Бедная Лиза и Волк(ов) - Татьяна Сонная

— Лиза, — произношу единственное, что выдаёт мозг в данной ситуации. — Девочка, прости, я … я опоздал немного, но.., — запускаю пальцы в волосы пытаясь собраться с мыслями, рука которой касался ее плеча так и зависает в воздухе.

Она громко всхлипывает, обхватив себя руками, смотрит так, что пробирает насквозь. По щекам крупными каплями то ли дождь, то ли её слезы — не разобрать.

Спохватившись, снимаю пиджак и аккуратно накидываю ей на хрупкие плечи. Замираю, не в силах убрать рук. Как же хочется обнять, успокоить, но боюсь сделать хуже, напугать. Плотно сжав челюсти, опускаю руки, мимолётно касаюсь пальцами мокрых волос.

— Ты не опоздал, — вдруг произносит она, голос срывается.

Сделав шаг, прижимается ко мне и прячет своё личико на груди. Издав шумный вздох, даю волю чувствам. Прижимаю дрожащее тело к себе так бережно, насколько вообще способен. Тонкие руки смыкаются вокруг моего торса, а я, даже сквозь шум дождя и гул машин, слышу её рыдания. Жмётся ко мне и плачет, и эти слёзы разрывают душу на части. Начинаю шептать бессвязную ерунду, обнимаю, так чтобы согреть своим теплом. Прижавшись губами к её макушке, замираю, не веря в то, что происходит.

Минута — и она затихает в моих объятиях. Рук не разжимает. Боюсь, что ещё пару мгновений и оттолкнет. Очнётся. Поймёт, к кому так доверчиво льнёт. Вспомнит, кто я на самом деле. Проходит ещё время, мы не двигаемся. Её руки разжимаются, и ладошки перемещаются мне на грудь. Холодные. Это отрезвляет, понимаю, что ей нужно в тепло. Переодеться, согреться. Стоять вот так на улице, продолжая мокнуть и мёрзнуть, чревато.

— Идём в машину, — шепчу, увлекая Лизу за собой. — Ты совсем продрогла, вещи промокли.

Кивает, позволяя увести себя. Прижимаю её крепче, чтобы сохранить как можно больше тепла, и веду к пешеходному переходу. Сделав несколько шагов, она оступается, а я просто подхватываю невесомое тело на руки. Даже и не думает сопротивляться. Кладёт головку мне на плечо, устало вздохнув. Моя девочка, как же ты настрадалась за эти годы! Маленькая, хрупкая, но такая сильная.

Расстояние до машины преодолеваю в считанные минуты. Усадив её на пассажирское сиденье, прыю за руль. Включаю в машине всё, что поможет согреться. Жаль, нет пледа или одеяла.

— Отвези домой, пожалуйста, — шепчет Лиза осипшим голосом. — Мне нехорошо.

— Конечно, — тут же отзываюсь, и не думая спорить.

Дома ей обязательно станет легче. Да и у меня появится возможность увидеться с сыном, если позволят, конечно.

Всю дорогу молчим. Лиза не смотрит на меня, взгляд куда-то в пустоту. Многое бы отдал, чтобы узнать, о чём она сейчас думает. Но, увы, мысли читать не умею, а спросить не решаюсь. Всё ещё опасаюсь спугнуть, разрушить хрупкий мир.

Припарковав машину у самого подъезда, выхожу и сразу же тороплюсь открыть двери. Немного не успеваю, моя девочка выходит сама.

— Лиза, не спеши, я помогу.

— Не нужно, — она отрицательно мотает головой, и у меня падает сердце.

Вот и всё.

— Мишу напугаем. Не хочу его волновать.

— Я обещаю, он ничего не поймёт. Ты же еле стоишь на ногах. Не отказывайся.

— Мне хватит и твоей руки. Правда. Всё в порядке.

Еле заметно улыбнувшись, девушка обхватывает моё плечо тонкими пальчиками. Со вздохом обнимаю её, придерживая за талию. Снова от неё нет отрицательной реакции на мои прикосновения. Не верится, внутри растекается приятное тёплое чувство. Она не оттолкнет. Сегодня точно. Улыбнувшись, поправляю непослушную прядь, прилипшую к её щеке.

— Какая же ты красивая, — не удержавшись, произношу вслух.

Лиза смущённо отводит взгляд.

— Идём, — шагаю к дому, увлекая за собой.

Подстраиваясь под её маленькие шаги, стараюсь быть осторожным, только бы не толкнуть, не задеть неловко. Всё же я не маленький, а она очень нежная, хрупкая, кажется, одно неловкое движение — и сделаю больно. В воспоминаниях всплывают обрывки сцен с той ночи. Мотаю башкой, прогоняя их, словно наваждение. Не время корить себя за прошлое, нужно быть для неё хорошим здесь и сейчас.

Девочка оступается, кажется, в третий раз, и я, не выдержав, подхватываю её на руки.

— Я отпущу, у двери. Не переживай.

— Но соседи…

— Плевать!

— Максим…

— Прости, но ради того, чтоб никто не подумал ничего дурного, заставлять себя идти на слабых ногах — так себе решение. Давай потом придумаем, как избежать осуждения от незнакомых нам людей.

Лиза хмыкает в ответ. Остановившись у дверей квартиры, нажимаю на звонок, прислушиваюсь. Как только щёлкает замок, ставлю девочку на ноги, придерживая её, и попутно поправляю пиджак, съехавший с плеч.

— Ох ты батюшки! Ну здравствуйте! — всплеснув руками, нас приветствует моя старая знакомая Алевтина. — Лиза, что произошло?

Встревоженный взгляд бегает от меня к девушке и обратно.

— Под дождь вот попали, — отвечает Лиза, грустно улыбнувшись.

— Мама! Мама! Ты уже пришла?! — нам навстречу вылетает сын в пижаме, весь взъерошенный, а глаза горят от счастья. — Максим! — радостно взвизгивает он и со всей дури несётся ко мне.

Только и успеваю подхватить мальчонку на руки, прежде чем этот пострел выскочит к нам в подъезд.

— Миша, — произносит Лиза, качая головой, — ну куда босой? — в её голосе нет злости или осуждения.

Она улыбается, глядя на нас.

— Заходите скорей, — суетливо командует Алевтина.

Когда за моей спиной закрывается дверь, а на руках радостно вошкается сын, наконец осознаю, что произошло. Меня впустили, не прогнали, не захлопнули перед носом дверь. Не могу удержаться от улыбки, сердце наполняется детской радостью.

— Максим, вы идите с Мишей с спальню, ему спать пора. А я пока Лизе помогу. Потом тебе что-нибудь посмотрим. Промок тоже поди!

Просто киваю.

— Ну, бандит, покажешь мне свою комнату? — подкинув сына на руках, произношу, не скрывая радости.

— Я не бандит, я Волк!

— Ах, как я забыл! Точно. Злой и страшный серый волк…

— Не-ет, я не страшный и не злой. Хороший.

— Ну это здорово!

— Вон туда меня неси, — он указывает пухлым пальчиком в сторону спальни.

Оборачиваюсь, встречаюсь глазами с Лизой. Улыбнувшись мне, она уходит вслед за своей помощницей.

— Идём, — Миша трясет меня за плечо. — Я тебе игрушки покажу.

Сижу на ковре в детской, полностью обложенный игрушками со всех сторон, и с придурковатый улыбкой слушаю бесконечную болтавню сына. Надо же какой смышлёный, активный малый! Наше внешнее сходство настолько очевидно, поэтому и не мудрено, что я сразу понял, что он мой. Как две капли воды. Даже не знаю, что у ребёнка от матери. Возможно, мягкость в чертах, но сын ещё малыш — неизвестно, как изменится его внешность с