Пара для Рождественоского Дракона - Зоя Чант

— Нет! — выпалила она. — Нет, я просто... я хотела... — она замолчала и тяжело сглотнула, пытаясь унять внезапную тошноту в желудке. Когда она заговорила снова, ее голос был совсем тихим. — Я думала, тебе понравится. Что ты решишь, что это... забавно.

И посмотри, к чему это привело.

Джаспер решил, что она задумала это как своего рода выпад против Рождества. Против него. Она не могла заставить себя взглянуть на него, помня то потрясенное выражение, с которым он осматривал чердак. С которым он смотрел на нее.

Что он теперь о ней думает? Каким монстром он ее считает?

Ее плечи поникли.

— Эбигейл...

Она не слышала, как Джаспер подошел, но внезапно его руки сомкнулись вокруг нее, окутывая теплом и силой. Она сделала глубокий, неровный вдох, пряча лицо у него на груди.

Рука Джаспера нерешительно легла ей на голову, мягко поглаживая волосы. Его сердце стучало прямо у ее щеки.

— Я думаю, это чудесно, — прошептал он. — Я думаю, ты чудесная. Спасибо, что привела меня сюда.

— Ты благодаришь меня за то, что я чуть не лишила тебя головы лестницей, а потом заставила думать, будто я тебя оскорбляю?

Эбигейл зажмурилась. Она не открывала глаз, даже когда Джаспер взял ее за подбородок и заставил поднять голову.

— Моя голова всё еще на месте, но это не помешало мне повести себя как идиоту. Простишь меня? — он поцеловал ее в кончик носа, затем коснулся губами век. Ее нос защекотало от его дыхания. — Это самое милое и сексуальное, что кто-либо когда-либо для меня делал, — прошептал он и поцеловал ее.

Эбигейл растаяла в этом поцелуе. Она ему не верила — ее идея была нелепой, глупой и едва не закончилась катастрофой, в ней не было ничего милого или сексуального. Но если этот дурацкий план заставил его захотеть поцеловать ее... что ж, с этим она могла смириться.

Губы Джаспера были мягкими, и с каждой секундой всё ее тело тоже становилось мягче: узлы напряжения в плечах рассосались, тяжесть во лбу исчезла, и даже боль в ногах от целого дня беготни за покупателями притупилась.

Она провела ладонями по груди Джаспера, впиваясь пальцами в ткань пальто, чтобы почувствовать мускулы под ним. Тихий стон счастья сорвался с ее губ.

Руки Джаспера на ее талии сжались крепче. Его язык скользнул между ее губ, и стон Эбигейл превратился в восхищенный вздох. Она прижалась к нему всем телом, комкая пальцами его куртку и поднимаясь на цыпочки, пока их поцелуй становился всё более страстным.

Джаспер обхватил ее за талию и, воспользовавшись ее неустойчивым положением, отклонил назад, прижимая к стене чердака. Эбигейл прикусила его нижнюю губу, заставив его простонать. Они были прижаты друг к другу так плотно, что она почувствовала его возбуждение. Она качнула бедрами навстречу ему, и волна возбуждения пронзила ее. Как этот мужчина, которого она встретила всего несколько дней назад, ухитряется заставлять ее чувствовать себя так хорошо в самое паршивое время года?

Она скользнула рукой выше, через его ключицу, пробираясь пальцами под шарф, чтобы коснуться шеи. Ее кончики пальцев задели щетину под челюстью, и его пульс отозвался на ее прикосновение — частый, неистовый.

Джаспер пробормотал что-то, чего она не разобрала, но почувствовала вибрацию пальцами.

— М-м? — беззвучно спросила она, и он ответил стоном. Он сделал шаг вперед, упираясь одной рукой в стену, и в этот момент...

— Ох! — Эбигейл дернулась вперед, когда ледяная вода каскадом обрушилась ей за шиворот. Она потекла по спине, словно морозные пальцы, впивающиеся в кожу. Содрогаясь, Эбигейл попыталась смахнуть воду, извиваясь, чтобы ледяные струи не пробрались ниже. Она потеряла равновесие, и нога соскользнула.

Джаспер тут же подхватил ее. Он притянул ее к себе. Эбигейл зашипела, когда он прижал теперь уже липкую и холодную тунику к ее спине.

— Уф... Что за чертовщина? Откуда это взялось?

Джаспер отпустил ее, но придерживал за талию. Он поднял руку, которой упирался в стену, и встряхнул ею, разбрызгивая капли.

— Стена насквозь мокрая, — пробормотал он. — Ты как... берегись!

Эбигейл обернулась, чтобы посмотреть на стену. Стоило ей сдвинуться, как половица под ногами застонала. Джаспер оттащил ее назад, поставив ближе к люку.

Он быстро опустился на колени и постучал по полу.

— Здесь мы над балкой, кажется — тут должно быть прочнее.

— Спасибо, — выдохнула Эбигейл. Она уставилась на половицы. С виду они были в порядке, но на мгновение ей показалось, что пол уходит из-под ног. Что, черт возьми, происходит?

Эбигейл вытерла шею, стараясь убрать как можно больше воды. Ощущение было такое, будто ей на спину вылили ведро. Но откуда здесь столько воды?

Она выудила телефон из сумки, вытерла руки о пальто и включила фонарик. Резкий свет диода осветил то, чего не было видно при тусклом свете с площади.

Стены и потолок чердака блестели от воды. То, что Эбигейл приняла за липкость немытого пола, оказалось водой, пропитавшей доски.

— Черт, — прошептала она.

— Хуже всего в том углу. — Джаспер указал пальцем. Он нахмурился, вполголоса выругавшись. — Думаю, крыша повреждена...

—...Но никто не заметил, потому что манекен Санты всё закрывает. Тепло из магазина поднимается вверх, топит снег на крышной декорации... и вода течет прямо внутрь. — Эбигейл прикусила щеку. — Дерьмо. Дерьмо, дерьмо, дерьмо. Как давно это продолжается?

Джаспер присел и коснулся пола рукой. Он с силой ударил по особенно темному пятну. Звук был как от гнилой тыквы.

— Достаточно долго, чтобы дерево стало как губка.

— Если бы мы стояли на полфута левее, то могли бы провалиться, — прошептала Эбигейл. В животе всё сжалось от холода.

— Эбигейл... — Джаспер осторожно встал и обнял ее за талию. — Нам пора спускаться.

Он заставил ее спускаться первой. Спеша вниз, Эбигейл коснулась нескольких перекладин. Раньше алюминиевая лестница казалась ей просто холодной — теперь же она заметила на ней капли воды. Не конденсат. Талый снег.

Спустившись, она сжала кулаки и глянула вверх. Джаспер следовал за ней, но она не могла его ждать. Нужно было проверить остальные комнаты.

— Проклятье.

Когда Джаспер нашел ее, она стояла на столе в кабинете мистера Белла, простукивая потолок. Штукатурка отваливалась влажными кусками при первом прикосновении. Она встретилась с ним взглядом.

— Не только чердак. — Эбигейл застонала, слезая со стола. — Декорация, должно быть, слишком тяжелая для крыши. Может, плитка треснула, или кто-то вбил гвоздь не туда, но... весь потолок промок. Как, черт возьми, никто этого не заметил?

Вина скрутила ее быстрее, чем она успела ее