Плохое влияние - Чарли Роуз

— Потому что завтра ты пожалеешь об этом, — говорю я, хлопая его по плечу по пути внутрь.

— Куда, черт возьми, ты так спешишь? — спрашивает Салли с подозрением в голосе, несмотря на то, что он пьян.

— Не беспокойся об этом.

Салливан вваливается следом за мной, закрывает за собой дверь и падает лицом вниз на диван, как мешок с картошкой, быстро засыпая.

Спокойной ночи. Я смеюсь. Я взбегаю по лестнице, но когда поворачиваю ручку двери Элли, то обнаруживаю, что она заперта. Сожаление накатывает так быстро. Интересно. Я мог бы легко взломать замок, но решаю пройтись по своей все еще пустой комнате без кроватей, прихватив по пути пару спортивных штанов. На этот раз ручка в ванной поворачивается, и я чувствую, как мои губы растягиваются в улыбке. Она не хочет держать меня на расстоянии. Она просто хочет продолжать притворяться, что хочет держать меня на расстоянии. Я оставляю дверь ванной приоткрытой, оставляя достаточно света, чтобы освещать ее спящую фигуру.

Я сбрасываю шорты и быстро натягиваю спортивные штаны, прежде чем забраться в постель. Она лежит на боку, отвернувшись от меня, в наушниках, в комплекте с этими нелепыми, пухлыми, поролоновыми подушечками поверх наушников. Я подхожу к ней сзади, обнимаю ее за талию, прежде чем осторожно снять их с нее и отбросить на край кровати.

— Все еще играешь в игры, Элли, девочка? — шепчу я в темноту. Она стонет во сне, прежде чем повернуться ко мне лицом, и я поднимаю руку, позволяя ей устроиться поудобнее. Ее темные ресницы падают на полные щеки, а губы, черт возьми, очаровательно поджаты. Она выглядит такой невинной, когда не сверлит меня свирепым взглядом. Я просовываю ладонь ей под футболку, ощущая тепло ее кожи, и притягиваю ее ближе. Она прижимается ко мне, уткнувшись лицом мне в грудь, и просовываю бедро между моих бедер.

Я начинаю понимать, что общение с Эллисон успокаивает меня от всего, с чем мне приходится сталкиваться. Когда я с ней, я не думаю о своих бесконечных неудачах. Я не беспокоюсь о своей маме или Генри, о том, что я лгу всем, кого знаю, или о том, что у меня нет никакого направления в жизни. И именно здесь, с Элли в моей постели, я сплю лучше всего в своей жизни.

* * *

Я просыпаюсь от стука, за которым следует землетрясение. Нет, не землетрясение. Это Эллисон отчаянно трясет меня, на ее лице смесь паники и... гнева?

— Какого черта ты делаешь в моей постели? — шепотом кричит она.

Я зеваю, потягиваюсь.

— Вообще-то, это моя кровать.

— Элли? — раздается голос Ло из-за двери.

— Иди! — Элли спихивает меня с кровати, и я с глухим стуком падаю на пол.

— Успокойся, черт возьми, — бормочет она. Это просто потрясающе.

— Ты продолжаешь психовать каждый раз, когда нас видят вместе, и у меня скоро разовьется комплекс.

— Одну секунду! — кричит Эллисон в ответ, бросая на меня взгляд. Она встает, натягивает пару черных спортивных штанов из комода и направляется к двери. Она смотрит на меня через плечо, жестом приглашая пройти в ванную.

— Ты моя должница, — говорю я, не отступая. Она бросает на меня сердитый взгляд, но нетерпение берет верх. Я подмигиваю ей, прежде чем закрыть дверь ванной.

— Привет, — слышу я ее голос. — Извини, я пыталась найти какие-нибудь штаны.

— Все в порядке? — спрашивает Ло.

— Да? — Эллисон отвечает, но это больше похоже на вопрос.

— Ты не видела Джесс? На моем диване пьяный парень, и его нет в его комнате.

Черт, я забыл о Салливане.

— Нет, — говорит Элли, и, Господи Иисусе, она, должно быть, худшая лгунья, с которой я когда-либо сталкивался. Я закатываю глаза и тянусь за спину, чтобы спустить воду в унитазе, прежде чем открыть дверь. Я делаю вид, что прихожу в себя, как будто только что сходил в туалет. Делай заметки, Элли. Вот как нужно убедительно врать.

— Я хотел отлить. В чем дело?

Ло скептически смотрит на меня, затем переводит взгляд с нее на меня. Элли ковыряет ногти, и вид у нее такой, будто она предпочла бы оказаться где угодно, только не здесь.

— Мы с Дэйром уезжаем на некоторое время.

— Хорошо. — С каких это пор она рассказывает мне о том, как проходит ее день? — Повеселитесь, наверное.

— Я имею в виду, примерно на неделю.

— Как в отпуск? Что? — спрашиваю я, и мои брови подпрыгивают от удивления.

— Думаю, ты бы назвал это именно так. — Ее губы расплываются в широкой улыбке. — Я никогда не была в отпуске.

— Когда?

— Сейчас.

— Сейчас?

— Это было неожиданно.

Ах, теперь все становится на свои места. Дэйр пытался уговорить ее уехать с ним, но у нее всегда находились отговорки, обычно связанные с работой или со мной.

— Джейк подменит меня, но ты мог бы им пригодиться, если хочешь подзаработать, — говорит она. — Я оставлю деньги на стойке на еду. Мне все равно, будут ли у тебя гости, только ничего не ломай, не позволяй никому блевать внутри и держись подальше от моей комнаты. Звони мне, если я тебе понадоблюсь.

— Господи Иисусе, Ло, может, ты уже свалишь отсюда на хрен?

Она закатывает глаза, проходя через комнату Эллисон, чтобы встретить меня в дверях. Она обнимает меня за шею и целует в висок. Я встречаюсь взглядом с Элли через плечо Ло. Она с любопытством наблюдает за нами. Я заметил, что она часто так делает. Как будто она всегда пытается разобраться в людях.

— Люблю тебя, придурок, — говорит Ло, отстраняясь, прежде чем взъерошить мои и без того растрепанные волосы.

— Я тоже тебя люблю.

Ло закусывает нижнюю губу, и я вижу, что она слишком много думает. Может, сейчас у нее и хорошая жизнь с Дэйром, но, похоже, она до сих пор не поняла, что ей позволено все делать самой. Она не знает, что, черт возьми, делать с собой теперь, когда ей не нужно заботиться ни о ком вокруг. Мое поступление в универ должен был дать ей шанс жить своей жизнью. Она пожертвовала всем ради меня, и хотя я не совсем командный игрок, я получил стипендию по лакроссу.

Я сделал это по двум причинам. Во-первых, я не хотел ее разочаровывать — посмотрите, как хорошо все обернулось, — а во-вторых, я не хотел, чтобы она и дальше откладывала свою жизнь в долгий ящик. Я не хотел быть ее обузой.