Командоры для землянки: забыть или простить? - Виктория Рейнер

детскую. Тогда на лице этого хвостатого ненадолго появлялась прежняя улыбка. На дочь мой бывший смотрел глазами, полными любви, но стоило только ей исчезнуть из его поля зрения, Шенгар снова превращался в робота.

И, что интересно, присутствие жены этого не меняло. Такое впечатление, что для него она была пустым местом, мебелью. Он вежливо разговаривал с ней, но, по ощущениям, как будто из необходимости, только когда она обращала на себя его внимание, все остальное время ее для него будто не существовало, словно его тяготило присутствие рядом Лиданы. Разве так должно быть в семье у наагатов? Или я чего-то не понимаю? Причем заметила я также и то, что литонку такое отношение жутко бесило, отчего она иногда становилась совершенно невыносимой и отыгрывалась на служащих поместья.

Во-вторых я, как часть обслуживающего персонала, имела возможность в редкие часы отдыха слушать сплетни и ехидные комментарии горничных и других работниц. Если верить этим разговорам, молодая супруга пыталась всячески всем показать, что у них с Шенгаром идеальный брак, на самом же деле молодые в постели только спали, еще никому не удалось застать их в пикантной ситуации или хотя бы целующимися, а чаще всего наагат вообще ночевал у себя в кабинете. И постель, которую меняли каждый день, никогда не носила следов страстной ночи. Хозяйка была в бешенстве, закатывала скандалы, которые частенько слышали все, кто работал в доме, но это ни на что не влияло.

Чем дальше, тем больше странностей. Мне доводилось несколько раз видеть изображения семейных пар наагатов в сети. Мужья на этих голоснимках смотрели на своих жен так, будто те были центром их вселенной, и уж точно к ним не было такого отношения, какое сейчас демонстрировал Шенгар.

Ну что, гадина, как говорится, за что боролась, на то и напоролась! Недаром земная поговорка гласит, что на чужом несчастье своего счастья не построишь. Вот и отлились кошке мышкины слезки! Только манипулировать наагатом с помощью моего ребенка я тебе не позволю.

Эти мысли крутились в моей голове, когда я спускалась на хозяйственный этаж, чтобы отнести детские вещи в прачечную. Уже две недели, как я в этом доме. Моей дочке наконец-то дали имя, теперь она Ашшанкира Эш-Тау. Судя по всему, имя давал отец. Я же звала ее просто Шани, а иногда, когда никто не слышал, - Ирочкой.

Когда я уходила, малышка спокойно лежала в своей колыбельке. Но на обратном пути, подходя к комнате, я услышала плач и громкие голоса.

- Что ты за мать такая, если не можешь даже дочерью заняться! - выговаривал Лидане Шенгар. - У тебя на руках она только кричит, ты даже ласково разговаривать с ней не способна!

- Я не виновата, что она такая нервная! - завопила в ответ литонка. - Возможно, она получила травму при рождении! Ты же знаешь, что мне пришлось экстренно лететь в ближайшую клинику, когда начались преждевременные роды! И это твоя вина! Из-за тебя, из-за твоего отношения я так нервничала все время! Ты холоден со мной, ты не хочешь делить со мной постель!

На всякий случай я отошла от входа и спряталась за ближайшей шторой.

Вовремя. Разъяренный наагат распахнул дверь, бахнув по стене со всей дури, и вылетел в коридор.

Идиоты! Они же оба пугают малышку! И еще хотят, чтобы она была спокойной и не плакала!

Когда Шенгар скрылся из вида, я рванула в детскую и поняла, что сейчас плач доносится из ванной комнаты, а затем услышала голос Лиданы:

- Да когда же ты заткнешься, чертово отродье! Опять ты все портишь!

Следом послышался громкий шлепок, и малышка закричала еще сильнее.

Дальше я уже почти не соображала. В голове билась единственная мысль: эта с*ка сейчас бьет мою дочку! Бьет маленького новорожденного ребеночка!

Залетев в ванную, я увидела картину, от которой волосы встали дыбом: Лидана держала Шани за маленькую ручку, приподнимая над пеленальным столиком, и собиралась снова шлепнуть ее!

Рванув вперед, я выхватила кроху и прижала к себе, повторяя как в бреду:

- Не надо! Нельзя так! Она же совсем маленькая!

- Ты должна была смотреть за ней, чтобы эта дрянь не кричала как резаная! - заорала на меня литонка. - Из-за тебя поругалась с мужем! Я тебя уволю, идиотка!

Малышка снова разразилась истеричным плачем, перешедшим в нервную икоту.

Мне пришлось проглотить все резкие слова, которые я хотела бросить Лидане в лицо. Нельзя сейчас поступать так необдуманно! Мне нужно остаться рядом с дочкой, эта гадина не должна меня уволить!

- Простите, хозяйка, я только отнесла детские вещи в прачечную, Ашшанкира спокойно спала в своей колыбельке. Не надо меня увольнять, пожалуйста! Вы же знаете, если она кричит, то успокаивается только у меня на руках. Я буду все время рядом с ней, не буду больше отлучаться!

Продолжая говорить, я стала укачивать ребенка, прижимая ее к себе, и девочка постепенно стала затихать.

- Ладно, но это в последний раз. Если такое повторится, вылетишь сразу же! - злобно скривившись, рявкнула Лидана, смерила меня презрительным взглядом и вышла из комнаты.

Оставшись одна с малышкой, я вышла из ванной и просто рухнула в кресло, стараясь успокоиться. Судорожно выдохнув, только сейчас заметила, что меня всю колотит. Дочка завозилась, потянувшись к груди. Боже, с такими стрессами у меня и молоко может пропасть!

Погладив пушистые волосики и крошечную ручку, я прикрыла глаза. Надо продержаться еще немного, чтобы мне разрешили выходить с ребенком на свежий воздух, и тогда можно будет послать Ашу условный сигнал.

Дольше оставлять девочку рядом с этой психопаткой нельзя!

Глава 27

Выходить с малышкой в сад мне разрешили только через две недели, сначала отпускали лишь в закрытый внутренний двор. За это время Лидана еще два раза пыталась «повоспитывать» дочку шлепками, но мне каждый раз удавалось вовремя выхватить ребенка из-под удара.

Прогуливаясь по дорожкам, я внимательно осматривалась, запоминая, что и где находится.

Парковка аэрокаров и гараж располагались справа от дома, и я могла наблюдать, как приземляются личные машины членов семьи, а также те, в которых летала дополнительная охрана. Увы, тут не было ни единой лазейки. Угнать аэрокар с территории просто нереально, даже имея ключ. Придется пойти другим путем.

А еще я чувствовала, что время на исходе. Шенгар стал странно вести себя, часто приходил в детскую и подолгу сидел рядом со мной и ребенком, постоянно пытался