Бывшие. Лед прошлого между нами - Катя Озерова

еще больше взбесил Роман, который отдал ей чертовы вип-билеты — ей и ее «подружкам». Он невинно развел руками и чуть не получил за это в табло. Хорошо парни увидели заварушку и нас растащили. Потом Роман извинился за свою глупость, но ситуацию было не исправить. О стычке обязательно напишут, если еще не написали. Я по-быстрому принял душ и вернулся за Аленой.

Агата решила устроить нам общественную порку с помощью журналистов. Кто знает, где они могут нас подстерегать. Нынче в моде семейные ценности, и со стороны ситуация с моим разводом выглядит плохо, а сама Агата — и вовсе жертвой.

Алена не заслуживает того, чтобы находиться в центре публичного скандала. Но ходить по ток-шоу и интервью чтобы что-то кому-то доказать, мы с ней не будем.

Как только я получу на руки документы о разводе, сделаю ей предложение. Это станет одним из самых здравых решений в моей жизни и положит конец манипуляциям Агаты.

Ехать с командой никуда не хочется, Алене пока будет неуютно в компании парней, тем более с Романом все непонятно. С этого идиота станется привезти с собой новую пассию.

Выбираю уютный ресторанчик, который я заприметил в прошлый приезд в Новосибирск, и везу девочек туда. Приходится доплатить таксисту за проезд на красный свет, чтобы журналисты нас потеряли. Толком не удается посидеть, наша с Аленой егоза требует гулять. Мы не против. Выдвигаемся на улицу и гуляем вдоль замерзшей набережной. Я держу Алену за руку. Стеша бегает перед нами и ловит снежинки языком. Мне безумно нравится то, что между нами происходит, и я не хочу это терять. Нужно снова поднять тему переезда Алены и Стеши в Москву.

— Смотлите! — Стеша падает в снег спиной и делает ручками ангела. — Папа, иди ко мне! — хохочет она.

Алена улыбается, и под ее одобряющим озорным взглядом я делаю большого ангела.

— Мамы не хватает, — шепчу дочке на ухо.

— Мама, тепель ты! — тянет она ручки к маме.

Та закатывает глаза, неловко оглядывается на редких прохожих и укладывается с другой стороны от Стеши. Через пару минут мы осматриваем проделанную работу. Делаю на память несколько фотографий, прошу прохожего сфотографировать меня с семьей и тут же ставлю фото на заставку.

— Сбрось мне, пожалуйста, — Алена с умилением рассматривает нашу снежную троицу.

В гостиницу возвращаемся ближе к двенадцати. Стеша спит на моих руках. Аккуратно перекладываю ее на кроватку и снимаю ботинки. Алена сетует, что ребенок совсем выбился из графика и это не очень хорошо.

— Когда вернемся домой, наладим режим, — обещаю я и тяну ее за собой. Куда конкретно домой, пока не уточняю.

Запираю нас в ванной и тут же нападаю на сладкие губы. Я о них весь вечер мечтал. К постели Алена пока не готова, так что видом кровати не хочу провоцировать ее зажатость. Вжимаю Алену собой в стену и веду ладонями вдоль тела, забираюсь под тонкую кофточку.

— Хочу тебя касаться, — хрипло озвучиваю ей на ухо.

Алена шумно дышит и не отталкивает, смотрит на меня своими огромными глазищами не мигая. На сорванном выдохе начинает мне отвечать, запускает пальцы в мои волосы, прижимается грудью.

После хорошей игры я всегда заряжен. Адреналин зашкаливает, кровь кипит, хочется пожестче и всю ночь. В голове пролетают дурманящие картинки, одна горячее другой. Но я держу себя в руках, чтобы не спугнуть Алену.

Поцелуй затягивается, заставляя дыхание у нас обоих сбиваться. Алена издает протяжный стон, когда я провожу языком по ее нежной шее.

— Нам нужно серьезно поговорить, — выдыхаю горячо и снова целую, прикусываю бархатную кожу.

— О чем? — Алена дезориентирована.

— О том, что я забираю вас со Стешей в Москву, — обнимаю ее все крепче, словно канатами, и вдавливаю в себя.

Мое, теперь не отпущу!

Я не намерен больше совершать ошибок, и так хватило. Нужно увозить Алену из нашего городка. Я не желаю, чтобы мои родители имели хоть один шанс на то, чтобы снова попробовать на нее надавить, — или ее родители, которые меня не сильно жалуют.

— Не хочу больше без вас, — признаюсь ей. — Квартира огромная, в ней пусто. А я задыхаюсь там. — Куча комнат, и если тебе еще нужно будет время, можешь жить отдельно сколько захочешь.

— Я не уверена, — Алена мотает головой. — Ты еще женат. И журналисты... Я их боюсь, — она зажмуривается.

— У тебя будет охранник. Два. К тебе никто не подойдет даже на пушечный выстрел.

— Кажется, я сейчас задохнусь, — шепотом выдает она и усмехается.

— Прости, — резко размыкаю объятия, даю ей вдохнуть.

В то же самое время я не собираюсь ее отпускать. Упираю ладони по обе стороны от ее лица и ловлю в плен взгляд.

— Скажи мне да, Алена. Скажи. Или боишься, что я снова поступлю с тобой как мудак?

Она быстро смаргивает, в глазах на долю секунды проскальзывает сомнение. Этого достаточно, чтобы у меня под ребрами закололо.

— Мне страшно, — Алена опускает взгляд. — Вдруг мы со Стешей не сможем вписаться. Твоя жизнь... она совершенно другая. В ней так много красивых людей... красивых женщин, — нервно усмехается.

Меня от ее страха коробит, я хочу, чтобы она поняла всю серьезность моих намерений.

— Ты выйдешь за меня?

Глава 40

*Илай*

Алена удивленно дергает красивой бровкой.

— Когда я разведусь, — закатываю глаза.

Она протяжно выдыхает.

— Давай так. Ты подумаешь об этом, а я повторю свое предложение, когда у меня на руках будут бумаги о разводе. И постараюсь сделать это в более романтичном месте.

Целую ее в висок и замираю. Я творю глупости. Разве можно вот так звать женщину замуж?

Я полный дебил.

Алена боится, что не подходит мне, а я, в свою очередь, боюсь, что не подойду ей. Мои вечные разъезды, тренировки. Я часто бываю задолбанный, у меня вечно что-то болит. Травмы, съемки, скандалы. Моя жизнь это полный кошмар. Выдержит ли Алена меня со всем этим добром? Не понимаю пока.

Отправляю ее растерянную спать, а сам еще немного сижу в гостиной.

На телефон начинают приходить сообщения от Агаты. Сначала там ее фотографии со счастливым Романом и слова о том, что я полное ничтожество, что она теперь нашла себе нормального классного мужика, с которым будет заключать рекламные контракты и зарабатывать бабки. А я так и останусь навсегда лузером со своей клушей.

Чем сильнее Агата напивалась, тем жестче и истеричнее становились сообщения. Пришлось занести ее контакт в блок и выключить телефон. Спать ушел с гудящей головой.

Мы провели