Кукла для монстров - Елизавета Владимировна Соболянская

губы хотелось постоянно облизывать. Вот только синяки и ранки стали заживать хуже, магия капризничала, да и вообще она вся стала будто хрустальная – резалась бумагой, стукалась мизинчиками…

На осторожную жалобу лекарь развел руками и посоветовал найти кавалера.

– В вашем возрасте, риора, это просто необходимость. Баланс гормонов, да еще магия…

– Магия? – уцепилась за слово девушка.

– Магические каналы нужно прокачивать, как сосуды, прочищать. Лучше всего это получается с равным или более сильным партнером. Ауры входят в резонанс во время эмоционального пика…

Виктория покраснела, сообразив, о чем идет речь. Да, в домике на озере они каждый день “прокачивали каналы”, и ее магия раскрывалась быстро и сильно. Что ж, придется поискать кого-то “для здоровья”.

Увы, еще неделя прошла впустую. Все симпатичные парни разобраны, а то, что осталось, не вдохновляет. Но весна вокруг пела, и однажды утром Виктория проснулась с длинным мучительным стоном.

Ей приснились посиделки в гостиной домика на озере. Только не тихие ласки Бирна или сладкие поцелуи Брендона, и даже не решительные толчки Брэйда. Ей приснилось, как они все трое раскладывают ее на столе в той самой уютной гостиной. Бирн целует ноги, Брендон – губы, а Брэйд… Брэйд вколачивается в нее в знакомой манере, а финишируя, целует в шею, царапая клыком тонкую кожу. Брендон в этот момент сжимает ее соски, а Бирн дотягивается рукой до пульсирующей точки клитора – и оргазм накрывает с головой.

Звук еще таял под высоким потолком маленькой студенческой комнаты, когда на соседней кровати поднялась голова соседки:

– Вика! Что с тобой? Кошмар приснился?

Медленно, словно пьяная, девушка приподнялась и хрипло ответила:

– Да! – а потом почувствовала, как что-то щекочет шею. Коснулась руками того самого места, куда ее поцеловал Брэйд, и с ужасом посмотрела на пальцы.

Соседка вскочила, привлеченная ее тихим вскриком:

– Кровь? Боже, тебя словно кто-то укусил!

Виктория, пошатываясь, встала и подошла к зеркалу – засос и царапина. Быстро подсыхающая царапина. Кажется, магические каналы прочищены и регенерация снова в норме? Уже в душе Вика заметила, что тело слегка ноет, как после… ну да, после того, как ее загнули на столе, закинув ноги на бедра Брэйда. Поясница слегка натерта, и на лодыжке словно след от крепкой мужской руки, а соски снова болезненно чувствительны – Брендон увлекся…

Вика долго стояла под струями воды, успокаиваясь, а потом, мысленно натянув ледяную броню, пошла на занятия.

Вечером долго сидела над конспектами, опасаясь ложиться спать, но в полночь не выдержала – легла и… долго крутилась, задремала к рассвету и встала с головной болью. Никаких эротических снов. Только муть какая-то.

Глава 40

Неделя прошла спокойно.

Виктория спала без сновидений или не помнила их утром. Училась, гуляла, продолжала эксперименты со льдом. А на седьмой день она вновь очутилась в знакомой гостиной, только на этот раз перед креслом. В кресле сидел голый Брендон и поглаживал себя, порочно улыбаясь. Он не говорил, просто манил ее своим членом, как дудочка крысолова глупую крыску.

Девушка захлебнулась от возмущения – сидит тут такой! А ей плохо! Она открыла рот, но ей на талию легли тяжелые руки – и стало понятно, что она тоже голая! А руки крепкие, горячие! Брэйд, не иначе! Притиснули ее к большому и крепкому телу, огладили от шеи до бедер, потом вернулись к груди… Бирн появился откуда-то сбоку и остановился, облизывая губы, поглаживая себя. О, нет! Это что-то новенькое! Такого еще не было – Брэйд подтолкнул ее к Брендону и шепнул:

– Хочешь? Смотри, как он изнывает от одного твоего взгляда! Пожалеешь его?

А Брендон смотрел. Так смотрел, что екало в груди, и внизу стало жарко.

– Хочу твой рот здесь, – медленно оглаживая длину, оттянул тонкую кожицу, обнажая багровую головку и натянутую уздечку.

Во рту у Вики пересохло – ей отчаянно захотелось провести языком по этой нежно-напряженной точке и услышать его судорожный вдох.

– Ну же, – Брэйд дышал в ухо, – прикоснись!

Выкрутившись из его слишком жарких объятий, Виктория огляделась и поняла – это сон. Вокруг не стены гостиной, а зыбкая пародия на них. Мужчины выглядели материальными, но похудевшими, словно изможденными. А еще Бирн, кажется, укоротил волосы? Или снова спалил их в своей лаборатории?

Девушка потянулась рукой к светлым локонам, и Бирн склонился, чуть не мурлыча, подставляя голову, как кот. Какие же они высокие, даже во сне! Вот так захочешь поцеловать – и не дотянешься! Но младший понятливо наклонился ниже и поймал губами ее губы. А руками прижал к себе. Он казался более спокойным, его объятия были прохладны и приятны.

Сзади раздался стон Брендона:

– Вика! Прошу!

Его стало жалко, но Бирн не отпускал – уткнулся в грудь и дышал тяжело, словно… Опустив руку, Виктория провела несколько раз по длинному, но более тонкому члену Бирна, и тот мучительно покраснел, выплескиваясь ей на ладонь.

– Спасибо! – пробормотал он и тут же благодарно пробежал по ее телу длинными ловкими пальцами, разжигая огонь желания.

– О! – стон сам собой слетел с губ девушки, и голова слегка закружилась. Правда, как она может кружиться во сне? Но Бирн, как всегда, хорош именно в этом – знает, где погладить, где слегка щипнуть, где провести ногтями, чтобы тело проснулось и захотело большего. Вот Брэйд… не надо вспоминать и оборачиваться! Да, между ног влажно и горячо, а соски напряглись так, что режут воздух, но сейчас Вике не хотелось резкости. Хотелось чего-то такого – порочного и приторного, как патока, как взгляд Брендона!

Подойдя ближе к большому креслу, девушка бесстрашно заглянула Лимьеру в глаза – это же сон, а ей так нравилось видеть в нем море желания, легкую насмешку над собой и ловить губами мучительный стон, который Брендон сдерживал изо всех сил.

Такой же стон раздался за спиной – там Брэйд и Бирн, но Вика не обернулась. Младшему уже хорошо, а старшего она видеть не желает. Пусть любуется ее оттопыренным задом и мучается! А она пока ме-е-е-е-едленно пробежит пальцами по часто вздымающейся груди среднего Лимьера, коснется пупка, потом дорожки волосков ниже, обопрется удобнее, пошлет шальную улыбку и легко-легко, почти поцелуем коснется подрагивающего члена.

Брендона просто дернуло! Он почти подскочил, но остался на месте. Только вцепился в подлокотники и запрокинул голову, подставляя беззащитное и трогательное горло.

Немного подержав головку губами, Виктория