В объятиях зверя - Анна Ди

вновь ворваться в меня с новой силой. Я вцепилась в него, чувствуя лишь нас, наши сплетенные тела. Мир перестал существовать, осталась только эта безумная потребность в нем. В его близости.

Я была захвачена удовольствием, ощущением того, как Дино наполняет меня, его пальцев, разминающих мое бедро, его губ на моих. Его толчки стали сильнее, быстрее, менее контролируемыми, и я едва могла дышать, настолько охваченная нарастающим удовольствием.

— Быть внутри тебя так приятно, — прорычал Дино. — Смотри на меня, мой синеглазый ангел. Ты такая красивая, когда на грани.

Ногти впились в его плечи, когда оргазм накрыл меня с головой. Тело Дино напряглось в судороге, и его разряд последовал за моей с такой мощью, что я вскрикнула от всепоглощающего удовольствия. Его губы накрыли мои, поглощая мои стоны, смешивая наши дыхания в едином порыве.

Он прижал меня к себе, обхватил мою шею и прильнул лбом ко лбу. Мы замерли в этом объятии, задыхаясь и наслаждаясь близостью. Это было больше, чем просто страсть, больше, чем просто удовольствие. Это было единение душ.

Его объятиях, я чувствовала, как уходит напряжение, уступая место умиротворению и блаженству. Он медленно поцеловал меня в шею, оставляя легкие, дразнящие следы. Его руки нежно гладили мою спину, успокаивая и убаюкивая. Я прижалась к нему еще сильнее, желая раствориться в этом моменте, сохранить его навсегда в памяти.

Как ни манило это убежище покоя, пришло время возвращаться. После волшебных выходных мы с Дино вернулись в квартиру.

Каждое мгновение он дарил мне прикосновение — мимолетный поцелуй, крепкое объятие, тепло его руки в моей.

Вышли из лифта, сплетя пальцы, окрыленные счастьем. Но восторг мгновенно разбился о лед реальности. У нашей двери стоял человек, я сразу узнала его. Один из солдатов Коза Ностра.

— Босс ждет, — бесцветно произнес он, обращаясь к Дино.

Люциан здесь? Почему ничего не сказал?

Рука Дино выскользнула из моей, и напряжение сгустилось, сковывая каждый вдох. Я посмотрела на мужчину, но он уставился на дверь с холодным выражением лица.

Молча, мы вошли в квартиру.

Люциан восседал в гостиной, словно мрачный судья, и в его взгляде читалось крайнее недовольство.

Дино (27)

Увидев Люциана, я сразу понял, почему он здесь, и я был готов к последствиям. Он доверяет мне и не ожидал от меня вранья. Я чувствовал себя последним предателем, но ради Авроры… Я бы солгал снова, и снова, и снова. Ради неё я отдал бы не задумываясь саму жизнь, не моргнув и глазом.

Девушка заметно нервничала, и инстинкт требовал защитить её. Даже от родного брата.

Она сделала к нему неуверенный шаг, словно ступая по тонкому льду.

— Люциан, когда ты прилетел? — спросила она, натянув на лицо подобие улыбки.

Мужчина встал, не отрывая взгляда. Я встретил его острый взгляд своим холодным. Я умел хорошо маскировать свои эмоции. В данной ситуации мне жизненно необходимо контролировать себя.

— Утром. Сразу к вам, а здесь никого, — в его напряженном тоне сквозило явное недовольство нашим отсутствием. Он явно ждал здесь давно.

— Мы с Дино гуляли по городу. Решили отдохнуть, выходной же, — пролепетала Аврора, отчаянно пытаясь казаться непринужденной.

Мой живот напрягся, но лицо осталось бесстрастным. Я знал, кем я был и кому предан.

Взгляд Люциана смягчился, посмотреа на сестру. Я молча стоял, ожидая тяжёлого разговора.

— Сестрёнка, как ты? — осторожно спросил он, пытаясь прочесть правду в её глазах. Он жаждал убедиться, что с ней всё в порядке.

— Я замечательно, правда! Мне так нравится в Бостоне, — прозвучал её воодушевленный голос, полный искренности.

Слова Авроры вызвали у Люциана слабую улыбку, но я чувствовал, как напряжение все еще сковывает его. Что-то здесь было не так.

— Не соскучилась по нам?

Неожиданно Аврора шагнула к нему и заключила в объятиях. Люциан замер от удивления — подобная тактильность не была ей свойственна. А сейчас она сама обнимала его.

— Очень соскучилась, поэтому и звоню вам постоянно. Я так рада тебя видеть, очень-очень, — прошептала она, прижимаясь к брату.

Люциан ответил на объятие.

— Бостон и правда пошел тебе на пользу, — сказал он ровным голосом, но неожиданный порыв сестры тронул его до глубины души.

— Рассказывай, как тебе живется вдали от дома? Что нового?

Аврора с готовностью подхватила тему, рассказывая о своих занятиях, новых друзьях и интересных местах, которые успела посетить. Он слушал ее, внимательно наблюдая за каждым ее жестом, за каждым мимолетным выражением лица. Люциан что-то искал.

После ее увлеченного рассказа, мужчина перевел взгляд на меня.

— Ты пока отдохни, а мне нужно переговорить с Дино, — произнес он ровным, словно отшлифованным тоном.

— Дино так хорошо обо мне заботился… Не знаю, как бы я справилась без него, — в голосе Авроры прозвучала легкая встревоженность, словно она чувствовала сгущающееся напряжение и пыталась его рассеять.

Сердце бешено заколотилось от ее слов, от этой нежной попытки защитить меня. Мне хотелось осыпать ее поцелуями, но я должен был стоять неподвижно, заковывая чувства в броню сдержанности.

Аврора, повинуясь невысказанному приказу, неохотно удалилась в свою комнату, оставив нас наедине.

В комнате повисла давящая тишина. Мне пришлось усилием воли сдержать порыв расстегнуть ворот рубашки — казалось, невидимые пальцы сжимают горло, лишая воздуха.

Люциан медленно обошел стол, его взгляд, словно лазерный луч, прожигал меня насквозь. Передо мной стоял теперь Дон.

Вот и поговорим...

— Дино, — произнес Люциан, растягивая гласные, словно пробуя мое имя на вкус. — член моей семьи...

— Можно сразу к сути, Люциан? — не выдержал я.

Мужчина моментально оказался рядом со мной.

— Ты мне соврал. Впервые за столько лет, ты меня обманул. Почему, Дино? На мою сестру напали, а ты ничего мне не сказал, — прорычал он, в его голосе ярость и разочарование.

Я никогда не забуду, что для меня сделал Люциан. Я обязан ему жизнью. Но как быть, если я сам переступил черту невозврата?

— Аврора хотела остаться в Бостоне, а ты бы её забрал, — невозмутимо бросил я.

— Конечно бы забрал! На нее напали, снова, а я не был рядом! — кипел он, его глаза сверкали от гнева.

— С ней все в порядке. Нападавшие мертвы. Да, я признаю свою ложь и готов принять твой гнев, твое наказание.

Мы стояли друг напротив друга, глядя в глаза. Я понимал, что заслуживаю его ярость и приму любое наказание.

Люциан шумно выдохнул, отступил на шаг, словно отшатываясь от увиденного, и покачал головой.

— На твоем месте был бы другой, я бы не задумываясь всадил ему пулю в лоб, — с горечью усмехнулся