Укуси меня - Пенелопа Барсетти

Я вновь ощутил это.

И не мог больше сдерживаться.

Черт.

Я поднялся на ноги, поддерживая ее. Мои руки сжимали ее бедра под длинным платьем. Я двинулся вперед, прижав ее к первой стене, до которой смог дотянуться.

Она продолжила наш поцелуй, как будто даже не заметила, что зависла в воздухе. Ее пальцы были глубоко в моих волосах, и она целовала меня так, словно я был любовью всей ее жизни, а не мужчиной, которого она презирала.

Я стянул штаны и почувствовал, как дрожит все мое тело, готовясь к моменту, когда я прижмусь к ней. Чертов рай. Было слишком сложно отодвинуть ткань в сторону и удержать ее там, поэтому я решил просто сорвать нее одежду.

Именно тогда она остановилась.

Ее страстные поцелуи испарились, и она уставилась на меня так, будто их никогда и не было. Она посмотрела на меня с отвращением, а может быть, с отвращением к себе, а затем совсем отстранилась.

– Поставь меня.

Я не мог этого сделать.

Впервые в ее глазах сверкнул страх.

В любом случае я мог бы вернуть ее в тот момент, заставить почувствовать ее такое удовольствие, какое не дарил еще ни один другой мужчина. Было бы так легко превратить это «нет» в «да».

Но страх в ее глазах затронул что-то внутри меня – что-то, чего, как мне казалось, у меня больше нет.

И я отпустил ее.

Она бросилась прочь, метнувшись в сначала в один угол комнаты, а затем в другой, пытаясь убежать, но ей негде было прятаться.

– Оставайся. – Я натянул брюки и направился к двери. – Я уйду.

Глава 17

Лариса

Той ночью я спала одна.

Ну, со мной был Клык, но он висел на своем дереве в другой комнате.

Я осознала, что мы устроили эротическую сцену на глазах огромного змея.

Как-то неловко.

Я была разгорячена и взволнована даже, на следующее утро, но непреодолимая ненависть к себе не дала мне довести дело до конца. Он был королем вампиров, предводителем ночных охотников и нашим заклятым врагом. А я поцеловала его.

Что еще хуже – мне понравилось.

Не только его прикосновения заставили меня растаять. А то, насколько сильно он хотел меня. Я чувствовала это мысленно, чувствовала его отчаяние, оно словно рукой сдавливало мою шею. Потребность, о которой я раньше не знала. Я никогда не ощущала ничего подобного сама и не была с мужчиной, который испытывал похожее ко мне. Наверное, это и возбуждало больше всего, хотя он и правда чертовски хорошо целовался.

Я приняла душ и подготовилась к новому дню, хотя идти мне было некуда. В конце концов он еще вернется, и мне было интересно спросить, где он провел ту ночь. Он сидел в одиночестве в своем кабинете со стаканом виски? Или он был с кем-то…?

Дверь неожиданно открылась, и он вошел в комнату в своей королевской форме: на ней горделиво красовались змеи, которые, казалось, были неотъемлемой частью всей их культуры по непонятным мне причинам. Он был как обычно холоден, и его глаза смотрели на меня, как на врага, коим я и являлась.

Я задавалась вопросом, заходил ли он посреди ночи, чтобы переодеться, или у него есть одежда, спрятанная где-то еще.

Он не сказал мне ни слова. Просто вошел в гардеробную, чтобы собрать свои доспехи.

Я чувствовала его гнев.

– Так и будешь вести себя как придурок, потому что я не переспала с тобой?

Слова вылетели из моего рта раньше, чем я успела их сдержать. Его ледяное приветствие проникло под кожу и вывело меня из себя.

Последовала пауза, а затем он вышел из гардеробной. Этот зловещий взгляд вернулся, как будто он не знал, хочет ли он задушить меня или ударить головой о спинку кровати.

– Это ты меня поцеловал…

– Но ты прыгнула мне на колени. Если тебе не нужен мужчина, то запрыгивай на него. Просто совет.

– Я хотела ударить тебя по лицу…

– Тогда ты промахнулась.

Его гнев усилился, как огонь, подпитанный новым топливом.

– Ты такой ублюдок.

– Привыкай, милая.

Он подошел к двери, полностью одетый в свои доспехи, как будто скоро он должен находиться в каком-то важном месте.

– Не смей называть меня так…

– Я буду называть тебя, как захочу.

Он вышел и захлопнул дверь.

Я выбежала в коридор, наблюдая, как струится его великолепный плащ, двигаясь за ним.

– Ты уходишь?

Он надевал доспехи только в том случае, если покидал Грейсон, поэтому я забеспокоилась. У него есть еще одна миссия, которая требует покинуть город – и меня.

Он снова проигнорировал.

– Кингснейк!

Он завернул за угол и исчез.

* * *

Я сидела за обеденным столом одна и ела ужин, который принес слуга.

Клык большую часть времени проводил на дереве, всегда спал, стараясь оставаться на солнечном свете, чтобы согреть свою кровь.

Мне было интересно, когда вернется Кингснейк и вернется ли он вообще. Я еще немного поковыряла еду и посмотрела на Клыка.

– Хотела бы я спать весь день…

На самом деле то, что я целый день проводила взаперти в спальне, меня беспокоило. По ночам спать было трудно, потому что я совсем не чувствовала усталости.

Клык открыл один глаз и уставился на меня. Затем он сполз с дерева на пол, обхватил стул рядом со мной и поднял голову, расположившись напротив, будто собрался присоединиться ко мне, чтобы тоже что-нибудь поесть.

– Ты понимаешь меня, не так ли?

Его язык скользнул вперед-назад между клыками.

– Хотела бы и я понимать тебя…

Казалось, что Кингснейк и Клык могли общаться, но поскольку это было невербально, я понятия не имела, как они обменивались информацией.

– Ты мой единственный друг тут.

Он слегка наклонил голову, глядя на меня своими ярко-желтыми глазами.

Дверь открылась, и вошел Кингснейк, царственный в своих доспехах и форме. Его глаза сразу же обратились к нам в другой комнате и прищурились.

Казалось, между ними что-то произошло, потому что Клык ускользнул и вернулся к дереву.

Я уставилась на Кингснейка.

– Ты можешь с ним говорить?

Он пошел в ванную, закрыл дверь и проигнорировал меня.

Солнце наконец село, и в спальню вошла темнота. Прохладный климат этого рая на берегу океана просачивался сквозь оконные рамы, и по моей коже пробежал холодок. Я разожгла огонь, чтобы согреть комнату.

Кингснейк вернулся через некоторое время, вытирая полотенцем свои короткие волосы. Совершенно голый.

Я посмотрела на