Голос прибоя - Эмма Хамм

Остальные замешкались. Смотрели наверх, на пятно света, и в воде расплывался едва заметный привкус страха. Как им разговаривать с этими существами? У большинства Народа Воды уже были чипы-переводчики, так что им было понятно каждое слово, но вот ахромо в этом здании их понимать не могли. Да особо и не хотели.

Макетес поднялся из воды первым, показав голову целиком – Арджес говорил, им так уютнее. Оказывается, остаются по глаза в воде только хищники. Макетес тогда ответил, что ахромо бы пора понять – Народ Воды и есть хищники.

По три стороны от него высились высокие изогнутые стены из поросшего водорослями стекла. Последняя стена исчезала где-то вдали – он мог только догадываться, что это был проход в башню. Стекло поддерживали черные балки, отбрасывающие тени на небольшие группы людей, толпившихся у цилиндрических бочек с огнем. Люди были чумазые, с ног до головы покрытые грязью и выделениями собственной кожи. Макетес уже видел ахромо раньше. Обычно они выглядели не так.

Одна из групп подошла ближе. Человек впереди, грязный и пыльный, как и остальные, вышагивал с уверенностью лидера. Он казался на удивление сильным. Остальные были тощими, но у этого мышцы бугрились, словно надутые. Выпуклые плечи и мощные руки едва ли не рвали на нем рубашку. Впечатляющая сила. В комплекте со светлыми волосами и жутковато голубыми глазами он являл собой устрашающее зрелище.

Макетес был крупным. А этот ахромо? Был почти вполовину него.

Остальные не так впечатляли. Три самца с лысыми головами, очень похожие друг на друга. Они тоже были крупными, но с лидером им не тягаться. Странно, но с ними еще пришли самец и самка поменьше. Макетес даже не стал задерживать взгляд на, вероятно, партнерше одного из самцов и вместо этого сосредоточил все внимание на мужчине, вышедшем к нему с такой уверенностью, словно Народ Воды его совсем не пугал.

– Добро пожаловать, – сказал тот, раскинув руки, словно показывая, что у него нет оружия. – Мне говорили, вы нас понимаете. Это так?

Макетес кивнул, прищурившись и наблюдая за лицом лидера, пока остальные из отряда потихоньку поднимались в воде с разных сторон от него. С ним пришло основательное количество воинов. Впечатляющее зрелище.

Но этот самец даже не поморщился. Вообще едва отреагировал на остальных – только отметил их присутствие.

– Отлично, я так понимаю, это все? Мы вас призвали, чтобы заключить сделку. До меня дошли новости, что ундины стали… принимать участие в делах человеческого мира. Вы по частям разобрали целый город. Мы хотим получить некоторые из тех частей. На Бете меня тоже много чего интересует, но об этом потом, когда мы станем вам нужнее.

Ну нет, это был совсем не тот разговор. Макетес уже заранее не доверял этому ахромо.

– А чего же сами не заберете? – спросил он, прекрасно зная, что его здесь никто не понимает. – Потому что вы настолько слабее нас? Или потому, что вы со своими маленькими ножками-палочками не можете туда доплыть?

Некоторые из воинов за его спиной хмыкнули. Этого самцу хватило, чтобы понять, что Макетес над ним подшучивает. Он прожег его взглядом.

– Я не прошу вас об этом за бесплатно. В конце концов, это сотрудничество, и я хочу, чтобы оно было долгим. – Он сделал жест рукой, и к нему подошел мелкий самец.

Он был весь в масле и пах, словно труп, но в его руках было оружие. Чем-то похожее на Байта и Битси. Но вряд ли это был дроид – ни экрана с лицом, ни глаз. Удивительно, что ахромо вот так вот предлагали им оружие. Еще удивительнее, что мелкий самец просто положил его у края воды.

– Ну же, – подбодрил лидер. – Возьмите. Хочу, чтобы вы знали, какое оружие мы можем вам предоставить. От такого предложения не стоит отказываться.

Агальма пришла в движение первой. Она быстро подхватила оружие и отплыла к остальным, показывая дар. Макетес сразу понял, как оно работает. Он уже видел в руках Миры что-то похожее. Оружие стреляло. В этом он был уверен.

Он снова посмотрел на самца, пытаясь увидеть его душу сквозь толстую кожу. С чего ему предлагать им оружие? Народу Воды ни к чему изобретения ахромо.

Лидер смотрел на него. Не на остальных, разбирающихся с конструкцией, нет. Он смотрел на Макетеса, словно знал, кого ему на самом деле нужно убедить, чтобы договориться.

– Мы сделали для него болты, которые бьют электрическим током. И да, они работают под водой. Один болт – одно оружие, и то, во что вы выстрелите, будет бить током, пока болт не достанут.

Самка издала горловой звук. Макетес принял бы это за признак злости, но главный самец немедленно заставил ее замолчать одним только взглядом. Опять это непонятное поведение ахромо.

Макетес устал от них. Ему нужно было поговорить только с одним человеком, и только одна загадка имела значение в этой странной встрече двух народов. Он подплыл к краю и поднял из воды сумку.

Мира все подробно объяснила. Достать аппарат из сумки, нажать на кнопку сверху. Ошибиться сложно.

Нажав на кнопку, Макетес ухватился за край пола, слушая внезапно раздавшийся в помещении четкий Анин голос: «Мы послали этих ундин на переговоры с вами, но говорить будем только с тем, кто зовет себя Тузом. Только этому человеку мы доверимся и только на его вопросы будем отвечать. У ундины, принесшего это послание, с собой чип-переводчик. Переводчик получит только Туз».

Самец фыркнул.

– Не собираюсь я отдавать переводчик Тузу. Видите же, я тут главный. Со мной будете разговаривать.

Макетес приподнялся из воды. Всего до бедер – но этого хватило, чтобы стать с самцом одного роста. Хвост плеснул в воде за спиной, лениво взбивая морскую пену. Он не моргая уставился на самца. Черные глаза Макетеса в прошлом напугали уже не одного ахромо, и этот не был исключением.

Глядя в черные глаза, отражающие лишь его собственное перекошенное лицо, лидер не смог долго храбриться. Прокашлявшись, он отступил.

– Ну что же, Туз так Туз. – Он помахал рукой. – Иди сюда, Эйс. Забирай свой переводчик и будем договариваться.

Макетес ничего не обещал. Туз был единственным, кто был на связи с Аней, единственным, кто мог дрогнуть, если услышит, что здесь на самом деле на кону. Макетес не собирался без причины рисковать кем-то из своих.

Самим собой? О, своей жизнью