Измена. Попаданка в законе 2 - Тереза Нильская

И какова в этом была роль девушки-магички?

И была ли она там вообще?

Это было неизвестно.

При обсуждении выяснилось также то, на что раньше не обращали внимания.

Что в последний месяц было много нападений именно на руководящих лиц. Нападали на всех командиров.

А это значило, что высокие и мощные стены ограждений неприятель научился преодолевать.

Нападения были в разное время и на отряды Вилли и Гектора. Их также подкарауливали во время обследования границ. Просто не придавали значения, что охота идёт именно на командиров.

На Дэба нападали постоянно, во время вылазок неприятеля со стороны океана.

Но он так хорошо с этим справлялся, что уже считал это ежедневной работой.

Но именно Джеральд пропал. Именно его хотели вывести как главную силу.

А это значит, что лазутчики неплохо были осведомлены о расстановке сил на границе.

Рочестер говорит задумчиво:

— И под угрозой теперь и король Арчибальд Харлоу, которого надо убрать из его столь заметного шатра.

Дэб добавляет:

— Да и ты, и твоя семья, Маркус, тоже. Ты теперь здесь основной командир.

Подумав, добавляет:

— Лару с детьми надо отправить на юг, в замок.

Он так и сказал — “с детьми”. С нашим сыном и дикобразиками. Для него они воспринимаются как дети.

Мы сидим на скамьях за столом у палатки и наблюдаем в проем открытой двери как раз, как Лара хлопочет около Руси и мальчишек.

И каждый, наверное, думает сейчас о своей семье, о своих домашних.

— Король не отпустит её с купола, — мрачно говорит Рочестер Даллау. — Она самый сильный маг по куполу.

— А еще она знамя здесь, символ борьбы и надежды, — вторит ему Гектор Риччи.

— И для большинства твоя супруга, Маркус, просто Дара. Наша северная легенда.

Это уже Вилли Раймонд добавляет.

О, черт, я чётко осознаю, что Лару никто отсюда не отпустит, ни при каком раскладе.

И мы все понимаем это.

Решаем, что в целях безопасности королю Арчибальду Харлоу надо будет подобрать самый незаметный дом в поселении, а королевский яркий шатер при этом нужно не трогать, но усиленно охранять.

И проводить в нем небольшие совещания время от времени, без короля.

И нам тоже надо переехать.

Наша палатка стоит довольно близко к казарме, лазарету и тюрьме, стратегически очень удобно, но опасно.

И хотя мы здесь обжились, а Лара создала здесь уют, надо найти более безопасное место.

Я, как командир, создаю опасность, за мной тоже теперь будут гоняться.

И ещё приходим к выводу, что надо сделать вылазки по поискам Джеральда. И в горы на нашей стороне, и через стену к неприятелю. На другую сторону.

Куда мы в здравом уме никогда не совались.

Пока мы обсуждаем, вестовой приносит сообщение от короля.

Лару снова зовут на поддержку купола.

Снова собирают всех магов на укрепление купола.

И зовут не только её.

Зовут еще и маленькую магичку Русю.

Глава 27. Я сдалась

Да, моя крепость пала, я сдалась.

Пошла на поводу своих желаний. Сдалась под напором любви Маркуса.

Он же любит меня. Именно меня, не Ларику. И доказывает это каждый день. Всеми способами. И очень ждёт моей ответной любви.

Ну как можно этого не увидеть и не откликнуться?

А мне, да, очень хотелось почувствовать себя настоящей женщиной. Все долгие месяцы этой тяжёлой беременности.

Сколько раз из меня почти уходила жизнь!

Утонула в озере. И когда меня спас Дэб, я же очень долго не приходила в себя.

Потом тяжёлая беременность, когда мой сын-драконенок выпивал все мои соки, было сильное обезвоживание. И только кровь Маркуса, его драконья кровь, помогла мне восстановиться и дать силы на роды.

И моя магия в эти моменты мне не помогала. Получается, что я лечила других, но вот себе помочь не могла, нужна была любовь Маркуса. И его кровь.

Кровь и любовь. Любовь и кровь.

В этом, что-ли, заключается сила истинной пары?

Чувствую себя невероятно счастливой от любви Маркуса. Чудесной была наша первая ночь. Добровольной, без принуждения.

Ларика была с ним, фактически, не по своей воле. Её просто поторопились выдать замуж.

И она честно пыталась полюбить этого яростного и в бою, и в постели лорда-дракона, но не смогла. Хотя и забеременела в первые же дни. Сердце её принадлежало Тимми.

А я попаданкой вселились в её беременное тело. Именно меня выгнал Маркус из-за измены Ларики. Реальной, не выдуманной.

И долгие месяцы беременности я была одна, в размышлениях и событиях, происходящих со мною здесь.

По сути, с Маркусом я пересекалась очень мало за это время. Три мои первых дня в замке, до изгнания. Потом я о нем только слышала время от времени, знала, что он меня ищет.

И пряталась от него.

Пока не стало понятно, что без него я не выживу.

И вот здесь на границе в последнюю неделю перед родами все было стремительно же.

Прилетел Маркус, узнав, что я на границе, поил меня всю ночь кровью. Потом я провела два тяжелейших дня в тюрьме по доносу Синтии. С огромным животом, сидя на жёсткой полке, в грязной и смрадной тюрьме.

Маркус, кстати, не отбил меня тогда у охраны Джеральда. Это я всегда буду помнить. Или надолго запомню.

Потом был день суда, и Маркус меня защищал, организовал всю защиту и свидетелей.

— Но мог бы и просто спалить огнем этого Джеральда, — опять ехидно проходит по краю сознания.

Вот же они драконы какие, не любят друг с другом драться!

Сразу после суда у меня была ещё одна ночь на восстановление кровью. Маркус тогда полночи сидел рядом со мной, или обнимал лежа.

А потом был купол, выжавший из меня всю магию, и роды были совсем без сил. Где магию мне восстанавливала маленькая Руся, которая, похоже, отдающий маг. И ещё была помощь неизвестной девушки-магички.

И ещё день в лазарете, и день здесь, в палатке.

Да, получается, что в общей сложности я Маркуса знаю совсем немного. Три дня неудачного нашего знакомства в замке и эту последнюю стремительную неделю, включая дни в тюрьме.

То есть всего десять дней. Правда, как я поняла, Маркус все месяцы чувствовал тоску по истинной.

— Что не помешало ему развлекаться с Синтией, — опять подсказало ехидное сознание.

Ладно, это я тоже буду помнить. Отложим пока в сторонку, пусть не мешает моему счастью сейчас.