Без права на побег - Елена Леонтович

сваренными по личному заказу у мастера зельевара. На пергаменте, вымоченном в зельях ясновидения и закрепления. В нашей семье они передаются по наследству — от ведьмы к ведьме. — В её голосе звучала не скрываемая гордость.

Тщательно перемешав колоду, ведьма неспешно выровняла карты и протянула их Лите.

— Вынь три карты и разложи в ряд.

Девушка послушно потянулась к колоде. На мгновение пальцы задержались на тёплой, чуть шершавой поверхности карт, пахнущих старой бумагой и травами. Она выбрала три и аккуратно положила их на стол, выстроив в ровную линию.

— Что ты видишь? — мягко спросила хозяйка дома.

Лита перевернула первую карту — Верховная Жрица. Вторая оказалась — Влюблённые. Третья — Рыцарь Кубков. Девушка едва заметно перевела дыхание: слава богу, ни одного Меча.

Гадать на картах она не любила ещё с прошлой жизни — расклады сбывались, но всегда каким-то странным, почти извращённым образом, заставляя сожалеть о том, что знала наперёд. Тем не менее, пришлось вслух озвучить выпавшие карты — как оказалось, до этого момента другая участница гадания их не видела.

— Как думаешь, что это означает? — старая ведьма смотрела на молодую с прищуром, в котором смешались хитрость и любопытство.

— А разве не гадалка толкует карты? — искренне удивилась Лита.

— Ну, разумеется, нет, — в голосе миссис Фэнвич прозвучала лёгкая насмешка. — Жизнь твоя — кто лучше тебя её знает? Всё остальное — магловское шарлатанство.

— Хорошо, — Лита сосредоточилась, призывая интуицию. Значения карт Таро она знала, но каждая имела несколько смыслов, и понять, что именно они хотят сказать в данный момент, удавалось лишь внутренним чутьём.

— Первая карта — Верховная жрица. Она символизирует меня: я учусь, применяю свои таланты во благо и иду по верному пути. Дальше — Влюблённые, карта выбора. Я должна принять какое-то решение, и его следствием станет Рыцарь кубков. Правильно?

Милдред смотрела на Литу с загадочной улыбкой. Она повидала немало юных дев, жаждущих заглянуть в водное зеркало и выловить из него самое выгодное будущее. Но мисс Гримм была не из таких. Девушка прекрасно понимала последствия подобных гаданий и желала сама строить свою жизнь. И всё же, как бы ни относились в магической Британии к религии, отрицать волю богов было, по меньшей мере, глупо.

Старая ведьма видела — на судьбе подопечной лежит печать неизвестного божественного начала. События уже сплетены, и избежать их нельзя: развилки остались позади. Но вслух она произнесла лишь:

— Да будет так. И запомни: не спорь с океаном — с ним тебе не справиться. Научись скользить по воде, и всё будет хорошо. Ты убедилась, что опасности нет?

— Да. Спасибо, мне это было важно, — Лита чуть улыбнулась. — А теперь, может, вы расскажете мне последние сплетни?

— О-о! Мисс Гримм взрослеет и начинает вести себя как настоящая ведьма!

Обе ведьмы переместились к чайному столику, на котором, словно по мановению руки, уже красовались новые угощения. Миссис Фэнвич с явным удовольствием принялась делиться последними новостями.

— Недавно разразился жуткий скандал! — заговорила она, откинувшись на спинку стула. — Помнишь, я рассказывала тебе, что твой бывший женишок решил продать семейный особняк?

Лита кивнула. Не то чтобы её особенно занимали дела Поттера, но в данном случае лучше было держать руку на пульсе.

— Так вот, — ведьма заговорщицки понизила голос, — их с молодым Блэком недавно защита вышвырнула за ворота. А его беременную супругу — оставила. Ходят слухи, что всё произошло после того, как наследничек Поттеров принялся раздавать направо и налево семейные реликвии и книги. Говорят, главой семьи Джеймс так и не стал.

Лита про себя подумала, что последнее, в общем-то, неудивительно. Если родовые камни-накопители действительно умели каким-то образом опознавать своих по ауре, то этого олуха вычислили мгновенно. Ещё бы, его дурь светится, как маяк в тумане. Впрочем, в каноне он погиб настолько нелепо, что честно заслужил премию Дарвина.

Лита, по своему глубокому убеждению, считала, что подобное чмо не должно было оставлять потомства вовсе. Но ребёнок, как ни крути, в этом не виноват. Ей вспомнилось, как во всех восьми фильмах магическая Британия, по сути, издевалась над слабоумным ребёнком, не давая тому ни шанса. И злость поднялась в ней — не бурей, но тяжёлой, тихой волной.

Джеймс. Проклятый самоубийца, умудрившийся сложить голову самым нелепым образом, наплевав на безопасность семьи, умудрившись подставить под удар собственного умственно отсталого ребёнка.

Однако вмешиваться в события канона она не собиралась. Одно дело посочувствовать, даже попытаться помочь, если представится случай, и совсем другое — сознательно поставить себя под удар, влезая туда, куда не звали.

Марлин МакКинон, как ни крути, чистокровная ведьма — умная, осторожная, с родом и связями. Это не наивная и недальновидная грязнокровка Эванс. У первой шансы выжить были куда выше.

— Теперь Поттеры все вместе живут в купленном Джеймсом коттедже в Годриковой Лощине, — продолжала повествование Милдред, откинувшись в кресле и поправив на коленях шерстяной плед. — Кстати, МакКиноны вернулись в горную Шотландию, восстанавливают свою овечью ферму. Гризельда слышала, как глава семьи поругался с Альбусом. В чём именно смысл претензий Дамблдора — она не поняла, но Донал, по крайней мере, своих сыновей к делу пристроил, чтобы дурью не маялись.

Н-да… Лита чуть скривила губы. С одной стороны, канон догнал: снова Годрикова Лощина и старый добрый Фиделиус. С другой — семья Марлин явно свинтила из ордена самопального KFC и теперь предпочитала выращивать овец, а не искать самоубийственных приключений на свою пятую точку. Канон пусть и слегка, но всё-таки съехал с рельсов.

Вечер прошёл на редкость приятно: за чашкой терпкого травяного чая и неспешными разговорами о магической политике, слухах и старых историях. Лита чувствовала, что между ними с Милдред постепенно выстраивается что-то вроде негласного союза — осторожного, но прочного.

Пора было прощаться. Ведьмы обменялись лёгкими кивками, довольные друг другом, и миссис Фэнвич, поднявшись, грациозно подошла к камину. Лёгкое движение палочки — и пламя зазеленело.

— Святой Мунго, — чётко произнесла она, указывая Лите путь.

Через несколько секунд, с лёгким головокружением после перемещения, Лита уже шагала по знакомому коридору больницы, а ещё через пару минут оказалась дома.

Глава 17

После выходных для Литы начался самый приятный этап — учеба, совмещённая с практикой. По старой привычке в качестве основной области для освоения новых навыков девушка выбрала знакомое направление — акушерство и гинекологию. В мире магов это называлось иначе, но суть оставалась прежней.

Рожали ведьмы в двух местах: те, кто победнее, — в приёмном отделении