Заводите моторы - Ребекка Чейз

Когда я собирался уйти.

Сенна посмотрела на меня своими большим карими глазами. Когда мы были подростками, я заглядывался на нее, когда она не видела, только для того, чтобы разгадать цвета, клубящиеся в ее глазах. Она говорила, что они были карими, но я глядел в них достаточно долго, чтобы знать наверняка.

Я взял себя в руки. Сейчас было не время придаваться воспоминаниям или открывать ящик с эмоциями, которые я запер, когда увидел ее в прошлом году на свадьбе. Я поймал ее взгляд, и она быстро отвернулась. Комната пахла так же, как и каждый зал заседаний в этом здании: кофе и бензином с ноткой «Олд Спайс», так как большинство из директоров были мужчинами за пятьдесят. Но было что-то еще. Я вдохнул и уловил намек на апельсины. Я хотел подобраться к ней поближе, чтобы узнать, исходил ли этот аромат от нее.

Я ударил рукой по стене.

Ники вздохнул.

— Коннор теперь гоняет за нас. Я подписал с ним контракт на два года. Это было последнее, что я сделал, перед тем, как уйти.

Сенна постукивала ногой, а я старался не смеяться или не обращать внимания на то, как ее широкие брюки скрывал длинные ноги, которые я помнил по разрезу ее платье на свадьбе.

— Но…

— С ним никто больше не подпишет контракт, потому что в прошлом сезоне он водил как мудак, — добавил Ники. — «Вэсса» вышвирнули его, и никто больше не хочет его в своей команде.

Она уставилась на меня и губами проговорила:

— Обуза.

Я подмигнул ей, и она уставилась в ответ.

— Ау, — сказал Ники, привлекая наше внимание обратно к нему. — Сенна, ты знаешь, что Коннор отличный пилот и может стать превосходным, если перестанет быть Хуевым Дейном.

— Мы оба знаем, почему меня так называют, и это не из-за моего стиля вождения, — подшутил я, заслужив фыркание от Сенны. Я ухмыльнулся и поднял бровь, у меня снова свело желудок. — Это не такое уж и оскорбление, как тебе того хочется, и многие женщины будут слагать стихи о моем…

— Я не могу работать с этим идиотом. Этим плейбоем. Он нас погубит, — Сенна сыпала недовольствами на экран, но по сути показывала мне средний палец.

— Не погубит. Коннор даст нам шанс на успех, а еще он будет очень хорошим мальчиком.

— Я не чей-то хороший мальчик, — мои глаза оторвались от его сестры и метнулись в его сторону, хотя мне хотелось лицезреть ее реакцию.

— Сенна, прошу, выйди, мне нужно поговорить с Коннором наедине.

Она снова топнула ножкой, и улыбка пришла на смену моему взгляду, направленному на Ники.

— Ты не можешь приказывать мне выйти. Теперь я — босс. Те был тем, кто сказал мне это перед тем, как уйти. Моя команда должна видеть во мне начальника, если они собираются быть рядом со мной.

Я хотел утешить ее. Даже будучи подростком Сенна боролась за каждую унцию уважения команды.

Но я не стал. Не мог.

— Лишь раз. Обещаю. Мне нужен этот разговор, а затем пространство, Коннор и вся команда — твои. Ладно?

Она посмотрела на меня с ненавистью, которая заставила бы меня почувствовать себя дерьмом, если бы я не был уверен, что она втайне боролась с тревогой из-за всего, что ей навязывали.

— Хорошо. У вас пять минут, затем я вернусь.

— Ладно, Принцесса, — подразнил я, но она вышла из комнаты, не обернувшись назад.

— Люблю тебя, Ники, — крикнула она, когда дверь захлопнулась за ней.

Пока я смотрел, как она уходила, то вспомнил, как она разгромила меня, когда мы были подростками. Я сказал, что никогда в Формуле-1 не будет женщины-гонщика. В тот день она уделала меня и изменила мое мнение. Что-то зажглось в моей груди, что я должен был проигнорировать.

— Какого черта, дружище? — проворчал я в экран. — У нас был уговор.

— Открой дверь на секундочку.

Мои брови нахмурились, но я подошел к двери и раскрыл ее нараспашку. Сенна упала мне на грудь. Меня укутал ее аромат апельсинов с ноткой манго. Мои руки скользнули по ее бедрам, прежде чем она руками оттолкнулась от моей груди, фыркнула и ушла в направлении уборной. Я медленно облизал губы, а потом вспомнил, что должен злиться на ее брата.

Я вернулся к экрану в зале.

— Итак? — огрызнулся я, мои руки подрагивали от нашего короткого соприкосновения. Блять, меня не должно тянуть к ней вот так, особенно, когда я болтаю с ее братом. — Ты сказал, что подписываешь со мной контракт, чтобы мы могли осуществить нашу подростковую мечту и сделать эту команду лучшей в мире.

— Ничего не изменилось.

— Вот только, мы не сделаем этого вместе, — прогремел мой голос. — А твоя сестра, которая ненавидит меня, моя начальница.

— Она ненавидит тебя, потому что ты не разговаривал с ней с тех пор, как навестил нас после ее аварии.

— Потому что она не стала говорить со мной.

— Потому что ты не рассказал ей, что на самом деле произошло, — мягко ответил он, лишая мой аргумент всякого веса. — Скорее всего, она все еще думает, что ты сделал это специально.

Я опустил голову и вздохнул.

— Это первый раз, когда я вижу ее вблизи за почти десять лет. Она никогда не приходила на торжественные ужины или на другие большие события для гонщиков, а если мы сталкивались на паддоке5 она разворачивалась и уходила от меня, — я откинул голову и про себя прорычал в потолок.

Еще я видел ее на свадьбе дяди Ральфа, но она не знала, а я не мог рассказать об этом Ники.

— Возможно, пришло время рассказать ей, что случилось в тот день, когда она попала в аварию.

Спокойствие Ники заставило меня стукнуть кулаком по столу

— Я не собираюсь открывать с тобой эту тему — мои плечи напряглись. — Лучше бы этому не быть твоим способ снова подружить нас, потому что мы с твоей сестрой никогда не будем друзьями.

Ники ухмыльнулся, и я чуть не сорвал экран со стены.

— Коннор, прошу, выслушай. Тебе нужен этот контракт, потому что никто другой не взял бы тебя…

— Я ушел из «Вэсса» до того, как он вышвырнут меня. И я могу уйти и из этой команды.

— Наш контракт не подлежит сомнению. Я об этом позаботился.

— Мои адвокаты пересмотрят его, — мое сердце болело от того, как я хмурил брови. — Как ты мог так со мной поступить? Мы должны быть лучшими друзьями.

Он улыбнулся в ответ, разводя руками.