На грани доверия - Елена Вернадская

— Все, Рома, мне уже пора, — поднялся Арнаутский и протянул руку. — На связи.

Арнаутский ушел, а Роман опять пустился в размышления. Майя и какой-то мужик. Мужику года 32–33, так вроде Маргарита Павловна говорила. А зовут его как одного из апостолов. Рома даже слегка улыбнулся. Примета так примета. Да чем черт не шутит.

Роман открыл поисковик и забил запрос. Итак, двенадцать апостолов — Симон Пётр, Андрей Первозванный, Иаков Зеведеев, Иоанн Зеведеев, Филипп, Варфоломей, Фома, Матфей (Левий), Иаков Алфеев, Иуда Фаддей, Симон Кананит и Иуда Искариот.

Вот прям все его знакомые. Блять, Рома, там может бабка уже из ума выжила еще при этих апостолах, а ты ее слова за чистую монету воспринимаешь. Тебе в суд сегодня еще, а ты херней страдаешь.

* IP-адрес

Глава 31

Роман

Роман бросил портфель на стол и устало опустился в кресло в своем кабинете. Он только что вернулся из суда и, если бы не клиент, встреча с которым была назначена заранее, поехал бы домой.

При воспоминаниях о доме, Роман улыбнулся. Он так боялся, что после вчерашнего утра их с Настей отношения снова вернутся в фазу холодной войны, но к счастью, жена восприняла произошедшее довольно спокойно. Как будто поняла, наконец, что кто-то спланировал всю эту дичь в их жизни. Он, честно говоря, был готов к любому развитию событий, даже речь по дороге домой придумал, но, слава богу, она ему не пригодилась.

Роман, как обычно, почитал дочери перед сном. Когда он вернулся в их спальню, Настя уже спала, что неудивительно — умаялась на работе с непривычки, да еще и нервы с утра потрепали. Но в их постели больше не было отдельных одеял. Роман улыбнулся, аккуратно улегся рядом и притянул жену себе на грудь. Она пробубнела что-то сквозь сон, удобнее устроилась и вновь засопела. Как же ему не хватало таких простых и в тоже самое время таких нужных вещей. Несмотря на сумасшедшее утро и не самый лучший день, засыпал Роман с улыбкой на губах.

Его размышления прервал Саша.

— Роман Александрович, клиентка уже здесь. Звать?

— Да, зови, — подобрался он, надевая на лицо профессиональное выражение.

Когда через мгновение на пороге появилась женщина, Роман на мгновение потерял дар речи.

— Здравствуй, Рома, — пропела Анжелика Белявская и широко улыбнулась.

Когда первый шок прошел, Роман тоже улыбнулся ей в ответ.

— Здравствуй, Лика. Неожиданно. Присаживайся, — кивком предложил он.

Лика грациозно опустилась на стул у стола, пригладила подол платья, закинула ногу на ногу и посмотрела прямо на Романа.

А она изменилась — внешне точно очень сильно. Было ощущение, что перед ним совсем другой человек. Осталось ли в ней что-то свое, чего не касалась рука пластического хирурга, сказать было сложно. Сейчас в ней все было идеальной формы — нос, губы, скулы, грудь, и от этого она смотрелась как неживая. Просто красивая кукла.

— Ну а я шла целенаправленно к тебе, — расплылась в улыбке его бывшая.

— Вот как? — приподнял бровь Роман. — И по какому же поводу?

Роман отчетливо увидел, как Лика практически профессионально, как будто делала это постоянно, убрала с лица улыбку и надела на себя маску обиженной женщины. Что ж ты в актрисы не подалась, такой талант пропадает?

— Ром, мне нужна твоя помощь, — с придыханием произнесла она.

— Помощь? Это какая?

Все чудесатее и чудесатее, как говорила героиня одной известной детской сказки.

— Рома, — потупила Лика глазки. — Я развожусь с мужем и мне нужен хороший адвокат.

Во как. Променяла его на более перспективного и успешного, а теперь разводится и просит ей в этом помочь. Он смотрел на нее, на эту еще молодую красивую женщину, и ничего не чувствовал. Вообще. Он воспринимал ее как обычную клиентку. Она — чужой человек, и его былые чувства, и боль, через которую он прошел когда-то, здесь совсем не при чем. Просто в силу своей юношеской влюбленности и молодости он тогда не видел того, что четко видит сейчас.

— Извини, Лика, но я вынужден тебе отказать.

От неожиданности она резко вскинула голову и ее рот приоткрылся в некрасивой букве «О». Похоже Лика была уверена, что Рома возьмет ее дело. Но он не собирался впускать в свою жизнь прошлое. Прошлое на то и прошлое, чтобы там и оставаться. У нее своя жизнь, у него своя.

— Погоди, — растерянно произнесла Лика. — Но почему?

Роману очень хотелось просто сказать: «Не хочу». Но он не мог.

— Боюсь, что личная заинтересованность может влиять на объективность и беспристрастность ведения дела, — выдал он сухую формулировку. Звучала она, конечно, двусмысленно, но это не его проблема. Он точно знал, чего делать не хочет и не будет.

— Ром, ну не говори ты глупости, — вдруг выдала уверенно Лика. — О тебе отзываются как об очень успешном адвокате…

— И перспективном, — не сдержался Роман.

— Ты что до сих пор на меня злишься? — захлопала глазками Лика. — Ну да, я ошиблась. Но я была такой молодой и глупой.

Ты и сейчас ничем не лучше. Это в 18 он не видел очевидных вещей — что она уже тогда была просто меркантильной сучкой. А сейчас ему было все равно на ее заигрывания. Ну не велся он на такое. А она заигрывала.

— Злюсь? — удивленно спросил он. — Лика, столько лет прошло, глупо злиться на то, что давно быльем поросло.

— Но ведь старая любовь не ржавеет…— с придыханием произнесла Лика и облизала губы.

Пиздец, это что она решила его соблазнять?

— Лика, я женатый человек, — решил расставить все точки над i Роман. — Я люблю свою жену и дочь. И подобные предложения мне неинтересны.

Ему показалось или Лика сверкнула глазами. А затем как-то снисходительно улыбнулась.

— Рома, не торопись с ответом, — она встала со стула и пробежалась руками по контуру своей фигуру, как бы демонстрируя себя во всей красе. — Я могу быть очень благодарной.

— Лика, — твердо сказал Роман, — я хочу, чтобы ты поняла, я не возьмусь за твое дело. Так что ищи себе другого специалиста. Могу кого-нибудь порекомендовать.

— Спасибо, но я хочу, чтобы моим адвокатом был именно ты.