Неверный муж. Я тебя (не) прощу - Мария Шарикова

— Что ты тут делаешь? — холодно спросила она, отступая в глубину комнаты.

Горничная исчезла, оставив платье на кресле. Рейчел завертела головой, ища девушку, и не найдя её, растерянно захлопала глазами.

— Могу помочь тебе с платьем, — усмехнулся Дерек.

— Позови Мэри, — сказала Рейчел и пошла к двери, — я не могу без неё одеться!

— Сегодня я вместо неё. Стой на месте, дорогая, я помогу тебе стать ещё прекраснее.

Откуда взялся этот сарказм? Дерек не хотел обидеть её, наоборот, мечтал как — то расположить её к себе, но сегодня у него не было при себе ни алмазного ожерелья, ни пирожных, ничего, кроме него самого.

Рейчел попятилась.

— Мне не нужна твоя помощь, — уверенно заявила она.

— Но мне нужна твоя.

Повисло молчание. Рейчел вскинула брови, явно не понимая, чего он хочет от неё. Но черты её смягчились, и Дерек понял, что нашёл нужное слово.

— Я люблю тебя, — прямо сказал Дэр, — и прошу тебя простить меня.

Казалось, она превратилась в каменную статую, с которой он недавно сравнивал Шарлотту, и стала невероятно похожа на неё. Те же холодные глаза, хоть и другого цвета, те же застывшие черты лица, и плотно сжатые губы.

— Уверена, я ослышалась, — наконец произнесла Рейчел, — прошу вас, милорд, позвольте мне одеться к чаю, девочки ждут меня.

— Ты не ослышалась, — он сделал шаг к ней.

Рейчел снова отступила.

— Я знаю, где ты был ночью, — холодно произнесла она, — мне донесли. Я уверена, что твои мужские инстинкты удовлетворены, и тебе было хорошо с красивой вдовушкой. Дерек, умоляю, просто уйди. Я не хочу тебя видеть!

Маркиз вспыхнул. Интересно, кто ей донёс на него? Но это было уже не важно. Он должен найти слова, которые убедят Рейчел дать ему шанс. Она же говорила, что любит его! Значит, должна просить измену. Должна...

— Я больше никогда не пойду к ней! — воскликнул он. — Ни пойду ни к кому! Я... понял, что... Что люблю только тебя!

Он протянул руку, но Рейчел снова отступила.

— Значит, я выиграла конкурс на лучшую любовницу Дерека Картера? — Она натянуто рассмеялась, — прошу вас, милорд, меня это всё больше не интересует. Я сама позволила тебе любить кого угодно, да хоть всех сразу. Только не приходи ко мне. Честное слово, мне противно даже думать о том, что я могу оказаться с тобой в постели!

— Ты говорила, что любишь меня, — он попытался унять подступающую панику, — и теперь я понял, что люблю тебя!

— Ты понял это прямо в постели леди Изабель? — язвительно поинтересовалась Рейчел, — как мило, Дерек... Твои похождения достойны тех гравюр, что ты показывал мне вчера в музее. Но, поверь, я не из тех, кто любит разглядывать подобное. Пожалуйста, оставь меня в покое. Честное слово, мне не нужны твоя лесть, твои подарки, ни — че — го. И твои лживые признания тоже не нужны!

— Рейчел! — он схватил её за руки, чувствуя, что нечто важное исчезает между ними навсегда, — Рейчел, я не пытаюсь тебе льстить или врать! Я действительно люблю тебя!

— Вы путаете любовь и похоть, милорд, — сказала она, отнимая руки, — это разные вещи, но не все могут их различить. И если ты не уйдёшь прямо сейчас, я закричу и убегу в том виде, в котором есть. Пожалуйста, оставь меня!

И она действительно бросилась к двери. Дерек поднял руки показывая, что не держит её. Потом попятился и медленно вышел к себе в комнату, где просто упал на кровать, совершенно опустошенный её отказом. Рейчел вернула ему его же слова, сказанные на её признание в момент страсти.

Любила ли она его хоть когда — то? Он закрыл глаза, надеясь, что заснет и никогда не проснется. Любила или нет, но ей придется его полюбить!

Глава 21

Оставшись одна, Рейчел закрыла лицо руками, с трудом сдерживая охватившие её эмоции.

Маркиза так долго мечтала услышать признания в любви от Дерека, однако теперь, когда он их произнёс, они казались ей издевательством, хотя она и чувствовала его искренность…

Заставив себя глубоко дышать, Рей позвала назад горничную и, позволив той помочь ей с платьем, поспешила в детскую.

Девочки ждали её, и они вместе выпили чай с молоком и съели купленные в кондитерской пирожные. В глазах стояли невыплаканные слёзы, но маркиза не могла позволить себе расплакаться перед дочерьми, они этого не поймут.

Немного почитав им и поиграв в куклы с Софи, Рейчел всё — таки спустилась в гостиную, где застала Маргарит, разбирающую только что доставленные письма.

Заметив её, золовка протянула ей одно из них, слабо улыбнувшись. В её синих глазах было заметно сочувствие и ещё какой — то немой вопрос.

— Мэгги, ты хочешь мне что — то сказать? — не привыкнув мучиться от неизвестности, поинтересовалась Рейчел, присаживаясь рядом.

— Я… Дорогая, наверное я лезу не в своё дело, но я очень рада, что у тебя появился такой друг как герцог Монклиф…

— Ты меня осуждаешь? — прямо спросила маркиза.

— Нет, ну что ты! Нет ничего плохого в… Дружбе. Тем более Дерек этого даже не заметит, он редко проводит время дома. Вот и сейчас он собирался выпить со мной чаю, но затем, ничего не сообщив, сорвался в клуб.

— Мэгги, прошу тебя, ничего не говори мне о твоём брате! — воскликнула Рей, и от воспоминаний о нанесённой супругом обиды всё поплыло перед глазами. — Наш брак изначально был ошибкой, и теперь я наконец — то смогла в этом убедиться! Отныне его для меня не существует, как и меня для него!

— Прости меня, дорогая, я не подумала о том, как тебе больно, но, к сожалению, изменить что — то мы не в силах…

Дни до четверга пролетели незаметно. Рейчел ни разу не сталкивалась с Дереком, но от этого боль от его поступков не стала меньше. Она машинально делала всё, к чему привыкла, но ничего не чувствовала в душе. Будто что — то умерло в ней, и маркиза ощущала только щемящую в сердце пустоту.

И тем не менее, собрав девочек и позволив горничной облачить себя в элегантное шерстяное платье нежно — голубого оттенка и сапфировый cпесер, подбитый мехом куницы.

Герцог Монклиф должен был забрать её и дочерей у уже ставшего частым местом встреч кафе.

Забравшись в роскошный экипаж, Анна, Леони и Софи с трудом сдерживали радость и вели себя в обществе