Отрицание чувств. Игра началась - Аннет Самиэль

я собирался обезопасить свою цель от лишних посягательств. Получив в итоге ее согласие, я решил ненавязчиво проследить, что она заберет с пляжа свои вещи без лишнего беспокойства со стороны ненужных поклонников, поэтому не сдвинулся с места, изображая погружение в экран своего смартфона. Тем временем Марго сняла с себя платье, чем привлекла не только мое внимание к своей безупречной фигуре в черном купальнике. Я успел оценить, как красиво смотрятся ее непритворные движения, прежде чем она обмоталась полотенцем и, попрощавшись со всеми, пошла обратно в мою сторону. По мере ее приближения, я заметил, что взгляд Марго стал задумчивым, поэтому в попытке разгадать ее мысли, не среагировал сразу, как она легко залетела наверх, снова обольстительно мне улыбнувшись, после чего мы вместе сели в авто.

Глава 17. На грани

Марго

* * *

Тот факт, что я слишком рада появлению директора, смогла осознать, только ощутив уже знакомый разряд от прикосновения, когда вложила свою руку в его горячую ладонь. Оставалось надеяться, что если он даже заметил мурашки на моей коже, то не догадается о причине их появления, ведь разница температур, которую я почувствовала, тоже могла на это повлиять. В любом случае мне с трудом удавалось сдерживать свое излишне сильное воодушевление от ситуации, особенно учитывая, что он приехал вслед за Юлей именно ко мне. Наверное, сейчас я видела Завьялова в новых условиях, которые так или иначе отразились на его настрое, ведь выглядел он довольно беззаботно и даже улыбался мне, словно передо мной стоит не суровый директор, а знакомый, который рад меня видеть. Естественно я не удержалась от вопроса про основную цель его поездки, а стоило узнать об окончательном согласовании, как я чуть не потеряла самообладание от очередного восторга. Эта новость сильно обрадовала, пусть с самого начала у меня не было сомнений в том, что проект полностью одобрят. Его внезапные слова о столице и отсутствии моего решения немного напрягли, но я честно приготовилась говорить на эту тему, однако потом услышала то, чего совершенно не ожидала.

Последний раз похожие эмоции я ощущала очень давно. В последних классах я много сил бросила на подготовку к поступлению в столичный вуз, однако дед настаивал, чтобы я пошла по целевому направлению от завода в другой город. Естественно, я не могла позволить ему просто так решать за себя, поэтому упорно готовилась именно к столице. Пока я сдавала вступительные экзамены, то жила несколько дней у отца. Именно тогда я услышала от него предложение после поступления остаться на время обучения у них. Взяв это на заметку, все равно планировала обустроиться в студенческом общежитии, но в итоге мне не хватило нескольких баллов для поступления на бюджет по интересующей специальности. Я начала обдумывать план, как переехать в столицу и снова попытаться поступить, однако мне совершенно не хотелось терять целый год. Пока терзалась невеселыми мыслями, периодически мучая подушку слезами своей беспомощности, поняла, что с неизбежным пора смириться. Я была жутко расстроена, однако вопрос, где я буду учиться, решила самостоятельно, приняв желание деда как самое правильное. Поделившись своим окончательным выбором с родственниками, дед неожиданно заявил, что ничего слышать не хочет, и поставил перед фактом, что я еду учиться только в столицу, а он в свою очередь оплатит мое обучение. Стоило это услышать, как я чуть не расплакалась от переполняющих меня радостных эмоций, потому что волнения на эту тему почти свели меня с ума. Я тогда обнимала деда как ненормальная, по много раз целуя его в обе щеки, а он только заливался смехом от моей реакции.

По сути в тот момент он все решил за меня, что я абсолютно перестала кому-либо позволять уже давно, но именно это его решение было для меня действительно важным и нужным. Сейчас Завьялов можно сказать аналогично поставил меня перед фактом, а учитывая мои внутренние переживания на эту тему, попал точно в цель по нескольким фронтам. Ведь я понимала, что хочу продолжать заниматься именно этим проектом и завод пока оставить однозначно не готова. Тем не менее я действительно хотела работать в столичной компании, только понятия не имела, что это можно сделать в том самом ключе, каком сделал именно директор. Атмосфера нашего общения не подразумевала рабочий настрой, а мое шоковое состояние окончательно отключило во мне мысли о субординации, ведь это было просто невероятно идеальное сочетание нескольких несочетаемых факторов. Осознав это, я смотрела на Завьялова, который слишком добродушно улыбался, словно ему хотелось сделать мне приятный сюрприз, поэтому эмоции затмили разум, и я бросилась ему на шею в своем благодарственном порыве.

Пришла в себя, когда ощутила его ладони на моей талии, которые создавали приятный контраст тепла рук и холода ткани, а мысль, что готова еще вот так стоять с ним в обнимку, вернула в реальность. В этот момент я испытала дикий ужас, ведь туника была мокрая, а я бесцеремонно обнимала директора. Попытка проверить, что возможно ситуация не так плачевна, убедила меня в обратном, потому что в том месте, где я прижималась своей грудью к его, безупречное поло Завьялова сильно намокло. Ужас резко сменился смехом, стоило увидеть его реакцию на мой порыв, потому что ему действительно было смешно. Я почти потеряла нить происходящего, потому что мое внимание сосредоточилось на директоре и его абсолютно непривычном для меня веселом расположении духа, которое отвлекло от остальных мыслей. Однако в очередной раз меня привела в чувства подруга, прибежав проверить, что у нас тут происходит.

Ее появление снова было очень своевременным, а после внезапного высказывания о моих страданиях, я окончательно пришла в себя. Юля поняла мой намек и тут же перевела тему, напомнив о том, что я уже на достаточное время оставила бабушку, а потом в ее обычной нескромной манере пошла спасать ребенка от собственного отца, который хотел искупать дочь в холодной воде. Пока смотрела, как подруга бежит к нарушителям размеренного отдыха, заметила в сторону меня и директора пристальный и совсем недобрый взгляд ее ухажера, от чего внутри все неприятно сжалось, поэтому я быстро вернулась к своей гораздо более приятной беседе. Завьялов не подвел, потому что от ненужного беспокойства своей иронией избавил очень быстро, а главное я только сейчас поняла, что он перешел на «ты». Короткий спор на эту тему он с легкостью выиграл, напомнив о той самой субординации, которая в рамках нашего диалога обидно задела, ведь мое сознание