Измена. На краю пропасти - Марта Макова

— Помоги. — тихо согласилась я. — Просто уйти, это будет лучшая помощь. Ты со всем отлично справился, Саша. Больше ничего не нужно, и так уже перебор.

Я закрыла глаза, потому что не могла видеть мужа. Дыхание его слышать и чувствовать не могла. Мне было плохо. Мне было невыносимо больно видеть его. Моё разодранное в клочья сердце не справлялось с этой болью. Я не понимала, чем я заслужила это.

Я была хорошей женой. Понимающей, терпеливой, любящей. Всегда и во всём поддерживала Сашу. У меня порядок был в доме и всегда вкусная, любимая еда наготовлена.

Я не относилась к той категории женщин, у которых то мигрень, то живот болит, то настроение плохое. Я любила мужа, и даже после стольких лет совместной жизни моё сердце замирало, когда я видела его обнажённое тело. Саша серьёзно относился к своему внешнему виду. Он спортзал посещал стабильно два раза в неделю. Нет, он не был раскаченным, но у него не было ни грамма лишнего веса.

И я не понимала, почему в моей жизни произошёл весь этот ужас. Где я нагрешила? В чём была моя, вина, за что меня так наказывали?

Всё же было хорошо. У нас была семья в самом настоящем её понимании. Мы любили друг друга, мы родили двух прекрасных сыновей. Умных, красивых, здоровых. Мы с чистой совестью могли гордиться нашими сыновьями. У нас не было каких-то серьёзных проблем в семье, в наших с Сашей отношениях. У нас даже поссориться не получалось. Ну не было у нас причин для серьёзных ссор. А по мелочам… без этого за двадцать четыре года не могло не обойтись. Но мы никогда не обижались друг на друга долго.

Я понимала, что как бы я ни любила Сашу, как бы не боготворила, не восхищалась и не уважала мужа — он меня предал. Перешагнул через мою любовь и верность, через все наши годы вместе, и предал. Он предательством своим растоптал, разрушил нашу жизнь. Все, что мы строили вместе.

И это он убил нашего ребёнка. Не Виола. Она была только орудием в его руках. Это Саша, его измена привела нас в эту точку.

— Уходи. Никогда не прощу тебе этого. — я дрожала всем своим измученным телом и наконец не выдержала и закричала. — Убирайся! Видеть тебя не могу! Убирайся из моей жизни! Ненавижу тебя, убийца!

Глава 33

Лиза

Ему было больно, я видела это. И мне было больно. Нам всем было плохо. Ужасно. Беспросветно. И что с этим делать, как это пережить я не знала. Не физическую боль, не только её, а больше душевную. Я могла тысячу раз сказать Саше в глаза, что это только его вина. Могла бросать в лицо страшные обвинения, но легче от этого мне не становилось.

Положив здоровую руку на живот, я тихо плакала. Солёные слезинки обжигали скулы, разъедали и без того саднящие ссадины. Губы ломило, и я раз за разом облизывала их, но облегчения это не приносило.

— Лиза. — Саша положил мне на предплечье руку, легонько сжал его. — Я позову врача. Пускай дадут успокоительное. Ты сердце себе рвёшь. Потом болеть будет.

— Нет. — качнула я головой.

Я всегда была уверена, что тому, кто потерял кого-то близкого, обязательно нужно время, чтобы оплакать своё горе. Вылить его слезами. И ему не нужны сочувствующие рядом, пытающиеся отвлечь разговорами и какими-то действиями. Они только раздражают своим навязчивым присутствием. Каждому человеку нужно немного времени, чтобы в одиночестве оплакать свою беду. Потом можно принять помощь и поддержку близких.

— Давай смажем губы. Врач оставил мазь. — держа в руках баночку с мазью, Саша осторожно присел на край кровати. — Быстрее заживёт.

Я отвернулась. Разбитые губы были меньшим из моих трагедий. Жаль, что не существовало мази, способной залечить растерзанное сердце. А оно болело. И всё равно жило. Рвано сокращалось, разгоняя вместе с кровью по венам боль.

— Не трогай меня. — судорожно всхлипнула я. — Просто уйди.

— Не сейчас, Лиза. — муж поджал губы и опустил веки, пряча под ними болезненный взгляд. — Тебе нужна помощь. Я не оставлю тебя здесь одну, слабую и беспомощную.

Я не хотела принимать от мужа помощь. Не хотела, чтобы он прикасался ко мне. Не после всего. Поэтому нервно дёрнулась в сторону и ойкнула от прострелившей низ живота боли.

— Лиз, я всё понимаю. — глухо проговорил Саша и снова потянул за предплечье, пытаясь развернуть меня лицом к себе. — Я уйду, но не сейчас. Когда ты поправишься, окрепнешь и будешь способна сама за собой ухаживать.

— Послезавтра суд. — я выхватила из рук мужа открытую банку с мазью. — От меня будет адвокат. Будь добр, явись на заседание и дай мне развод.

— Хорошо. — обречённо согласился Саша.

Я подняла на него удивлённый взгляд. Сквозь пелену слёз всмотрелась в лицо мужа. Он согласен? Даст мне развод?

Саша выглядел неважно. Он словно постарел на добрый десяток лет. Серая кожа, тёмные круги под глазами, скорбные складки у губ. О чём он сожалел? О каком из потерянных детей?

— Твоя любовница сказала, что это ты виноват в гибели вашего ребёнка. — слова давались с трудом. Горчили на языке. — Пожелала тебе корчиться в крови, а корчусь я.

Саша вздрогнул и поднял на меня полный боли и раскаяния взгляд.

— Почему, Саш? За что ты так со мной? С сыновьями? Из-за твоей сумасшедшей Виолы чуть не погиб Антон. Я не стану ничего скрывать от полиции. Расскажу всё как есть. Хочу, чтобы она ответила по закону. И если ты посмеешь защищать её…

— Я не стану защищать её. — хмуро перебил меня муж и, морщась от боли, растёр ладонью грудь. — Её уже ищут, Лиза. Она не сбежит, как в прошлый раз, когда пришла к тебе и несла чушь про то, что у нас с ней отношения.

Сбежит? А если её не найдут, не смогут сразу поймать? Чего мне ожидать в следующий раз? Что она мне кислотой в лицо плеснёт? Его чокнутая девка наймёт каких-нибудь отморозков, и они нападут на Антона где-нибудь в подворотне, когда он будет возвращаться один со школы?

Мне нужно было срочно заявить в полицию о нападении. Я должна сама защитить сыновей и себя, раз на Сашу не было надежды.

Я отвернулась. Подцепила пальцем