Скрытный волк - Отэм Рейн

— Ферн, — в его голосе был оттенок замешательства.

Не гнев, слава богу.

— Да? — спросила я.

Отложив тесто, накрыв его полотенцем, чтобы оно поднялось, я вытерла руки о фартук.

— С возвращением, — сказала я, когда он вошел на кухню.

— О, ты в порядке, хорошо, — вздохнул он. — Зачем ты там мыла шваброй?

— Я случайно уронила там стакан сока, когда несла его в свою комнату, чтобы поужинать, извините, — соврала я. — Я пыталась собрать все стекло, которое могла.

Он пошел обратно в холл, и я последовала за ним.

— Ты пропустила осколок.

Он не звучал так, как будто обвинял меня. Вместо этого он наклонился, поднял его и протянул мне.

— Я вытерла сок и убедилась, что он не попал под дверь в ваш подвал, — объяснила я.

— Ты ходила туда? — его голос снова был напряженным.

— Нет, просто открыла дверь, чтобы проверить пол, — соврала я.

Он кивнул, на мгновение глядя на дверь.

— Там внизу семейные реликвии моей семьи, это очень личное, — пояснил он.

Я кивнула, как будто верю ему. Он не был таким уж ужасным человеком, когда не был сосредоточен.

У меня в кармане зажужжал телефон, и сердце екнуло.

— Я отвечу и вернусь, не хотите ли пообедать? — спросила я.

— Да, пожалуйста, — кивнул он.

Схватив сумку, которую он, должно быть, уронил, когда вошел, он направился к лестнице.

— Если увидишь бригаду уборщиков раньше меня, попроси их еще раз проверить место, — пояснил он.

— Прошу прощения за стакан — ответила я.

— Ты идеальна, все в порядке, — ответил он.

Мой желудок перевернулся от комплимента.

Поспешив обратно на кухню, я положила свой хорошо уложенный стеклянный осколок вместе с остальными в мусорную корзину и принялась за приготовление ньокки (прим. пер.: итальянские клецки, обычно овальной формы. Чаще всего для их приготовления используются пшеничная мука, манная крупа, яйца, сыр, рикотта, картофель, шпинат, хлебные крошки) из шпината.

После того, как прошло достаточно времени, и мое сердце больше не было в моем горле, я проверила свой телефон.

Это было сообщение от Бретта.

«Пропала молодая женщина, она была кроликом-перевертышем», — гласило сообщение.

Я вспомнила его чемодан и почувствовала себя неуютно.

Где, черт возьми, он был?

— Мы можем встретиться сегодня вечером?

Глава 4

Бретт

Она была потрясена.

Наверное, это была моя вина, я не должен был оставлять ее в этом доме наедине с ним. С тех пор, как я сказал ей, он пробыл дома всего один день, а она уже хотела уйти.

Однако она не могла уйти, это значило бы, что все это закончилось.

Без нее внутри, не давая мне знать, где он был и что он делал, у меня не было возможности следить за ним.

Остальные зацепки были ничем, легко оспорить.

Он был там на выходных, в этом районе, и у него не было причин быть там.

Достаточно богат, чтобы скрыть это, о нем не было никаких записей за последние двадцать лет.

Как будто он появился из ниоткуда, невероятно богат, и никто никогда его не расспрашивал. Он купил свой дом за наличные; это должно было вызвать много вопросов.

Обмакнув немного картошки фри в соус, я оглядел ее.

Если не считать формального платья, которое она носила, когда работала, она была еще привлекательнее. На ней были джинсы, которые облегали ее изгибы, как будто они были почти нарисованы. Вместо платья с высоким воротником на ней была свободная майка, которая опускалась достаточно низко, чтобы дразнить.

Я хотел ее.

Однако это не сработает.

Это было серьезное дело, и меньше всего мне было нужно, чтобы кто-нибудь посчитал, что я уговорил ее сотрудничать соблазнив. Мы должны держать дистанцию.

За исключением этого момента.

— Как ты думаешь, сколько времени потребуется, чтобы все выяснить? — спросила она.

Ферн не прикоснулась к плавленому сыру и картошке фри, которые заказала.

— По крайней мере, еще одни выходные. На него ничего нет, кроме того, что он был в соседнем городе, когда это произошло, — объяснил я. — На прошлых выходных в Спрингфилде было более ста тысяч человек, и это не пройдет в суде.

Она кивнула, и сквозь стол я почувствовал, что она покачивает под ним ногой вверх-вниз.

Нервная привычка.

Что-то что сделал бы кролик, но она уже сказала, что не кролик. Не имело значения, какой она перевертыш, но я обнаружил, что постоянно об этом думаю. Я волк. Оба моих родителя волки, как и мои бабушки и дедушки, тети и дяди. Они были одержимы тем, чтобы придерживаться одного и того же вида, но я не видел в этом особого значения.

В любом случае, детеныши будут волками, со мной в качестве их отца я предпочитаю найти себе пару, которая мне понравится, а не просто кого-то из того же вида, что и я.

Все это не имело значения.

Изменение было настолько неотъемлемой частью личности перевертыша, что управлял его личностями, их темпераментом. Бык-перевертыш был более склонен к гневу, кролик же — более дружелюбным, тигр — более общительным. На все это повлияли наши изначальные инстинкты в нашей второй сущности.

Будучи волком, я был следопытом.

Когда-то я шел по следу чего-то, вот и все. Я должен был понять это. Я стал детективом из-за этого стремления во мне, и я постепенно приходил к пониманию того, что именно из-за волчьей части моего мозга я так сильно зацикливаюсь на Ферн.

— У тебя бывают выходные? — спросил я, прежде чем подумал об этом.

— Не совсем, я готовлю, когда он там, а когда его нет, я смотрю за домом. Он не хочет, чтобы дом пустовал по ночам, — сказала она. — Он сейчас дома, и это единственная причина, по которой я смогла уйти сегодня вечером.

Я кивнул.

— Сможешь ли ты продержаться еще несколько дней? Я знаю, что это не идеально, но после этого тебе больше никогда не придется его видеть, — предложил я.

Она выглядела неуютно.

— Если хочешь, мы можем встречаться в конце каждого дня. Я не могу провести весь день в городе, иначе я бы остался.

— Я не хочу создавать проблемы.

Наконец она откусила кусочек картошки фри с тарелки.

— Это не проблема, это работа, — попытался я облегчить ее беспокойство.

Что-то странное промелькнуло на ее лице, и она кивнула.

— Хорошо, у нас должно быть кодовое слово.

— Зачем?

Ферн меня немного позабавила. Было такое ощущение, что она извлекала всякую всячину из старых фильмов.

— Мол, если мне нужна помощь, но он рядом, и я не хочу ему