9 месяцев после развода - Мария Устинова

Это невозможно. Их нужно забирать из ячейки, туда кроме Орловского и меня никого больше не допустят. Разве что написать на нее доверенность… Но смысла нет. Даже если заберу сейчас, заняться продажей смогу только после родов. Только лишние проблемы, когда их и так хватает и скоро прибавится новых хлопот.

– Послушай, войди в положение, – прошу я. – Подержи эти документы хотя бы две недели, и я заберу все вместе.

Антон бросает трубку.

Меня пробирает запоздалый озноб.

С мужем я не говорила с развода и не горю желанием. Как же я испугалась, услышав его голос. Думала, моя тайна раскрыта.

Зря откровенничала с подругой!

А если и вправду расскажет? Ладно, у Орловского полно своих дел. Бизнес, банк, где он заседает в правлении, беременная невеста на девяти неделях… Я на этом сроке была еще в полной прострации. А она неплохо должна себя чувствовать, окруженная заботой.

Но в одном Антон прав: документы нужно забрать как можно скорее. Ради меня он на уступки не пойдет. У меня есть две недели, затем он вышвырнет мои вещи.

Антон Орловский был настоящим сыном своего отца.

Про себя я называла свекра Иваном Грозным не зря. Это был очень властный, влиятельный мужчина, привыкший, что всё вокруг происходит только с его разрешения и только так, как он хочет.

Помимо капиталов, эту властность он передал по наследству Антону.

Люди, воспитанные в по-настоящему богатых семьях, отличаются от обычных людей. Теперь, когда я попала в этот мир, я точно это знаю.

Раньше я не общалась с такими. И о богатых у меня было другое представление, где царили стереотипы. Оказалось, что люди, поколениями выросшие в достатке и уважении, совсем другие.

По ним это заметно сразу.

Настолько, что продавцы, официанты и, как называл окружающих Антон, персонал, безошибочно распознавали в нем господина и относились соответственно.

И в этот мир меня привел Антон.

До сих пор не понимаю, чем он руководствовался. Там были совсем другие женщины – из хороших семей, с отличным воспитанием и образованием. Они были воспитаны, как хорошие жены и знали тысячу негласных правил в общении с себе подобными.

А я нет.

У меня не появилось друзей из его круга. Там друзья не заводятся, здесь не принято дружить не с равными. Ко мне относились с интересом, любопытством, но сблизиться не пытались, потому что не видели во мне свою.

Я была девушкой, невестой Антона, а затем его женой.

Когда мы расстались, обо мне забыли. Думаю, обо мне даже не спросили, когда Антон пришел без меня или с другой девушкой. Проявлять лишнее любопытство к равному было неприлично. Все равно, что спрашивать сколько ты зарабатываешь. В той среде сам вопрос был абсурдным. Знакомые Антона вели себя так, словно им принадлежали все деньги мира.

Я не знаю, почему он меня вышвырнул.

Это очень задело меня.

Разногласия, даже измены – это больно, но хотя бы понятно. Намного хуже, когда все заканчивается надуманными, нелепыми обвинениями. Начинаешь копаться в себе. Перебирать прошлое – что могло стать причиной? Это бессонные ночи. Переживания. Я на нервной почве похудела. Можно сгрызть себя заживо. Препарировать любой косой взгляд и лишнее слово, пытаясь разобраться, была в этом твоя вина или нет…

Если бы не малыш, я бы точно съела себя.

Но беременность прочистила мозги. Я стала волноваться о том, что действительно важно. Остальное пусть останется на совести Антона.

Я не виновата в его решениях.

С самого начала было ясно, что у нас ничего не выйдет...

Будь у меня больше жизненного опыта, я бы вела бы себя разумнее, а не верила в розовые сказки. Мы познакомились, когда я была голодной, но талантливой студенткой последнего курса.

Мне казалось, что счастье и успех совсем рядом. Протяни руку и шагнешь в новую жизнь, я уже видела себя с дипломом, первой работой и всем необходимым для начала карьеры.

Мой полет прервал Антон.

Практически подстрелил на взлете.

Мы начали встречаться, я влюбилась и начала склоняться в сторону семьи. Это было так здорово, когда мужчина уделяет тебе время, любит, спрашивает, как прошел твой день. Когда есть люди, которым на тебя не все равно. Тогда еще был жив мой свекор – пожилой, очень влиятельный человек. Антон был поздним ребенком. Ему было под шестьдесят, когда молодая красавица родила ему сына. У богатых пожилых людей такое случается. Я ему сразу не понравилась. Не пришлась ко двору и все.

Точных причин я не понимаю до сих пор.

Ну да. Я не из благородной богатой семьи, у меня нет знаменитых родственников. Я не модель, не актриса или известная спортсменка. Да, я привлекательна, но, думаю, свекор считал, что я недостойна его сына.

Антон – богатый наследник. Блестящее образование, с детства он знал, кем станет и что теплое место в правлении папиного банка обязательно. При этом Антон не вырос глупым мажором. Да, он был жестким, временами безразличным к окружающим, как это бывает у богатых. Эгоист. Но при этом Антон был образованным, трудолюбивым и по-настоящему любил бизнес. К сожалению, как я выяснила позже, кроме бизнеса он больше никого и ничего не любил…

Вырос похожим на отца.

Свекра не стало, когда мы были в браке год.

Еще через шесть месяцев последовал развод.

Да, как раз после того, как он вступил в наследство.

И выбросили меня, попутно оскорбив при этом. Такого не прощают даже горячо любимому человеку. А если и прощают, доверие после этого безнадежно уходит.

Но поначалу все было, как в сказке.

Романтичные свидания, охапки цветов, дорогие подарки. Поездки по ночной столице на его «феррари». Мы были словно Принц и Золушка. Красивой парой, у которой было огромное, как я полагала, будущее.

Не знаю, чем его привлекла.

Антон говорил, что я – идеал женщины. Красивая, умная, с правильными жизненными ориентирами, какое бы понятие он в это не вкладывал.

Я ему верила.

Очень лестно было такое о себе слушать.

У Антона не было недостатка в девушках, на него вешались любые – в том числе вышеупомянутые модели и актрисы. Но выбрал он меня. Небогатую студентку. Полюбил за душу, к которой и внешность неплохая прилагалась.

У меня были густые каштановые волосы, привлекательное лицо без всякой пластики и уколов красоты, точеная фигура. Антон назвал меня прекрасной статуэткой однажды.

Первая совместная ночь, дело шло к серьезным отношениям.

Поначалу я сомневалась, что Антон не увлечется