Тестовая невеста для Владыки ночей - Ксения О

надо признать, — я сглотнула, — выглядит он настолько привлекательно, что все небесные жительницы по очереди приходят на него посмотреть тайком. Одна даже переделала ему нефритовый гребень, но тот лишь отвернулся. Очередь выстроилась до самых облачных ворот».

Я открыла рот.

— То есть они его… разглядывают? — опять уточнила у служанки.

— И обсуждают, госпожа, я там была. — Динер сидела красная, как вареный краб.

Я опустила глаза в «Вестник». Ниже в статье было дерзкое уточнение, что «фигура демона вызывает зависть у небесных воинов и восхищение у дам. Особой популярностью пользуется его небрежная причёска и открытая грудь».

— Ну и ну, — я встала с кровати и начала ходить по комнате. — Он там страдает, а они на него смотрят как на картину из алых книг!

— Госпожа, откуда вы знаете о таких книгах? — Динер вообще начала заикаться, щеки ее стали того же цвета, что и эти самые книги.

— Да разве это важно сейчас, — взмолилась я.

Динер только и тихо добавила:

— Неужели о вас всё правда, госпожа?

— Кошмар! Папа всё это прочитает! Он узнает, какая я глупая! Он откажется от меня! Отправит обратно в смертный мир! Сошлет в бездну вместе с демоном? Отправит учиться? Ооооооо, это всё страшный сон!

— Госпожа, успокойтесь…

— Не могу я успокоиться! — я заметалась по комнате, как загнанная лисица. — Как же так? Я думала, никто не знает! А тут вся газета исписана! Я, конечно, хотела славы, но что бы такой!

И в этот момент дверь открылась.

На пороге стоял отец. Повелитель Гроз.

Я замерла. Динер замерла. Даже драконы на потолке, кажется, выронили наконец эту дурацкую жемчужину.

— Папа, — пискнула я. — Это не то, что ты думаешь!

«Вестник небес» выпал у меня из рук.

Отец посмотрел на меня, переводя взгляд на открытый у его ног свиток.

— Ты читала? — спросил он. Голос его был ровным, но я чувствовала — под этой ровностью скрывается что-то страшное. Как молния в туче.

— Я… ну… вообще-то…

— Жувань, — отец шагнул в комнату. — Ты расстроена?

— ….? — я не поняла и на всякий случай молчала.

— Про статью. Про то, как тебя высмеивают. Я поубиваю этих писак!

— А-а-а, это… — нервно засмеялась. — Папа, я не обижена. Я боюсь, что ты будешь ругаться на меня, когда узнаешь, какая я такая глупая!

Отец замер.

— Что?

— Ну, они там написали, что я иероглифы путаю и читаю с трудом. А это правда! Я правда глупая, папа! — у меня на глаза навернулись слёзы. — Ты, наверное, разочарован во мне?

— Дочь, — отец подошёл ко мне и взял за плечи. — Я не разочарован. Я переживаю, как бы ты не расстроилась из-за этих сплетен. Мне всё равно, умеешь ты читать или нет. Ты моя дочь, и люблю тебя любой. Это я виноват, что не позаботился о тебе вовремя.

— …..

Он обнял меня, прижимая к себе, я даже вдохнула от облегчения, по щекам скатились стоявшие в глазах слезы.

— Пап, — сказала я в его плечо.

— Мм?

— А демона можно вызволить оттуда? Ему, наверное, там плохо. Он спас меня от молний. Это я его позвала. Ты не ругайся, я же не знала тогда, ты тоже был поблизости, я бы позвала тебя, отец, если бы знала. Клянусь.

Отец отстранился и посмотрел на меня долгим взглядом.

— Сегодня вечером будет решение Небесного суда по нему, я как раз пришел тебя взять на слушание. Думаю, с ним будет всё хорошо.

— Вообще, он хороший.

Отец покачал головой и, выходя, сказал:

— Собирайся.

— Госпожа, — прошептала служанка с угла комнаты, — Вы меня до инфаркта доведёте.

— А что такое инфаркт?

— Это когда сердце останавливается от страха.

— И такое бывает… — задумалась я.

Глава 34

— У меня точно это инфаркт сегодня случиться, — задумалась я, глядя на Динер, которая всё ещё сидела на полу и держалась за сердце. — Ладно, вставай. Отец сказал собираться. Значит, будем собираться. И не просто собираться, а собираться так, чтобы суд придавить моим новым статусом и вытащить моего друга.

— Госпожа, — простонала Динер, — это все-таки суд, а не на свидание.

— Динер! — строго сказала я. — Речь идёт о справедливости! А ещё о том, чтобы все эти писаки из «Вестника» подавились своими же сплетнями. Если я приду в суд нежным робким облачком, они напишут, что дочь Повелителя Гроз — пустое место. А если я приду во всём великолепии, они напишут, что дочь Повелителя Гроз достойна звания первой красавицы на небесах.

Динер вздохнула с таким видом, будто приняла яд и ждала, когда он подействует, но послушно открыла шкаф.

Оттуда на меня пахнуло роскошью, золотом и, кажется, самим Нефритовым Императором в праздничном обличье.

— Давай доставай что побогаче и понаряднее? — разошлась я окончательно.

— Сейчас выберем лучшее, госпожа. Отец вам столько всего накупил. — восхищалась Динер, торча только наполовину в комнате, остальной половиной в шкафу.

— Платье из драконьей чешуи. Нет, его мы оставим на свадьбу, — бурчала она, погружаясь глубже.

Я не стала уточнять, какую свадьбу она имеет в виду.

Первым делом Динер достала дюсашань. Оно было небесно-голубым. Такого цвета, будто кто-то собрал все облака южных морей, вымочил их в лазурите и прошил серебряной нитью. По подолу летели журавли, по рукавам гуляли волны, на груди красовался вышитый пион, который, если присмотреться, шевелил лепестками. Настоящее великолепие, всё лучшее собрали в одном наряде, это было даже слишком.

— Это одеяние называется «Облака, несущие бессмертие и любовь», — пояснила Динер, помогая облачиться во все эти слои. — Ваш отец выкупил его у лучших вышивальщиц Западного Неба, они шили его больше сотни лет.

— Сотню лет? — я запереживала, уточняя: — И оно не вышло из моды?

— Мода на Небесах меняется раз в тысячелетие, не переживайте.

Я стояла перед зеркалом, едва получалось опустить руки. Они ложились на пухлые слои юбок.

— Достаточно величественно? — спросила с подозрением служанку. Динер сказала, что «очень», и открыла шкатулку.

Признаюсь, я чуть не ослепла. Шпильки, заколки, гребни, подвески, серьги, браслеты и кольца. И всё это золотое, нефритовое, с жемчугом, с лунными камнями, даже кораллами и с ещё чем-то, что сверкало так, что хотелось зажмуриться и ущипнуть себя.

— Давай как можно больше, втыкай в прическу все эти и эти шпильки золотые и смотри выбирай самые тяжелые!

— Госпожа, вы уверены? Эта шпилька с фениксом весит полтора цзиня, — в итоге она водрузила мне на голову конструкцию, от которой у меня шея скрипнула. — А этот гуань с каплями лунного света все два цзиня.

(*цзинь — около 600 граммов)

— То есть у