Ёлка для вукора - Алиса Лисенберг

Алиса Лисенберг

Ёлка для вукора

Глава 1. Праздник, которого нет

Конец первого зимнего месяца выдался на удивление мягким. За окнами трактира «Рыжий кабан» снег лежал ровным белым покрывалом, но мороз не кусал щёки и не впивался в них злыми колючими иглами, как это бывало в родных краях Ри. Снег шёл уже два дня без перерыва, а ветер завывал в дымоходах, словно жалуясь, что его не пускают в дома. Кухарка стояла у очага, помешивая в котле наваристую похлёбку из перловки с копчёностями, и размышляла о том, что скоро наступит Новый год, к которому в Велбруке никто почему-то не готовился, словно это был обычный, ничем не примечательный конец очередного месяца.

Но Ри помнила иное. Где-то в глубине сознания, словно туманный сон, жили воспоминания о празднике — шумном, радостном, наполненном светом и смехом. О ёлке, украшенной яркими шарами и гирляндами. О запахе мандаринов и хвои. О том особенном чувстве волшебства, что охватывало людей в последние минуты уходящего года. Воспоминания уже стали размытыми, но от этого не менее дорогими, как будто кто-то бережно хранил их в потаённом уголке её памяти, оберегая от забвения.

— Новый год, — с нежностью прошептала кухарка. — Как же я скучаю по тебе.

Она закрыла глаза и на мгновение позволила себе вспомнить: разноцветные огоньки, звон бокалов в полночь, смех близких людей. Всё это осталось где-то далеко, в другом месте. Может быть, даже в другом мире. Но память цеплялась за эти образы с упрямством голодного вукора, впившегося в кусок мяса.

Вукор! Вспомнив о нём, Ри улыбнулась. Маленькое мохнатое создание с волчьей мордочкой уже больше полугода было ей верным другом и помощником. Чего они только не натерпелись вместе! Правда, в последнее время он всё чаще забирался за печь и дремал там, свернувшись клубочком. Зима явно не была его любимым временем года.

— Ри! — окликнула Лира. — Похлёбка готова?

— Почти, — отозвалась кухарка, вдыхая густой аромат, поднимающийся от котла. — Ещё чуть-чуть.

Жена трактирщика кивнула и вернулась в обеденный зал, откуда доносился гул голосов. Вечер выдался оживлённым: за столами сидели завсегдатаи, а также несколько торговцев, застрявших в Велбруке из-за снежных заносов на дорогах. Ри слышала обрывки их разговоров: кто-то жаловался, что тракт могли бы расчищать и побыстрее, кто-то обсуждал цены на привозные заморские товары.

Ри разлила похлёбку по мискам, расставила их на большой поднос и понесла в зал. Служанки-подёнщицы как одна слегли с простудой, и разносить еду приходилось самостоятельно.

— Вот и наша кухарка! Идёт, как на прогулке! — гаркнул Рон от стойки. — Давай, шевелись! Народ голодный!

Кухарка только покачала головой. Старый ворчун мог сколько угодно бухтеть. Её это давным-давно не задевало. Трактирщик, несмотря на скверный характер, умел быть благодарным. Пусть он выражал признательность довольно странными способами, но всё же. А большего никто и не просил.

Когда все миски были разнесены, Ри сходила на кухню и принесла для себя, Дина, Рона и Лиры отдельный поднос с едой. Семья трактирщика, когда позволяла загрузка заведения, обычно ужинала за маленьким столиком у камина, подальше от шума и гама. Это был их маленький уголок, где удавалось ненадолго отвлечься от суеты и рутины.

— Садись, милая, — Лира похлопала рядом с собой. — Ты весь день на ногах, пора и отдохнуть.

Кухарка опустилась на лавку, чувствуя приятную усталость в теле. Дин устроился напротив, и она поймала его взгляд — тёплый, полный какой-то особенной нежности. Трактирщик, как всегда, уткнулся в миску, шумно поглощая похлёбку. Вукора в этот раз с ними не было. Он ещё в обед наелся так, что стал похож на шарик, и завалился спать неподалёку от печи, похрапывая и причмокивая во сне.

— Знаете, — начала Ри, не удержавшись, — там, откуда я родом, Новый год встречали в первый день второго зимнего месяца. И я подумала… А что, если устроить праздник?

Жена трактирщика подняла голову, удивлённо взглянув на кухарку. Ложка застыла на полпути ко рту.

— Праздник? — переспросила она. — Какой ещё праздник?

— Новый год, — повторила кухарка, чувствуя, как внутри неё разгорается воодушевление. — Это же замечательный повод собраться всем вместе, украсить дом, приготовить вкусные блюда, обменяться подарками!

Рон фыркнул, не отрываясь от миски.

— Украсить дом? — протянул он с явной издёвкой. — И чем, позволь узнать? Тряпками? А может, лук на верёвочке развесить?

— Ёлкой, — выпалила Ри. — Нужно срубить небольшую ель, поставить её в зале и украсить. Ну, чем получится. Лентами, какими-нибудь красивыми безделушками. А ещё нужно развесить повсюду ветки, чтобы пахло хвоей. И накрыть праздничный стол — с салатами, жареным мясом, сладостями.

Она замолчала, заметив, что все трое смотрят так, словно у кухарки выросла вторая голова.

— Ёлкой, говоришь? — медленно произнёс трактирщик. — Тащить в дом дерево?

— Да, — кивнула Ри, хотя уверенность её начала таять под тремя недоумевающими взглядами. — Это красиво. И создаёт особое настроение.

— Настроение чего? Помешательства? — Рон расхохотался. — Слышь, жена, у нашей кухарки котелок прохудился! Она хочет притащить в зал дерево! Может, ещё корову в гости позвать? Или свиней на второй этаж поселить?

Лира не засмеялась. Она задумчиво смотрела на кухарку, и в её взгляде читалась не насмешка, а скорее сочувствие.

— Милая, — мягко сказала она, — я понимаю, что тебе хочется чего-то особенного. Но мы в Арденнии не празднуем начало года. У нас есть другие праздники — день Трёх Богов, день урожая, равноденствие… Но переход от одного месяца к другому — это просто… Переход. Ничего особенного. Да и вообще. Почему именно второй месяц зимы? Разумнее тогда уж первый. Или даже весной, когда природа оживает.

— Это не просто смена месяцев, — попыталась объяснить Ри, подбирая слова. — Это символ. Старый год уходит вместе со всеми бедами и печалями, а новый приходит с надеждой и обещанием перемен. Люди загадывают желания, мечтают о лучшем будущем, подводят итоги прошедшего года, строят планы…

— Планы строят в любой день, — буркнул трактирщик. — А желания загадывают в храме, перед ликами Богов. Незачем выдумывать какие-то новые празднества. У нас и так всё есть.

Дин, молчавший до этого момента, неожиданно подал голос:

— А мне кажется интересным, — сказал он твёрдо. — Почему бы и нет? Если Ри хочет попробовать…

— Вот ещё! — отрезал Рон. — Я не позволю превращать мой трактир в балаган! Ёлка в зале! Ха! Только этого не хватало. Гости решат, что я окончательно спятил.

— Или что ты предлагаешь им что-то необычное, — осторожно вставила Лира. —