Ёлка для вукора - Алиса Лисенберг

— То есть ты всё-таки не веришь в мою затею? — Ри вздохнула.

— Ну-у-у… Подумал-подумал и понял: я не уверен, что ты сумеешь переупрямить того, с кем даже ослы не берутся связываться. Укуси мой серый хвост! Да он Лэта заговорить до полусмерти может, чтобы своего добиться!

— Ой, с Лэтом справиться — пара пустяков, — отмахнулась кухарка. — Он при виде меня наутёк пускается.

— Но Рон-то нет, — возразил вукор, запрыгивая на край кровати. — Тут нужен особый подход, чтобы толстяк пискнуть не посмел и сразу согласился. Помнишь, как законник Пре́драг «Рыжего кабана» отобрать пытался? Рон, конечно, ерепенился, но под стражу добровольно пошёл, без драки, потому что владко Дежан признал бумаги подлинными, а требования — обоснованными. Надо нечто подобное провернуть, и Рон пикнуть не посмеет.

Ри задумалась. Вукор был прав: если уж и добиваться своего, то так, чтобы комар носа не подточил. Единственный раз в жизни она пожалела, что рядом нет буквоеда Предрага, который бы обязательно нашёл дыру в законе или забытый всеми указ короля, применимый для её случая. Да и учитывая его особую «любовь» к кухарке, законник вряд ли бы помог. Значит, придётся выкручиваться своими силами.

Сон теперь не просто не шёл, ему в ближайшее время не было места. Ри лихорадочно скрипела мозгами, пытаясь придумать хоть что-нибудь. Может, найти какую-то старую традицию, которую все забыли? Или придумать, как связать праздник с чем-то важным для Велбрука? Давай уже, соберись!

— Подожди! — воскликнул вукор, подпрыгивая от возбуждения. — Кажется, я понял… Ри, это будет сложно, но тебе не привыкать!

— Не томи! — кухарка села на кровати. — Иначе я тебе уши откушу!

— Давай-ка без насилия! Ушки мне ещё пригодятся. Сейчас всё расскажу. Ты пойдёшь к владко Дежану и уговоришь его издать распоряжение о праздновании Нового года! — выпалил вукор.

Глава 2. Не отступать и не сдаваться!

Ри проснулась с твёрдым намерением бороться. Вчерашний вечер оставил неприятный осадок: недостаточно активная реакция Дина, шуточки Рона, осторожность Лиры. Разве что вукор отнёсся ко всему спокойно, но, к сожалению, у него не было решающего голоса. Он не мог стукнуть лапкой по столу и рявкнуть: «Потому что я так сказал!»

Кухарка лежала, уставившись в потолок, где в углу притаилась старая паутина. Лира никак не могла до неё добраться даже с помощью метлы. За окном раздавались первые звуки: скрип полозьев по снегу, чей-то сонный окрик, отдалённый лай собаки. Велбрук просыпался, и вместе с ним просыпалась решимость Ри.

Умывшись и одевшись, она прошла на кухню и принялась за работу. Руки двигались привычно: нарезать, перемешать, зачерпнуть и попробовать на вкус. Но мысли витали далеко за пределами не только кухни, но и Арденнии.

«Может, я просто ностальгирую? — подумала она, помешивая кашу. — Может, это глупо — пытаться навязывать никому не известный праздник?»

Но потом она вспомнила лицо Дина, когда рассказывала о Новом годе. Он не смеялся, не насмехался. В его глазах читалось любопытство, желание понять. Пусть кухарка и не получила достаточной поддержки, но всё-таки сын трактирщика заинтересовался. И это придало Ри сил. Воспоминание о том взгляде грело лучше, чем жар от очага, у которого она стояла. Дин всегда умел слушать так, будто каждое её слово было очень важным, достойным самого пристального внимания.

После завтрака, когда Рон отправился пересчитывать запасы в погребе, кухарка подошла к Лире. Та вытирала столы после утренних посетителей, что спешили по делам и завтракали на скорую руку.

— Могу я отлучиться на пару часов? — спросила она. — Мне нужно кое-куда сходить.

Лира посмотрела на неё внимательно, отложив тряпку и опершись руками о столешницу.

— Куда это ты собралась?

Ри замялась. Говорить правду или придумать отговорку? Но Лира всегда была к ней добра, всегда заступалась. Может, стоит довериться?

— Я хочу пойти к владко Дежану, — сказала кухарка. — Попросить его разрешить устроить празднование Нового года в городе.

Лира охнула.

— Ри, милая, — с тревогой спросила она. — Ты уверена? Дежан — человек занятой, у него и без тебя хлопот навалом. А ты хочешь прийти и просить о каком-то празднике, о котором никто не слышал? Думаю, это не самая хорошая затея. Если тебя к нему и пропустят, то как он на тебя посмотрит? Хорошо, если вежливо выслушает, а то ведь и взашей может вытолкать!

— Я понимаю, — кухарка сцепила пальцы. — Но я должна попытаться. Если я не попробую, то так и буду жалеть.

Лира вздохнула, а затем неожиданно улыбнулась и положила руку на плечо Ри. Её ладонь была тёплой, а прикосновение — невероятно ободряющим.

— Знаешь, когда я была молодой и глупой, я тоже пыталась изменить мир вокруг себя. Правда, у меня это получалось не очень хорошо, — она усмехнулась, и в уголках её глаз появились морщинки. — Но ты другая. В тебе есть упорство. Может, у тебя и получится. Ладно. Ступай. Только не говори Рону, куда идёшь, а то он решит, что ты совсем свихнулась, и начнёт ворчать ещё больше обычного.

Кухарка благодарно кивнула, накинула тулуп и пуховый платок, поправила косу и вышла из трактира.

Утро было морозным, солнечным. Воздух пронизывала та особенная свежесть, которая бывает только зимой. Ри шла по улицам Велбрука, стараясь не думать о том, что её затея может провалиться. Вокруг сновали горожане: торговцы раскладывали товар, ремесленники открывали свои лавки, дети с визгом гонялись друг за другом, не обращая внимания на холод. Кухарка в который раз с удивлением отметила, что здесь никто не делает из детей маленьких взрослых, заставляя их работать наравне с родителями. Им просто дают жить. Это было одной из тех вещей, что нравились ей в Велбруке больше всего: детство здесь оставалось детством, со смехом, играми и беззаботностью.

Снег мелодично похрустывал под ногами. Улицы уже расчистили, но за ночь успело ещё немного намести. Высокие шерстяные чулки до середины бедра хорошо защищали от мороза, а вот нос и щёки слегка пощипывало, но это было скорее приятно, особенно после жаркой кухни. Холодный воздух бодрил, прогоняя остатки сомнений.

Путь Ри лежал в казённый квартал, где располагались все учреждения, так или иначе влияющие на жизнь Велбрука: суд, советы гильдий и города, резиденция Дежана, казначейство. Там всегда сновали важные люди, толпились просители, слушались споры и принимались серьёзные решения. Кухарка бывала там всего несколько раз, но хорошо помнила дорогу. А если бы и заблудилась, то стоявшие на улицах указатели