Лаванда для императора 1 - Ксения Никонова

вдохнула. — Ты должна исполнить свой долг, Тианочка. Ты должна поехать в столицу вместо сестры! На наше счастье, вы с Джиной так похожи. Никто не заметит подмены.

Что? Я не ослышалась? Мне предлагается лишиться невинности, лечь в постель императора, чтобы спасти Джину? Это называется дочерний долг? Да ни за что!

Мирабелла прочитала ответ в моих глазах, прищурилась.

— Не спеши отказываться. Я предлагаю тебе сделку, девочка. Ты едешь вместо Джины во дворец. Добровольно! И исполняешь там все, что от тебя потребуют. — Она подняла палец вверх и сделала паузу, словно хотела убедиться, что последние слова до меня дошли. — А взамен я избавлю тебя от брака с герцогом мон Тикейра. Тебе ведь уже сообщили по секрету о помолвке?

Так я узнала сразу две новости, одна хуже другой. Во-первых, меня все же просватали за престарелого герцога. Во-вторых, я могу избежать этого, если соглашусь лишиться невинности вместо сестры.

* * *

Сделка, значит? Ну, хорошо. Что я, собственно теряю? Если выйду замуж за герцога, то лишусь жизни. Если поеду во дворец, то останусь без… Я обреченно усмехнулась. Без второго вполне можно жить, даже если не получится обзавестись мужем.

— Когда нужно быть во дворце? — поинтересовалась почти спокойно.

— Через две недели. — Голос мачехи тоже стал деловым, холодным. Время для притворства закончилось.

Я прикинула в уме — путь до столицы займет чуть больше недели. Или…

— На лошадях или порталом? — уточнила я.

— Гонец оставил портальный артефакт.

Мирабелла вытащила из кармана кожаный мешочек с императорским гербом и положила на стол.

Я довольно кивнула, заложила руки за спину и посмотрела на графиню в упор:

— Я хочу заключить нерасторжимый магический договор.

— Хорошо, — нехотя согласилась Мирабелла.

— От имени рода. С отцом.

Мачеха через силу кивнула. Было видно, что следующие слова дались ей с трудом. Неужели и здесь думала надурить? Ай, да матушка! Ай, да гадина!

— Будет тебе договор, Тиана.

Что ж, основное выяснила, а теперь можно и поторговаться.

— Но у меня есть условия.

Я сделала шаг к столу и опустилась в кресло, ничуть не заботясь, что мачехе придется сесть на кровать.

— Ты смеешь ставить мне условия, дерзкая девчонка? — изумилась она.

— Вас это удивляет? Вы хотите обмануть императора, — напомнила я, покачивая ногой. — Если обман раскроется, мы все отправимся на плаху. Боюсь, без головы Джине не светит брак ни с маркизом, ни с последним псарем, ни с конюхом.

— Что ты хочешь, Тиана? Новое платье? Лошадь? Серьги?

Лошадь? Я, откровенно рассмеялась. Лошадку я хотела в десять лет, когда Джине купили чистокровную аравейскую кобылу, и она гордо гарцевала мимо меня, гуляющей исключительно пешком.

Нет, в пансионе нам предельно ясно объяснили, что цель каждой женщины — как можно выгоднее продать свою невинность. Поскольку учились там в основном незаконнорожденные и дочери захудалых дворянских родов, наука пошла впрок каждой. И мне тоже.

Поэтому — да, я смею ставить условия. Если уж продавать себя, то дорого. Очень дорого! Все равно, нормальной жизни после дворца мне не видать. Кто из благородных господ возьмет замуж опозоренную девицу? Никто!

А, значит, я буду ставить условия.

— Лошадь можете оставить себе, матушка, — прозвучало это снисходительно. — Мне же нужно кое-что другое. Но, давайте к делу.

В комнате повисла пауза. Мачеха кивнула и встала у камина, всем видом давая понять, что внимательно слушает.

— Итак, я сделаю все, что от меня требуется. Сохраню тайну Джорджины и заменю ее во дворце. Взамен я хочу полной независимости от вашей семьи. Деньги это будут или какое-нибудь отдаленное поместье — решайте сами. И больше никаких женихов.

Завтра, когда вернется отец, мы обсудим, что вы готовы предложить. Дальше подписываем магический договор, где все это должно быть указано. После чего я выполню свои обязательства и навсегда исчезну из вашей жизни.

«И вы из моей», — добавила я про себя.

Мачеха всерьез задумалась. Видно было, что ее распирает от злости, но надо было держать лицо. В конце концов, счастье дочери дорогого стоит. А кроме меня никто ей помочь не сможет. Кажется, Джина и впрямь влюбилась в своего Николаса.

— Я могу идти? — не дождавшись ответа, поднялась я.

— Ступай. Но помни — ни единого слова кому бы то ни было.

— Можете быть спокойны. Я не болтлива. И потом, сохранение тайны и в моих интересах тоже.

За дверью мачехиной опочивальни крутилась Джина.

— Ну? — позабыв былую спесь, кинулась она ко мне.

— Не волнуйся, твоя честь будет спасена, — усмехнулась я.

— Ты согласна?! Лечь в постель императора? — большие глаза сестрицы стали еще больше.

— Ну он все-таки император, а не какой-нибудь проходимец. А вдруг я ему понравлюсь, и он на мне женится? Стану императрицей, — решила позлить я Джину.

— Что-о? Женится? Как же, мечтай, — фыркнула она. — Попользуется и выбросит, как ненужную тряпку.

— А ты ори громче, чтобы все услышали наверняка. Тогда этой тряпкой точно станешь сама. Если раньше не расстанешься с головой за обман, — отрезала я, с удовольствием наблюдая, как сестрица стремительно бледнеет и хватает воздух некрасиво разинутым ртом.

* * *

Остаток ночи меня никто не беспокоил, хоть и уснуть я больше не смогла.

Под утро услышала, как вернулся отец.

Мачеха выбежала ему навстречу, рыдая и заламывая руки. Я наблюдала за этим из окна.

Граф мон Фера увел супругу в кабинет и надолго закрылся там с ней. Прислуга ходила на цыпочках, боясь попасться под горячую руку. Я же сидела как на иголках. В конце концов, за закрытыми дверями решалась именно моя судьба.

Немного успокаивало то, что заставить меня не могут. Это не выбор жениха, где папенька царь и бог. Где я обязана подчиняться. А тут… Тут я могу высказать любые условия. Главное, не упустить единственный шанс и побороться за будущее.

В кабинет меня позвали перед завтраком. Там кроме отца и мачехи обнаружился маг рода мон Фера.

— Отец, — я решила быть послушной дочкой и приветствовала графа реверансом.

Жаль, никто не обратил на мои усилия внимания.

— Здравствуй, Тиана, — кивнул граф, сцепив руки за спиной.

Мачеха стояла у окна. Маг нервно барабанил пальцами по подлокотнику кресла. На столе возле него лежали бумаги. Я вытянула шею, изнывая от желания подсмотреть, то ли это, что мне надо.

— Сядь, — велела мачеха, указав на свободный стул.

Маг оставил в покое подлокотник и принялся теребить застежку на сюртуке.

Я молчала.

Отец хмыкнул и опустился в свое кресло. Придвинув бумаги, пробежался глазами по строчкам.

— Что же, Тиана, не буду тянуть время. Мы подготовили договор, —