к себе и обняла. Слова были не нужны, мы просто сидели и смотрели, как солнце клонится к горизонту, прячась в макушках деревьев.

Только когда в предплечье впился комар, я очнулась и спохватилась, что нам нужно возвращаться.

Обратно мы ехали не в пример медленнее. Моя Белка вела себя смирно, лишь иногда тихонько всхрапывала и настороженно мотала башкой. Постепенно ее беспокойство передалось и мне.

Я закрыла глаза и попыталась просканировать окрестности, но не почувствовала ровным счетом ничего. Досадливо мотнула головой и уставилась на свой браслет, блокирующий магию. Чтобы не мухлевала, да, Изверг? А ты специально на мне его сегодня оставил?

И как это снять-то? Пожалуй, никак. Будем надеяться, что это снова Белкины выкрутасы, а не что-то серьезное. Да и что может случиться в