Врачебная тайна 2 - Дия Семина

— Сделаем оплату по пятнадцать рублей, насколько я помню, на первом этаже ещё много свободных комнат, так что проживание — весьма большое подспорье для нанятых людей, особенно если разрешать с семьёй, в пределах разумного, без табора и шума.

Улыбаюсь, мне нравится его ход мыслей.

— Всё, я вижу в вас опыт, мудрость и способность решить эту непосильную для меня задачу. Можете приступать хоть сейчас. Но всех соискателей я должна проверить сама.

— Непременно, госпожа!

Довольная, что смогла найти идеального исполнителя, вернулась к себе, но по пути зашла в музыкальную гостиную, открыла крышку рояля и забрала «заначку», теперь в доме много людей, а потом ещё и новенькие появятся. Пора бы найти новый тайник, а ещё лучше купить сейф для своей комнаты.

С такими житейскими мыслями присела за круглый столик в своей гостиной и высыпала из бархатного мешочка сокровища. Даже этих драгоценностей хватит на безбедную жизнь, а если сумею спасти из ячейки бриллианты, то и вовсе можно будет забыть о финансовых проблемах. Как любая нормальная женщина, с великим удовольствием примерила браслет, покрутила в руках колье, шикарный комплект. И только один осиротевший бриллиантовый кулон лежит без дела, на его цепочку я повесила рубиновый перстень и ношу его не снимая. А теперь даже не замечаю его воздействия. Да и Ася к нему привыкла.

Похоже, у этого артефакта магические силы несколько преувеличены. Или он для слабых экстрасенсов, а таким, как я, ведьмам…

Боже, я впервые осознанно назвала себя ведьмой и небезосновательно.

Поток информации, какой я начинаю чувствовать, иногда бесконтрольно, иногда осознанно, эмоции, картинки, обрывки диалогов, всё это следствие того, что я действительно стала «ведьмой» или ведуньей, если так можно выразиться.

Ася осознала свою вторичную позицию, настоящей Насти нет и не будет, она действительно ушла в мир иной, а я слишком сильная личность и самоуверенная, чтобы сдавать позиции.

Именно душевной силы не хватало Насте, чтобы обуздать магию Аси.

Хотелось бы порадоваться за себя, сила мне подчинилась и очень эффективно работает, но увы, ещё всё слишком шатко.

Ещё раз покрутила кулон в руке, полюбовалась на его сияние и не заметила на нём никаких значимых следов, он либо очень давно лежал в сейфе, либо мама Насти его не очень жаловала. Другие драгоценности тоже почему-то не несут информации из прошлого, словно их кто-то «зачистил». Жаль, очень жаль.

Неприятно осознавать, что после смерти жены, Сергей Гринёв стёр все следы, даже ментальные. Или она унесла с собой в могилу всю информацию о себе.

Так или иначе, эти драгоценности не несут никакой ценности, кроме материальной, но я решила уточнить:

— Если что, то первым продам этот кулон, сотни на три, наверное, потянет. И мне хватит на небольшой ремонт и обновление обстановки в комнатах. Гардины нужно поменять, особенно на втором этаже, как думаешь? — произношу вслух, как бы советуясь с Асей, а она молчит. Значит, так и есть — этот кулон не представляет никакой семейной ценности, и продать его можно и даже нужно.

Снова собрала все драгоценности в бархатный мешочек, убрала с глаз в бюро, заперла на ключ и решила, что пора бы спросить обед, что-то я проголодалась. Очень деятельное выдалось утро.

Не только деятельное, но и пугающе приятное.

Как только придуманные, отвлекающие дела закончились, в теле вспыхнула трепетная, мурашистая нега. Я невольно улыбнулась, закрыла глаза и глубоко вдохнула, чувствуя, как напряжение последних часов тает без следа. Внутри разливалась такая лёгкая, воздушная радость, будто я только что услышала самую долгожданную новость на свете, какую теперь боюсь даже произнести вслух.

Он совершенно точно влюблён в меня!

Однако у эйфории есть неприятная, убивающая сторона — приворот.

До этого момента гнала от себя мысли про поцелуй, от которого у меня до сих пор бабочки в животе порхают. И про приворот тоже старалась не думать, надеясь, что мистическая пакость быстро развеется, но увы, разъедающая сила проклятья сама собой не исчезнет, это я уже как «ведьма» поняла. А самое ужасное — этот приворот широкого спектра, на любого мужика…

— Какая же Елена стерва. Дрянь. Тварь. Всё, увижу её и столкну в канал. Она меня подставила втайне от Кирилла Львовича. Потому что у неё не было другого варианта, как отомстить. Ася, ведь так?

Чувствую, что так.

Не простой приворот, а абсолютно пакостный.

Приворот жертвы.

Она мне словно ярлык на спину наклеила: «Хватай её!».

Страшное преступление против девушек. Сделать из неё приманку для любого неадекватного мужчины, отсюда и великое смущение Николая, поцелуй с Гришей в теле Андрея и не только, но и стенания, и нерешительность мужа с разводом тоже из-за этого воздействия, и поцелуй Даниила тоже из этой серии дурмана, да у графа есть чувства, но не настолько сильные, им ещё рано появиться…

Сейчас, вдали от меня Даниил остынет, успокоится и осознает, насколько неуместные наши отношения, потом уйдёт в оборону и всё…

Больше между нами ничему не суждено случиться…

Только моя сила не позволила мести Елены исполнится в самом ужасном сценарии насилия, да сила мужчин, что меня окружают, позволила им сдержаться, и не сотворить нечто ужасное.

Долго выдыхаю, пытаясь успокоиться, злость захлёстывает.

Очередное открытие меня потрясло. Но всё встало на свои места. Как оказывается, полезно быть прозорливой ведьмой. Пусть неумелой, не знающей никаких магических заговоров и ритуалов, но даже так, понимая мотивы — я уже на шаг впереди от врагов.

В моём сознании ещё не успел созреть вопрос, о мести Елене, как Ася выдала:

«Она переиграла самоё себя, перешла грань дозволенного и думает, что Робский в неё влюблён, но это не так. Она разрушает его планы относительно тебя. Достаточно просто намекнуть Кириллу Львовичу, на всё, что сделала Елена, в том числе неравный брак с Андреем, и она сам от неё избавится, причём совершенно негуманно!».

— Он её убьёт? — во мне сейчас борются две ипостаси: порядочность и мстительность.

— «Да, и она заслужила этой участи…».

Ася снова показала мне картинки того вечера, когда Рубской нас похитил.

Меня привезли в его шикарный кабинет, подали чай, и Елена хотела капнуть в мою чашку какую-то гадость. Но Ася заметила и дала пощёчину, да такую, что «отравительница» завалилась на диван с визгами и обвинениями меня в неадекватности, и настоятельной просьбой запереть меня в лечебнице. Рубской на неё прикрикнул и приказал выйти.

Когда разговор закончился, и какие-то документы я подписала, Елена вернулась в кабинет