Я твоя Загадка - Милана Милая

Место, которое выбрал себе Савелий Громов для постоянного проживания довольно уединенное. И это не охраняемый коттеджный поселок, а самая настоящая глушь. Любой незнакомец здесь вызовет подозрение. Медленно сворачиваем в неприметный поворот, и Саратов указывает рукой на один из пышных кустов на обочине.

– Здесь я спрятал машину. На всякий случай.

Ничего не отвечаю, надо будет только забрать на обратном пути. Шикарную асфальтовую дорогу к его дому мы преодолеваем почти неслышно. Близко не подъезжаем, еще издали увидев яркие огни фонарей по периметру высокого сплошного забора. Словно и не было никакой аварии.

– Ты уверен, что…

Нажимаю кнопку на пульте и магнитная бомба срабатывает. Это совершенно новое оборудование, предназначенное для выхода из строя всего, что связано с энергией. Обратной дороги нет, фонари гаснут, двигателю нашей машины и всему в радиусе километра хана! Если даже у него на участке есть служебные собаки, сейчас они не в состоянии нас учуять и напасть. Небольшой писк в ушах вскоре смолкает, и мы тихо выходим из автомобиля. Открываем багажник, снова маски, бронежилеты и оружие.

– Живых оставляем? – Тихо спрашивает Саратов, я в ответ лишь качаю головой. Слишком хорошую школу жизни я прошел, чтобы позволить себе быть жалостливым.

– Сейчас особый случай! Стреляй на поражение прежде, чем с тобой кто-либо заговорит! От этого зависит твоя жизнь!

– Отлично! Так я и думал…

Мы не рискуем зайти через главные ворота, ищем другое место для проникновения. Саратов наклоняется, и я через мгновение запрыгиваю ему на спину. Потом на плечи и подтягиваюсь, трехметровый забор преодолеваю за доли секунды, тихо спрыгивая на ровно подстриженную лужайку. Я сосредоточен максимально, и в первую очередь неслышно бегу к охранной будке главных ворот.

Под тусклым светом луны я вижу, как трое охранников стоят снаружи, с недоумением рассматривая погасшие экраны своих сотовых. Три точных тихих выстрела, и они падают замертво, не успев даже понять, что произошло.

Как хорошо смазаны ворота, думаю я, неслышно открывая их для Саратова. Он уже заждался на той стороне. В доме по-прежнему не слышно ни звука. Надеюсь, что мне повезет и Громов крепко спит, даже не узнав об отключении света и выходе из строя всей электрики. Сейчас все-таки четыре часа утра и именно это – наше преимущество. Любому человеку нужен сон, даже самому подозрительному.

В таком случае, он даже проснуться не успеет. Почему-то я был уверен, что его сверх способности не работают во сне. Надежда только на внезапность, вопросы я задавать не буду, стреляю сразу и на поражение.

Входная дверь не заперта или у нее магнитный замок, времени нет разбираться. Я вхожу, надевая прибор ночного видения. Темный холл, как и в любом богатом особняке. Жестами показываю, чтобы Саратов проверял дом на первом этаже, я поднимаюсь на второй.

Не знаю почему, но интуиция подсказывает мне не открывать несколько боковых дверей по коридору. Я иду в самый конец, застываю на миг перед широкой, двухстворчатой дубовой дверью. Замечаю магнитный провод сигнализации, который сейчас бесполезен и не работает. Он все еще светится теплом в дверном замке, не успел остыть…

В любой другой ситуации я бы не открыл так легко эту дверь, как делаю это сейчас. Поворачиваю ручку и быстро вхожу. Оцениваю ситуацию мгновенно.

Я в просторной спальне с просто огромной кроватью, на которой обнявшись лежат двое. Обнаженный мужчина крепко прижимается к… Мне приходится приблизиться, чтобы сделать несколько выстрелов в голову и не задеть при этом спящую Варвару…

Глубоко дышу, понимая, что все закончилось. Причем уверенность Громова в собственной неуязвимости действительно сыграла мне на руку. Вот только двинутся не могу, умом понимая, что убил своего врага. Странно, что Варя не просыпается. Хотя хлопки выстрелов были еле слышны.

Сбрасываю с них одеяло. Они еще ближе, чем я думал. Надежда тухнет, потому что нет никаких трусов, они оба полностью обнажены, а мертвый Громов по-прежнему лежит на боку, крепко сжимая Варю в своих объятиях. Она там как в коконе, такая маленькая и хрупкая. А на лице умиротворение.

Делаю судорожный вдох, когда понимаю, что не дышал, как зашел в эту спальню. Я готов придушить ее собственноручно за это предательство. Поднимаю пистолет, целясь ей в голову. Она только моя! Никто не смеет трогать принадлежащее мне. Как она посмела не сопротивляться? Сбрасываю прибор ночного видения, потому что в этот момент луна вышла из-за облаков и очень ярко своим серебряным светом осветила комнату. Или глаза просто привыкли к темноте.

Я могу простить пулю, выпущенную в упор. Но не прощу измены. Смерть будет для Варвары слишком большим подарком, если она меня предала. Я опускаю оружие, задыхаясь от боли. Видеть ее в чужих мужских объятиях, не моих, не переносимо. Я думал, хуже мне быть не может и снова ошибся.

Шум в дверях на мгновение отвлекает. Саратов заходит в комнату, тоже снимая с себя специальные очки. Поднимает брови в недоумении хмурясь, когда оценил обстановку.

– Забирай свою даму сердца и валим отсюда! – Хладнокровен и по делу. Никаких эмоций. Он прав, я задам Варе все вопросы позже. Если ответы мне не понравятся, ласковым и сговорчивым уже не буду. Она вывернула из меня кишки, я сейчас варюсь в котле из самых жестоких чувств, ревности, боли, разочарования, ярости и множества других, которые даже не поддаются определению. Чувствую, еще немного, и сойду с ума. А Саратов, видя, что я не двигаюсь, подходит и прикасается к ней. Это катализатор, и я набрасываюсь на него со звериной яростью.

– Никто не смеет ее трогать, она моя!

Несмотря на то, что сам ослаблен ранениями, адреналин зашкаливает и придает нечеловеческую силу.

– Что-то не так с ней, придурок! – Шипит Саратов, пытаясь разжать мои руки на своем горле. Не нападает сам, только обороняется. – Она без сознания или мертва!

Эти слова с трудом доходят до моего замутненного разума. Я моментально вскакиваю и, сев на кровать, трясу Варю за плечи.

– Варвара! – Хриплю, понимая, что она просто заживо горит, обжигая мои ладони температурой своего тела. Теперь я вижу испарину на ее лице и абсолютно мокрые волосы. И темную кровавую пену на губах!

А у нас ни связи, ни машины. И никто не знает, что мы здесь…

Глава 33 Варя

Месяц назад…

Открываю глаза от собственного крика и начинаю отмахиваться от невидимых врагов. Вскакиваю с кровати, сбрасывая простыню с обнаженного тела. Понимаю, что нет никого, но ощущение мерзкого прикосновения