Сто шагов к вечности. Книга 1 - Наталья Горячева

Этот разговор оставил неприятный осадок в душе. Но я не могла сидеть постоянно в комнате, спуститься пришлось. Бабушка хлопотала на кухне, когда я зашла и плюхнулась на стул. Она первая прервала молчание:

— Вот что девка, если будешь так себя вести, позвоню родителям, чтобы приехали и забрали тебя. Мне ещё не хватало отвечать перед ними за твои ошибки. Твои родители голову мне оторвут, если я недогляжу за тобой.

— Бабушка, ну что может со мной случиться?! — мне не хотелось продолжения вчерашнего разговора, но похоже его нельзя было избежать.

— Что-что, а то ты сама не знаешь, что, — опять начала она сердиться.

— Ба, но если ты про то, что я целовалась с Эмилем, так мне уже почти восемнадцать лет…

— А ему сколько? — прервала она меня. — Он на пять, или шесть лет старше тебя! А ты ещё совсем зелёная! Поматросит и бросит!

— Ба, не начинай а, — взмолилась я.

— Вот что, — она сложила на груди руки, — или ты прекращаешь с ним все шуры-муры, или я звоню родителям. Это последнее моё слово, потом мне спасибо скажешь. Иди, подумай, а пока не решила, из дома ни ногой!

— Спасибо, — хмуро сказала я, и вышла из кухни. Настроение было испорчено окончательно. Что теперь делать? В деревне всё было как на ладони, все про всех всё знали, ничего скрыть невозможно.

«Я должна встретиться с Эмилем, мы решим, как поступить», — подумала я и пошла наводить порядок в доме.

Зазвонил телефон.

— Алло?

— Наташка, ты молодец, рассказывай всё! — затараторила Надя.

— Что рассказывать? — опешила я.

— Ну как что?! В деревне только и говорят о тебе и Эмиле. Вы целовались с ним в машине, Вера Петровна вас видела.

— О Боже! — я закрыла рукой глаза. — Надя успокойся, разговор не по телефону, потом встретимся, расскажу. Хорошо?

— Давай сегодня, — предложила она.

— Не могу, бабушка посадила меня под домашний арест.

— За что? — удивилась она.

— За то самое, чем ты так интересуешься.

— За Эмиля?

— Да, из-за него.

— Но почему? — опять удивлённо спросила она.

— Он почему-то ей не нравится, и она решила, что он сломает мне жизнь, — терпеливо объяснила я подруге.

— Вот дела! Ну ладно, как сможешь, приходи к нам с Танюхой.

— Обязательно, — пообещала я и отключилась. Сплетни меня ещё больше расстроили.

«Не дай Бог, ещё чего-нибудь добавят к тому, что увидела Верой Петровной! Эмиль, я надеюсь, найдёт способ увидеться со мной, и тогда мы решим, как нам быть».

Опять раздался телефонный звонок. «Это точно Танька! Сейчас начнёт меня пытать».

Я не хотела брать трубку, но это было бы невежливо по отношению к ней. Всё-таки мы подруги с детства, насколько я себя помню.

— Да, — буркнула я в трубку.

— Наташа, здравствуй. Как у тебя дела? — прозвучал самый красивый в мире голос.

— Эмиль, ты?! — я чуть ли не подпрыгнула от радости. Извини, что уснула сегодня..., я не хотела, так получилось, — извинялась я.

— Всё нормально, не беспокойся. Я этого и хотел, чтобы ты уснула.

— Ты хотел, чтобы я уснула? Но почему, неужели ты не хотел поговорить со мной?

— Наташа, ты была в таком ужасном состоянии! Мне хотелось, чтобы ты успокоилась и поспала.

— Тебе это удалось, — согласилась я.

— Ну, так как дела с бабушкой? — Эмиль очень беспокоился за меня.

— Хуже чем вчера, — я опять расстроилась, вспомнив разговор с ней. — Она поставила мне условие: Или я встречаюсь с тобой, и тогда она звонит родителям, и они меня забирают домой, или я остаюсь, но прекращаю с тобой всякое общение.

— Вот даже как?! — воскликнул он. — Я решу эту проблему. Сегодня же буду у тебя.

— Нет, Эмиль! Я не хочу её расстраивать! У бабушки поднимется давление и мне опять придётся вызывать скорую помощь. Со здоровьем у неё неважно, — испуганно произнесла я.

— Не переживай, она меня не увидит. Я буду вечером после ужина, жди, — его голос был спокойным и ровным, он отключился.

«Ой, что делать?!» — я всполошилась, и начала убирать комнату. Потом побежала вниз на кухню. «Так, всё чисто» — я огляделась.

— Ты чего всполошилась? — бабушкин голос вернул меня в реальность.

— Ничего, убираюсь, — рассеянно, сказала я.

— Ты же сегодня утром весь дом убрала! — бабушка удивлённо смотрела на меня.

— Да? Мне показалось, что я недостаточно чисто убралась, — соврала я.

Она оперлась руками в бока:

— С каких это пор, ты недостаточно чисто убираешь?

— Ба, мне просто нечем заняться, — опять соврала я.

— А, ну тогда ладно. Иди лучше к себе в комнату и подумай над тем, что я тебе сегодня сказала.

— Так и сделаю, — кротко ответила я и поплелась к себе наверх.

Остаток вечера прошёл спокойно. За ужином бабушка не вспоминала про нашу размолвку, и не читала мне нотаций. Мы мирно поужинали, и я ушла к себе. В моей комнате было душно, и я открыла окно. Сев на подоконник, я начала смотреть в лес. Солнце садилось, но на улице было ещё светло. Белые ночи! Как я их любила! Светло почти как днём, вот только в лесу сгущались сумерки. Я слышала, как бабушка ворчала внизу, гремя посудой. Потом дверь в её комнате хлопнула. «Пошла спать» — подумала я.

Эмиля не было. Закрыв глаза, я вспомнила его лицо. Сердце сладко сжалось. «Как я раньше могла жить без него?» — думала я. Его лицо было настолько родное, что мне казалось, я знаю его всю жизнь. Порыв ветра взметнул мои волосы вверх! В испуге я открыла глаза! Напротив меня, на подоконнике сидел Эмиль и улыбался.

— Привет. Я тебя несильно испугал?

Я открыла от удивления рот:

— Как ты тут очутился?!

— Ты забыла про мои способности? — его глаза смеялись.

— Я и забыла, ты же супермен! — пошутила я.

— Как Мария Михайловна? Всё ещё сердится на нас? — Эмиль погладил меня по руке.

— Всё ещё хуже, чем я предполагала! Она запретила мне выходить из дома, — грустно сказала я.

— Ну, я думаю, это поправимо, — соскочив на пол, весело сказал Эмиль.

— Ты думаешь? — не веря в хороший исход дела, спросила я.

— Я знаю. Не переживай, мы найдём с твоей бабушкой общий язык.

— Эмиль, нет! Я же тебе говорила, что...

Он положил мне палец на губы:

— Ты мне доверяешь?

Я кивнула головой.

— Вот и молодец, — он прижал меня к себе и зарылся лицом в моих волосах. — М-м-м, твои волосы пахнут розами.

Его голос сводил меня с ума. Я часто задышала, а ноги ослабли и подкосились. Эмиль поддержал меня, и тут же отстранился.

— Ну, чем займёмся? —