Принцесса и Светлячок - Мадока Тоя

…Абэ-но Кария служил в Оммё-рё уже давно, более десяти лет. И страстно жаждал повышения. Однажды он увидел, как дочь господина Масахито в полном одиночестве направляется в глубь сада, и, повинуясь развитой интуиции и чрезмерному любопытству, решил незаметно последовать за ней. Вскоре девочка привела оммёдзи к беседке, излюбленному месту отдыха императорской наложницы. Там-то он и подслушал разговор принцессы и Тамамо-но Маэ.

– …Госпожа Тамамо-но Маэ, могу ли я с вами поговорить?

– Что случилось, принцесса Норико? – удивилась наложница и перестала играть на флейте.

– Почему микадо стало хуже? – прямо спросила Норико. – Разве вы не говорили, что желаете ему исцеления? Вы же кицунэ! Почему не поможете ему?

– Я стараюсь… – печально произнесла собеседница. – Но, как я уже говорила, увы, способности мои небезграничны… Я готовлю для микадо лечебное снадобье из трав. Оно отличается от того, что дают ему придворные лекари… И каждый раз прошу микадо быть сдержаннее в еде, иначе любое лекарство бессильно. Какое-то время император соблюдал диету, но на днях вновь отведал острых блюд с хиндустанскими специями. Если так пойдёт и дальше, то ему никто уже не сможет помочь.

Девочка понурила голову. Она прекрасно поняла, о чём говорит наложница: несмотря на свой юный возраст, принцессе уже приходилось сталкиваться со смертью. Она прекрасно помнила, как год назад прямо на её глазах одна из служанок её матери внезапно скончалась.

– Мне жаль микадо… – жалобно промолвила маленькая принцесса. – Я не хочу, чтобы он умирал.

Любопытство Кария, затаившегося в кустах, а он частенько подслушивал и подглядывал – это было его излюбленным занятием и нормой поведения в императорском дворце, было вознаграждено с лихвой: «Я был уверен: госпожа Тамамо-но Маэ – кицунэ! Как ловко она маскировалась! И наверняка травила микадо ядом! Теперь я знаю, как получить повышение… И спасти микадо!»

Кария бросился прочь от беседки в сторону дворцовых строений.

Господин Абэ-но Кария благополучно вернулся в департамент Оммё-рё. Он направился прямиком к своему рабочему месту, достал специальные инструменты и карты звёздного неба. С их помощью он принялся тщательно составлять гороскоп госпожи Тамамо-но Маэ…

Вскоре оммёдзи понял: наложница обладает мистической силой, и жизнь её гораздо длиннее, чем у простого человека или императора. Закончив гороскоп на исходе часа Обезьяны, он решительно направился к главе департамента Оммё-рё, господину Татибана Миято.

Господин Миято пребывал в своём рабочем кабинете, разглядывая некий свиток. Когда секретарь доложил о внезапном визите Карии, Татибана удивился: отношения у них были натянутыми, ведь кланы Татибана и Абэ на протяжении многих лет соперничали за главенство в департаменте Оммё-рё. Теряясь в догадках, Татибана решил принять визитёра.

Оммёдзи уважительно поклонился главе департамента.

– Что привело вас в мой кабинет, господин Кария?

– Признаться честно, господин Миято, я пришёл по одному очень деликатному делу…

Татибана, обладая острым чутьём на интриги и приближение различного рода дворцовых скандалов, тотчас насторожился. Что же это за дело такое? Неужто нынешняя болезнь императора связана с неким проклятием? Его подчинённые неоднократно составляли гороскоп императора и ничего подобного не выявили. Он даже самолично гадал по системе И-цзин… Хотя именно после этого гадания у Татибаны закрались сомнения, что дни микадо сочтены. Однако он приказал одному из оммёдзи погадать на свиных лопатках. Предсказания получились расплывчатыми, так что трактовать их можно было совершенно по-разному.

«Неужели Кария с его склонностями к сплетням, подглядыванию и подслушиванию до чего-то докопался?..» – подумал глава департамента. И добавил уже вслух:

– Слушаю вас, господин Кария…

Оммёдзи кивнул и продолжил:

– Мне показалось странным, что госпожа Тамамо-но Маэ появилась при дворе сравнительно незадолго до того, как здоровье микадо ухудшилось… – издалека начал Кария. – И я составил её гороскоп…

– И что же вы увидели? – не на шутку насторожился Татибана, даже подался вперёд от любопытства. Его пышные одежды нависли над низеньким столиком, за которым он работал.

– Наложница, несомненно, обладает некими сверхъестественными способностями… Сегодня утром в императорском саду я невольно стал свидетелем одного разговора… из которого очевидно: наложница – кицунэ!

Глава департамента Оммё-рё несколько мгновений смотрел на своего собеседника широко распахнутыми глазами, пытаясь осознать услышанное. Наконец он промолвил:

– То есть вы хотите сказать, что госпожа Тамамо-но Маэ – не человек? Она оборотень!

– Да, господин Миято…

– И вы думаете, что она причастна к недугу микадо?

– Я не исключаю этого. И хотел бы испросить вашего дозволения принять необходимые меры, – продолжал Кария. – Провести над ней ритуал очищения. И если госпожа Тамамо-но Маэ и впрямь кицунэ, она примет своё истинное обличье: превратится в лисицу. И тогда мы сможем запечатать с помощью магии её силу и натравить на неё собак.

Татибана задумался. После небольшой паузы он ответил:

– На подобное мероприятие я должен испросить разрешение императора…

– Конечно, я понимаю… – Оммёдзи низко поклонился и покинул кабинет главы департамента, будучи уверенным, что повышение ему в ближайшее время обеспечено.

Микадо и в голову не приходило, что его любимая наложница, госпожа Тамамо-но Маэ – лисица-оборотень. Но после продолжительного разговора с главой департамента Оммё-рё он дал таки разрешение провести ритуал очищения.

Служащие Оммё-рё собрались в укромном местечке в саду, том самом, где стояла беседка, дабы совершить необходимые приготовления. Они начертили на земле большой магический круг, развесили вокруг него многочисленные магические амулеты и заклинания, написанные на полосках бумаги. Вокруг поставили стражу, дабы никто из придворных и слуг не помешал предстоящему действу, ибо проведение ритуала держалось в секрете. Татибана намеревался приступить к ритуалу рано утром, в час Тигра.

Однако глава департамента Оммё-рё и предположить не мог, что кто-то из людей, задействованных в приготовлениях к ритуалу очищения, может проболтаться и слухи стремительно расползутся по дворцу. Это случайно дошло до ушей кормилицы принцессы, и та в свою очередь по секрету посвятила в страшную тайну свою подопечную.

Внутри у принцессы всё сжалось: «Госпожа Тамамо-но Маэ в опасности! Я должна помочь ей… Ведь она ни в чём не виновата!»

Несмотря на то что час Собаки был уже на исходе, девочка тайком покинула свои покои и бросилась в сторону Сливового павильона…

Императорскую наложницу Тамамо-но Маэ одолевали дурные предчувствия. Она не могла понять их причину и, дабы немного отвлечься, решила немного прогуляться вокруг Сливового павильона.

Женщина вышла на свежий воздух и буквально сразу же столкнулась с запыхавшейся Норико.

– Госпожа Тамамо-но Маэ! – взволнованно воскликнула принцесса. – Я должна сказать вам кое-что важное!

– Что же это? – удивилась лисица-оборотень.

Девочка обеспокоенно оглянулась и, не обнаружив вокруг лишних ушей, тихонько шепнула:

– Вам грозит опасность! Оммёдзи