Пари на босса - Ди Варго

— Не понимаю, — честно признаюсь я. — Какие ноги? Почему лежит?

— А ты посмотри сюда! — заходит в папку с копиями сообщений и включает одно из них. — Видишь?

Читаю текст и ничего не понимаю. Светлана переписывается с каким-то Петром. Между ними явно романтические отношения. Но ничего особенного не нахожу. Только договоренность о месте и времени встречи.

— У Светланы есть личная жизнь и что? — надеюсь, что Миша мне пояснит, что я упускаю.

— Окей, читай здесь, — закрывает окно и включает следующую переписку.

На этот раз текст оказывается куда более эмоциональным. Он изобилует восклицательными знаками и многоточиями. Чувствуется напряженность в беседе.

Но не манера написания привлекает внимание, а сам текст. Петр то и дело ссылается на свою супругу, которой не нравится его постоянное отсутствие дома. Он интересуется, как долго это может продолжаться и не лучше ли наконец расставить все точки над «и».

— Выходит, что ее мужчина женат? — так и не найдя окончания их спора, вновь рассчитываю на подсказку Миши.

— Ага! Женат! — снова закрывает окно и включает следующее. — Вот только Светлане не очень-то этот мерзавец и нужен.

Читаю продолжение переписки и прихожу к выводу, что Миша прав. После длительных уговоров начать серьезные отношения, Светлана все же отвечает отказом. Она пишет, что периодические встречи устраивают ее куда больше постоянных отношений, а если Петр не хочет, то может забыть о ней и сидеть со своей Мариной.

— С Мариной? — только теперь понимаю реакцию Миши. — С нашей Мариной?!

— С нашей, а с какой же еще?

— То есть он все это время сидел не на работе, а…

— Я не знаю подробности, — Мишу аж трясет от злости. — Да и если честно, то не хочу знать. Мне достаточно того, что эта су…

— Не надо, — останавливаю его. — Твоя злость ничего не даст. Мы должны показать все Марине! Мы должны показать ей, что ее обманывают…

— И как ты это видишь? Я приду и скажу, что читал чужую почту? Да меня первым же выпрут из П-дизайн. А Светлана следом еще и в суд подаст.

— Но это нельзя так оставлять! — не знаю, как лучше сделать, но все это вранье… Марина не заслуживает подобного отношения. — Мы должны рассказать правду.

— А чего ты хочешь этим добиться? — наконец Миша выдыхает и успокаивается. — Ты Марину сегодня видела?

— Видела. И что? — не хочет же он сказать, что ее минутное счастье может перекрыть все бывшие и будущие страдания?

— Она счастлива, — сисадмин говорит спокойно. Так, словно совсем только что не испытывал злость. — Я никогда не приму поступок Светланы. Но я понимаю, что Марине правда ни к чему.

— Как это ни к чему?! — кажется, что он совсем с ума сошел. — Петр предал ее! Он изменял ей, хотел уйти к другой! Как ты не понимаешь?

— Я понимаю, что у мужчины снесло голову. Не знаю, с голода или просто от желания испытать чего-то новое он на это пошел. Это и не важно. Он не ушел. Остался. И теперь старается все наладить. Так может быть пусть попробует?

— Но Марина страдает! — не понимаю его бессердечность.

— Марина счастлива. Она ни о чем не знает. И скорее всего не узнает. Если конечно же никто ей об этом не расскажет…

— Это все очень плохо, — злюсь на ситуацию. Злюсь на Мишу. Не понимаю, почему он так говорит.

— Возможно для них это начало лучших времен? — эта фраза сисадмина меня добивает.

Совершенно забыв о том, за чем пришла, разворачиваюсь и выхожу из его кабинета. У меня внутри все кипит. Какая разница, закончились ли у Петра со Светланой отношения или нет? Он изменял Марине! Он предал ее!

Иду к ресепшну в полной уверенности, что обязана рассказать правду. Не знаю, как объясню, откуда ее узнала. Сейчас это не важно. Главное, чтобы Марина все узнала.

— Марина, можно я тебя отвлеку? — подхожу к ней, а в груди все сжимается от волнения.

— Да, конечно, — она отвлекается от монитора и смотрит на меня полными счастья глазами. Смотрит так, словно все в этом мире прекрасно.

И только теперь я понимаю, что не имею право портить ей это счастье. Каким бы оно ни было.

Глава 36 Договоренность

До обеда хожу сама не своя. Мне невероятно противно от собственного поведения. Я ведь могла рассказать Марине правду. Могла открыть ей глаза. Спасти ее. Но не стала этого делать.

Работа до обеда так же не клеится. Пытаюсь взяться хотя бы за что-то, но совершенно не могу сосредоточиться. А ведь я так и не бралась за главное.

До главного мне, конечно, далеко. Файл со всеми наработками по-прежнему находится в облаке, а единственный, к кому я могла бы обратиться за помощью, наверняка сейчас обижается на меня.

А что? Я бы точно обижалась. Он ведь не знает, что в итоге я ничего и никому не сказала. Думает, что теперь вся фирма знает, что он рылся в почте редактора и теперь ему грозит увольнение.

А я ведь этого ой, как не хочу!

Однако, все оказывается совсем не как я думаю.

— Ну что, отошла? — голос Миши звучит для меня спасительным гимном. — Пойдем обедать?

— Пойдем, — радуюсь ему. — Сейчас только файл сохраню…

Нажимаю на кнопку и иду за ним. Все же везение сегодня на моей стороне и есть шанс к концу дня сделать необходимую работу.

— Я ничего не рассказала, — между делом подсказываю ему. — Ты прав, я не должна портить ей счастье.

— Я знаю, что не рассказала, — подмигивает Миша. — Для того, чтобы рассказать, нужно совершенно не думать о ее чувствах. А ни я, ни ты так не можем.

— Но я все равно не согласна с твоей позицией, — говорю на всякий случай. Чтобы не решил, что я приняла его сторону.

— Давай просто закроем тему? Это ведь не наше дело. Нам и своих проблем хватает.

— Действительно, хватает…

За разговором доходим до столовой. Сегодня на обед щи и картошка с котлетами. И от этого мне почему-то становится грустно. Наверное потому, что понимаю, что вчерашний день никто не вернет. Как и обед с Павлом Евгеньевичем.

— Ты чего такая грустная, — Миша садится за наш обычный столик — в соседнем ряду от того, за которым я обедала вчера.

— Просто у меня небольшие трудности с проектом, — пользуясь случаем хочу рассказать о проблеме. — Я забыла дома флешку, а дубликат