Нет слова "не могу" - Мелисса Кендалл

количество ссылок в Интернете. Это была главная причина, по которой она согласилась на это безумие, когда мадам Эва связалась с ней по электронной почте. Сначала она колебалась, подумав, что вся эта идея смешна, но чем больше обдумывала ее, тем больше думала, может ли стать хуже? И Мэдлин была почти уверена, что Гарт прав. В противном случае она не была бы на задворках Аляски.

— Господи, мы должны съесть какой-нибудь десерт, а потом посмотрим, куда нас заведет вечер.

— Звучит, как отличная идея. Что тебе нравится?

«Ты!» — Вертелось на кончике ее языка, но ей удалось не сказать это вслух.

— Как на счет чего-нибудь шоколадного? Я еще не ела шоколада, который бы мне не понравился.

— Ну, знаешь что? У нас это общее.

Гарт встал и подошел к телефону на мини-баре. Мэдлин уставилась на него сзади, заметив, как он подтянут и накачен со спины, так и спереди. И его штаны, ну, они заслужили награду, потому что идеально облегали его. Она хотела запустить зубы в его ягодицы, а потом, возможно, зализать раны.

— Поймал тебя.

Ее взгляд взлетел, чтобы встретить его, и ее щеки покраснели. Иногда она была такой идиоткой, теряясь в собственных мыслях, не обращая внимания на то, что происходит вокруг нее.

— Извини, — пробормотала Мэдлин, изо всех сил стараясь успокоиться.

— О, не извиняйся. Кажется, мне очень нравится, как ты меня разглядываешь, — он подмигнул, и, если бы она была в трусиках, они бы промокли.

Гарт подошел к ней, протянув руку в приглашении. Она даже не догадывалась о своем решении, когда положила руку и позволила ему поднять ее на ноги. Электричество от его прикосновения, раскачивающееся вокруг ее тела, превратило ее закипающее возбуждение в кипение. Однако он не просто помог ей встать. Гарт притянул ее к своему твердому телу одной рукой, а другую обернул вокруг нее, чтобы Мэдди не могла отступить.

— Как на счет танца?

— Но здесь нет музыки.

— Нам она не нужна, — он медленно покачивал бедрами назад и вперед. Не способная делать что-либо еще, она следовала его чувственным движениям.

В непосредственной близости, было невозможно не заметить, что его эрекция потирается об ее живот. Когда-то такая реакция заставила бы ее покраснеть и поспешить прочь, словно она совершила грех. Но не сегодня. Мэдлин хотела раздеть его и присмотреться к аккуратной, мускулистой фигуре, которую ощущала под его одеждой.

Словно обладая собственным разумом, ее руки переместились к его груди и начали расстегивать пуговицы рубашки. Ее разум взял над ней вверх, и она пустилась во все тяжкие.

Каждая расстёгнутая пуговица открывала еще несколько дюймов кожи, покрывавшей еще больше мышц. Такое преступление, что такой великолепный экземпляр мужского рода до сих пор не имел ребенка. Мэдди провела пальцами по груди, когда приблизилась к следующей пуговице. Она могла поклясться, что он вздрогнул от ее прикосновения.

Когда она добралась до последней пуговицы на рубашке, то перешла к штанам, чтобы расстегнуть их, но Гарт схватил ее за запястья, не позволяя это сделать. С ее губ сорвалось хныканье.

Мэдлин хотела видеть больше его кожи, и выпуклость в штанах намекала на размер, о котором она только мечтала.

Мэдди заметила его дерзкую усмешку.

— Моя очередь, — Гарт притянул ее ближе и развернул. Он скопировал ее движение, проведя пальцем по спине, расстегивая молнию. Она вздрогнула. — У тебя такая нежная кожа.

Мэдди никогда не говорили об этом раньше, но ей это понравилось. Он наклонился и провел языком по ее шее, что должно было вызвать отвращение, но только возбудило еще больше.

— Также, ты хороша на вкус, — в его глазах читалось, что он хочет поглотить ее самым грязным способом, и она решила позволить ему.

Мэдлин прижалась к соску справа от того, где ее голова опиралась на его грудь, довольная его резким дыханием. Приятно знать, что она может повлиять на него. Став храбрее и похотливее, чем когда-либо припоминала за всю свою жизнь, Мэдди высвободилась из объятий Гарта и отошла на пару шагов. Ее не волновал десерт, танцы или что-то еще, она хотела Гарт внутри нее, заставляющего ее кричать в экстазе.

Мэдлин спустила платье с плеч и позволила ему упасть на пол, а затем успела заметить, как дикая необходимость исказила его черты.

Бинго!

— Черт возьми! — она голая.

Все-то время, когда он сидел напротив нее, разговаривал и ел, она действительно сидела там, одетая лишь в платье и чертовски сексуальные туфли. Неудивительно, что ее запах был настолько сильным.

Гарт изучал ее с ног до головы, любуясь каждым дюймом сливочной кожи. Воплощение женственности, округлая во всех правильных местах и идеально сформирована. Его волк выл у него в голове, отчаянно желая запустить в нее зубы. Скоро, мой друг. Обещаю, очень скоро.

Гарт встретил ее взгляд и, вместо желания в ее выражении, увидел только опасение.

Ну, он живенько это изменит.

— Ты так чертовски сексуальна, — он подошел к ней, сняв обувь, когда шел. — Не могу поверить, что мне так повезло, — Гарт снял оставшуюся часть своей одежды так быстро, как только мог, не разрывая ее.

Ее вздох, когда стянул штаны и освободил член, увеличил его желание начать вечеринку. Он обхватил свою эрекцию и несколько раз провел по ней рукой. Мэдлин не отводила взгляда от его члена, запах ее возбуждения стал сильнее, чем когда-либо. Гарт чувствовал запах чего-то еще в ее аромате, чего раньше не замечал. Его волк снова и снова требовал свою пару, и он узнал аромат — она в течке.

Мы сделаем щенков сегодня вечером.

Гарт притянул ее, прижав губы к ее губам, таким мягким и гибким, настолько охотно поддающимся его натиску. Он скользнул языком в ожидающий жар, потом трахал ее рот, как желал сделать с этой великолепной киской, ее запах: зов сирены — невозможно сопротивляться.

Гарт обхватил ее ягодицы и поднял. Ему нужно найти кровать, и немедленно. Мэдди обвила ноги вокруг его талии, и жгучая жара ее пропитанной киски на его члене практически опустила его на колени. Ему не стыдно было сказать, что у него было много женщин до Мэдлин. Он перевертыш, альфа и мужчина, но никто никогда не заставлял его потерять всякое чувство разума всего лишь одним прикосновением.

Гарт нашел кровать и положил на нее Мэдлин. Она лежала посередине, совершенство, извиваясь и умоляя трахнуть ее.

Образ ее лежащей в его постели, с животом, заполненным его щенками, вспыхнул в его голове и остановил на полпути. Она должна знать правду, прежде чем они продолжат.

Иначе