Одна на двоих. Золотая клетка - Бетти Алая

— Блядь, Яна… ты такая мокрая. Неужели так сильно хочешь? — ухмылка на красивых губах.

Киваю. Мурад выходит, затем толкается еще сильнее. Вскрикиваю, низ живота опаляет сладкая боль. Так всегда, когда он только входит. Я слишком узкая для его толстого члена.

Но постепенно мои мышцы обволакивают его. Сжимают, вознося на небеса. Я знаю свою женскую силу. И этот бешеный самец подчиняется.

Ведь я так боюсь снова остаться одной. Что меня оставит тот, кого я…

Но методичные толчки выбивают из меня все мысли. Это то, что я ищу. Полное освобождение. Порок, обволакивающий нас и отрезающий от всего мира. Именно сейчас у меня есть хоть что-то…

Горцев ставит меня на четвереньки. Таранит киску снова и снова. Рычит, вколачивая в меня член. Сильно хватает за бедра, фиксирует.

А я кричу. Не сдерживаю себя, выпускаю все накопившееся. Сейчас нет страха, есть только блаженная пустота…

Но и ее недостаточно. Мурад не может полностью наполнить меня. Нужно что-то… или кто-то?

* * *

Выключаю душ. Возвращаюсь в реальность. Да, я прячусь. Убегаю от боли потери.

Но вчерашняя мысль поразила. Недостаточно…

Я выжимаю из Горцева всю страсть, весь огонь. Но этого мало. Я не знаю, как понять собственные мысли.

Надеваю узкие джинсы, наверх полупрозрачную блузку. Природа наделила меня упругой «тройкой», так что лифчики я не ношу.

Повар Мурада оставил завтрак в холодильнике.

Беру себе фруктовое парфе и сажусь завтракать в одиночестве. В голове мелькают обрывочные воспоминания, словно из другой жизни. Наши завтраки с папой.

Каждое утро, прежде чем уехать в офис, он спрашивал, как я спала. Что мне снилось. И я с радостью рассказывала ему. Папа… почему ты оставил меня? Что мне теперь делать?

Я всегда считала себя сильной, но теперь, словно потерянный котенок. Мурад вырвал меня из моей трагедии, посадил в золотую клетку. Но, несмотря на драгоценные прутья, это все равно темница.

Тихо всхлипываю.

— Яна Васильевна, — слышу голос моего личного охранника Николая, быстро смахиваю слезы с ресниц.

— Ты достал код?

— Я не думаю, — мнется он, — босс меня уволит.

— Коль, — кладу ладонь на его огромную руку, поглаживаю, — мне нужен доступ в кабинет Мурада. Он не хочет помогать мне с наказанием той суки, что убила моего отца. Но я знаю того, кто сможет помочь. И уверена, что в кабинете Горцева все есть. Его адрес или телефон.

Уолс. Чудовище с черными глазами и татуированной шеей. Тот, кто, не моргнув глазом, похитил меня и выставил на аукцион. Монстр без души. Но при нашей последней встрече я оставила на его шее глубокие следы своих когтей…

Я знаю, что он связан с Горцевым. И если бы Мурад хотел, давно бы уничтожил мою мачеху. Если не хочет, я сделаю это сама…

— Ну так что? — смотрю прямо в глаза молодому спецназовцу, которого Мурад оставил охранять меня. — Поможешь мне, или я сама вскрою его кабинет, а потом буду все отрицать и скажу, что это ты?

Парень испуганно смотрит на меня. Хлопает глазами.

— Ладно, — берет салфетку и черкает код от второго кабинета Мурада.

Выхватываю и сминаю в руках.

— Спасибо. Я ничего никому не расскажу.

Бегу на второй этаж, в самый конец коридора. К незаметной двери, закрытой кодовым замком. Ввожу код и проскальзываю внутрь…

Глава 4

Яна

Бесполезные бумаги, контракты, соглашения. Все сложено идеально, листок к листку. Аккуратно перелистываю, стараясь найти хоть что-то, что укажет на контакты Уолса.

Почему я решила, что именно тут смогу что-то найти?

О! Это презабавнейшая история!

В тот день, примерно две недели назад, я слонялась по особняку Горцева. После смерти отца Ксюха выгнала меня из дома, лишив всего: крыши над головой, кредитной карты, машины.

Но мне было совершенно плевать на деньги. Главное: эта сука довела папу до инфаркта. И пусть в заключении о смерти стояло «быстрая сердечная смерть» или что-то такое, я знала правду.

Она виновата. У папы было слабое сердце, и эта стерва ударила точно в цель. Она довела его. И я отомщу!

Пытаясь осознать, что больше никогда не увижу самого близкого человека, я набрела на ту дверь. Она была приоткрыта. И оттуда доносился хриплый баритон Мурада.

— Нет, она как сквозь землю провалилась. Ксения исчезла, их юриста тоже отыскать не удалось. Думаю, у нее крепкая крыша. После взрыва в резиденции сгорели все бумаги, указывающие на заказчиков аукциона. Я знаю, что ты в курсе, кто заказал Яну, Клим…

Клим…

Не знаю ни одного партнера Мурада с таким именем. Но следующая фраза расставила все по своим местам.

— Я знаю твою цену, Уолс. Но не отдам тебе Яну, даже не проси. Она моя, я защищу ее ото всего. В первую очередь от нее самой.

Они сговорились! Меня не спросили, чего хочу я. Сильные мира сего разделили Яну Чикину как трофей. Естественно, ведь если удастся вернуть мне бизнес отца, я стану завидной невестой, и Горцев решил этим воспользоваться.

— Но я не ваша собственность, — рычу, остервенело, но точно и аккуратно перелистывая тонкие листы белой бумаги.

Тот вечер разделил мою жизнь на до и после. Именно слова Мурада разбили мои очки стеклами внутрь.

Я искренне верила, что он спас меня. Когда мачеха вышвырнула мои вещи из особняка, в котором я провела всю жизнь, именно Горцев протянул мне руку помощи.

И на какое-то время я подумала, что в безопасности. Но после услышанного мозги встали на место. Я вещь для него. И раз так, я использую его первой.

Если Уолс хочет заполучить меня, думаю, мы сможем договориться. Естественно, я не лягу с ним в постель. Но хотя бы выслушаю его условия.

Демон с черной душой. Так называют его партнеры Мурада. Горцев точно рад, что такое чудище на его стороне. И я смогу использовать это…

— Бинго, — ухмыляюсь, достав потрепанную визитку с надписью «Клим Волков», — так вот почему ты Уолс. Волков…

Это даже немного возбуждает. Перспектива обвести вокруг пальца двух самых опасных игроков подпольного мира. Самое главное — не попасть в плен больших черных глаз Уолса.

Телефона на визитке нет, как ни странно.

Есть адрес. Быстро фотографирую на мобильный и выхожу.

— Коля, мы едем кое-куда, — хмыкаю, — но сначала мне нужно переодеться.

Парень покорно следует за мной. Я взлетаю на второй этаж, запираюсь. Распахиваю дверцы шкафа. Пробегаюсь взглядом по платьям. Нужно