Черная Принцесса: История Розы. Часть 1 - AnaVi

фразами! Ловим на ходу какие-то другие, чужие умозаключения, высказывания и мысли… и вдруг понимаем, что: «Точно». Вот просто знаем и… все! Просто почему-то же не произносили, не задумывались так дотошно и точно же об и над этим, как и до этого. Так еще и не слышали же самих себя. Носили в себе эти знаки и символы в ворохе всего же и сразу, изредка лишь пробивающиеся наружу, но и будто надписью на лбу, которую мало того, что не видно без зеркала, так она еще и написана же так же и тут же ведь наоборот, справа-налево или вообще шиворот-навыворот, а там же порой и с боку бантик вверх ногами… Но и знали же. И это факт! Просто не понимали и не принимали этого до того и самого же момента, пока кто-то только и другой же опять же или чужой не произнес их сам. «А как же свои, близкие и родные?». А вот так — никак! Как и с их же все: «Не делай! Стой! Не надо!». Что в лоб же, что по лбу… Горохом об стену и… бараны упертые! Идем… и дальше делаем. И не столько же уже и потому, что как и с собой же все, не слушаем и не слышим, не можем, а и скорее же и именно — не хотим! Ведь и наше только мнение, свое собственное — верное. Да и верное же еще и априори! Да и пошло ли это еще от юношеского максимализма или нет… но факт есть факт — их, как и себя да и как правило же, мы никак не разумеем! Моя твоя не понимать, как говорится. «А что же другие и чужие в сравнении?». О-о-о… Ну: «Они же ничего не портят, хуже не делают да и не сделают, ведь и не думают о себе, как и нас же самих и под себя же прогнуть… не пытаются». Какие хорошие, правда! И как картинка же сама еще резво меняется, переворачиваясь. Да и сразу ведь вспоминается: «это не ты перевернул игру — это она тебя перевернула». Только вот и жаль — забыла вернуть обратно, как все и было, на свои же места. А хотя… Так оно ведь и было, да: никак. Но и постой же пока далеко уходить в свет науки и из чернухи же заговора! Да и от людей к не… Мы же с тобой все же приверженцы третьей стороны меж двух вопроса, не забывай. Давай же все же подумаем еще: «Почему выжидается тот самый момент, когда ничего, как и никто не отвлекает и не забивает эти же самые, но еще пока и наши же мысли далеко и надолго, так еще и диск освобожден от наиважней-наинужнейшей информации в виде нерешенного и недорешенного, нереализованного? Подбирается время и лицо, этакая и особенная напоминалка?». Да… Ведь и не каждый готов высказаться на ту или иную… эту же и конкретную тему, что и конкретно же так же нам и сейчас, здесь нужна. А тут — именно он или она, они… здесь и в этот же час… в эту же минуту и секунду… и именно же нам! М? Будто бы и самые что ни на есть звезды сошлись, объединившись с точками на карте! Да так еще и когда переспрашиваешь эту самую напоминалку о сказанном ей же ранее — там пусто. Просто… Вместо и до этого же будто бы и обычного, так еще и нескончаемого потока бла-бла-бла — пусто! Она просто и не помнит, что говорила. Почему? Потому что. Ну или может, для нее — это само собой разумеющееся, как и по факту же еще и вещь, не требующая особой усидки и размышлялки. Нам это нужно было — нам и было дано, в наших же руках и все это: для придания истинного вида и такой же формы. Можно упаковать и бантик же повязать — для других же уже или чужих! Ну и так и… что же это все-таки действительно и уже теперь: пробуждение разума или все же дежавю, как уже прожитое и познанное, но затертое и закрытое, просто забытое? Может быть, и то и другое? А что? Все же — возможно. И даже невозможное. Мы же ведь и сами — как и тот же все пример, правило и тут же ведь исключение из него, подтверждая и то, и другое. И да, пусть, может, кому-то и до сих пор еще хочется верить в девственно-чистый разум в каждом же из моментов и перемещений… после каждого же еще и перерождения… в каждой из точек на карте и планет во Вселенной… при этом же еще не таща камни и якоря, как и весь же остальной, оставшийся мусор и хлам и… откуда-то оттуда… тучу же лет до, после и… кряду. Но даже и им придется рано или поздно согласиться с тем, что и это не вечно и тоже конечно — чистота же тоже из чего-то появилась и куда-то должна затем все равно деться: не в себя же саму и опять. Только — если вернуться во времени, а это невозможно уж точно. Как и то, что и не из себя она появилась изначально! И это ведь все далеко не про — мир из войны, жизнь из смерти, здоровье из чумы и пир из голода. Это про исключения из правил, баланс из равновесия, спад из взрыва и новое повторение из старого мучения. Ну а если еще раз и простым языком: что-то никак и никогда не исключает и не исключит кого-то, как и наоборот…

* * *

— Просыпа-а-айся… — сладко, а даже как-то и чересчур приторно пропел над правым ухом Софии только-только вернувшийся и вошедший сразу же в гостиную Егор, перегнувшись через спинку черного кожаного дивана и нависнув, почти что и накрыв собой уснувшую на нем и перед горящим же камином девушку. На что та лишь что-то промычала, нахмурившись и, покачав головой, желая откреститься и никак более не откликаться, только хотела продолжить или уже даже и начать смотреть свой новый сон, как он перепрыгнул ее и сел на сам диван, оказавшись практически вплотную к ней и на ее же ногах, вовремя успев подбросить последние над и перед собой и уложить их в том же горизонтальном положении, но и уже на