Невеста сильнейшего мага - Екатерина Политова

Там было что-то другое. Что-то, что стояло на ступенях Управления, в центре самой столицы, и ждало его. И, конечно же, наверняка и Аннабель тоже. Её силы так жаждал Эйлер. 

Адам мог бы засомневаться, развернуться обратно к ней и не идти туда. Но он не давал себе даже мысли позволить. Если есть хотя бы маленький шанс взять этого предателя - он его использует. 

Чем дальше, тем явственнее проступала чужая сила. Она вклинивалась фальшивым огнем у потолка в холле, земля вибрировала в каменных плитах под ногами Адама, вода журчала где-то за стенами, а в углах проступало фиолетовое свечение Бездны.

— Вы это видите? — спросил фон Кирс. 

— Что?.. — уточнил один из шпионов по праву руку. 

Остальные маги вокруг - дежурные охранники, архивисты Ордена хранителей, солдаты военного ордена, клерки - никто ничего не ощущал, их ауры оставались ровными. Адам старался не сосредотачиваться на каждом в отдельности, как это пыталась делать Аннабель. Ему было проще смотреть на людей как на море - волнуется или нет, спокойно или грядет магический шторм. 

Аллея перед Управление окутала свежим воздухом. Именно здесь Адам увидел его.

Силуэт стоял посреди дорожки, окутанный вихрем пяти стихий. 

Огненные языки мелькали вдоль плеч, водяные капли вращались вокруг рук, над головой искрилась крошечная фиолетовая молния. Тьма неохотно стягивалась у ступней, будто черная пена. В стороны от силуэта расходились трещины.

Не было воздуха и света. Адам их не ощутил, хотя казалось, будто фантомы этих стихий незримо присутствовали. Свет - основа работы созидателей, коим по факту Эйлер и являлся. Это было странно.

И ни один из сопровождающих Адам не поднял оружия, ни один не использовал магию - их взгляды скользнули мимо, пытаясь найти причину тревоги. Никто не смотрел туда, куда смотрел он. 

— Рад видеть, — прошелестел незнакомым голосом силуэт. 

Ни лица, ни глаз не было видно. Как и предполагал Адам - лишь сотканная из магии кукла. 

— А я не рад, — холодно отозвался фон Кирс. — Что тебе нужно?

— Убить тебя. И заполучить её.

— С кем вы говорите, господин фон Кирс? — спросил один из шпионов. 

— Она тебе не достанется, — ответил Адам силуэту, игнорируя вопрос. 

— Ты принесешь мне её сам. И отдашь… — последние слова потонули в оглушающем шелесте. 

На этот раз звук услышали все, пусть зрение окружающих ещё обманывало.

Адам сделал полшага вперед. 

Тьма в его груди отозвалась уверенным толчком. Он выпустил её наружу не сдерживая, давая течь во все стороны разом. Все три шпиона подняли руки разом, поддерживая его тьму своей. И напитывая её ещё больше. 

Раньше он так уже делал, используя не свою магию, а чужую тьму, чтобы в случае чего - суметь защититься, когда соперник этого не ожидает. 

Он обвил видение кольцом бесплотной ночи. Непроницаемым саваном. И сжал безжалостно и сильно. 

Мираж затрещал, как хрупкая стеклянная маска. Огонь, земля, вода - всё сдалось на милость тьмы. И даже сама тьма иллюзии дрогнула, пока Адам сжимал свой кулак, отчаянно надеясь, что Эйлер это ощутит. В нем было много силы, он пришел показать что он и кто он. Но Адам был сильнее. Вдохнув свою тьму в кольцо черноты он раздавил мираж словно муху.

Он схлопнулся с оглушительным хлопком. 

Шпионы дернулись, глядя на ту точку, где секунду назад, по их мнению, было пусто. Каменная крошка зазвенела, опадая на дорожку. Там, где стоял мираж теперь была лишь яма. Его магия была настоящей. 

На миг тончайшая связь с Аннабель дернулась, будто кто-то разрезал нить ножом. Вместо дуновения воздуха в ладонях Адам почувствовал сухой камень стихии земли, которой с ним быть не должно. Словно что-то чужое прошло между ним и Аннабель.

Сердце пропустило удар.

— Назад, немедленно, — сдержанно бросил он, развернувшись к своим людям. 

Адам почти не слышал их шагов за спиной. Всё внимание было приковано к внутреннему ощущению - что-то в том взрыве надломило общий поток магии. 

— Всё в порядке? — встревоженно спросила Роуз возле кабинета. 

— Ты что-то почувствовала? — накинулся на неё Адам. 

— Н-нет, — ответила она, а потом, поразмыслив, произнесла: — Нет, господин фон Кирс, точно нет. Влияние я бы ощутила. Клянусь.

Адам лишь мотнул головой, отпер кабинет и мгновенно заметил неладное: Аннабель лежала на полу. 

Одним шагом он оказался рядом, опустился на колено и поднял её на руки. Коснулся её лба кончиками пальцев, и собственная тьма ответила болезненным уколом, не желая помогать. Это было похоже на… какую-то агрессивную пустоту. Похожую на ту, что была в шахте, но немного иную.

— Аннабель… — его голос сорвался на предательский шепот.

Он прижал ладонь к её виску и закрыл глаза. Где-то глубоко ощутил слабый отклик - она цеплялась за сознание, но он не мог до неё достучаться. Словно магия вокруг Аннабель не хотела работать. 

Сердце сдавило стальной петлей. В голове промелькнул невольный вопрос, а мираж ли это был? Или прицельный удар, рассчитанный не на него, а на связь между ними?

Он совершил страшную, непоправимую ошибку. 

— Можно мне попробовать? — рядом опустилась Роуз. 

— У тебя ничего не выйдет, — бесцветным голосом произнес Адам. 

На этот раз дознаватель не стала его слушать. И, конечно же, её магия тоже не сработала. 

— Да как так… — раздраженно выдала Роуз, глядя на свои ладони. 

— Принеси её мне. И она будет жить, — прошептала Аннабель, не открывая глаз. 

* * * * *

Адам стоял у кровати, сдерживая собственную ярость, и смотрел на неподвижную Аннабель. Особняк был пуст и безмолвен, он отпустил всех слуг и окружил дом куполом, активировав все защитные заклинания. 

— Зачем она ему, Адам? — спросил Кассий, стоя чуть в стороне, опираясь о стену. 

— Чтобы сломать её? — предположила Роуз. Дознаватель сидела в кресле, закинув ногу на ногу, и задумчиво накручивала прядь на палец. — Выведать все секреты касательно господина фон Кирса? Касательно стихии воздуха? 

— Он её не сломает, — уверенно произнес Адам, сложив руки на груди. 

— Она неопытная молодая студентка, — напомнил Кассий негромко. 

— Я в курсе. Но она не сдастся, — возразил Адам спокойно. У него не было ни единой причины сомневаться в этом. Аннабель не поддастся Эйлеру, что бы тот ни делал. Она не сломается. 

По лицу