Я тебе не изменяла - Светлана Багрянцева

задерживается, причём был договор, когда у него вечерний приём, Лена всегда дома. Павел сел в машину и сжал кулаки от злости. Супруга в край обнаглела, почувствовала, что он дал слабину, и села на шею. Алиса сказала, что Ленка ему изменяет, но не могла же она ради любовника бросить дочь в садике? Или могла?

Если честно, то в последние дни сомнения начали точить душу. В их семье разлад не первый месяц, но остро стало совсем недавно. Такое впечатление, что жена от него уходить собралась, только вряд ли он отдаст этой безответственной особе свою дочь, будет бороться до последнего.

Фёдоров позвонил соседке, уж он не терял важные номера. Марина ответила сразу и поздоровалась.

— Привет, Марин. Как Максим?

— Всё хорошо, сегодня уже в садик пошёл, — ответила соседка, создавалось впечатление, что она улыбается.

— Лену на работе задержали и мне, как назло, до семи на приёме сидеть. Возьмёшь Варю к себе на пару часов? — спросил Павел.

— Конечно. Заберёте, как сможете, но не позже девяти.

— Как с работы приду, сразу поднимусь к тебе. Спасибо, Марина.

Павел отключился и завёл мотор. Он съездил на последний вызов, но домой возвращаться уже бесполезно, пришлось держать путь к поликлинике.

Вскоре он припарковался на стоянке и решил, что полчаса посидит в машине и отдохнёт. Ещё есть время, можно расслабиться. Неожиданно пиликнул телефон в мессенджере, писала Алиса. Павел даже застонал от досады, зря он её в чёрный список не внёс. Всё же глянул на верхнюю строчку уведомления. «Я с доказательствами, Паша…»

Фёдоров быстро раскрыл сообщение, загружалось видео. «Я с доказательствами, Паша. Зря ты мне на слово не поверил. Захотел порно посмотреть? Держи. Там видео на полтора часа, можешь перемотать в конец. Я знала, что Ленка — сука, но не до такой же степени?»

Видео загрузилось, Павел включил воспроизведение. Жена в номере гостиницы раздевается перед каким-то голым мужиком. Он перемотал дальше. Лена облизывает член молодого хлыща, ещё перемотка, она скачет на нём. Стало вдруг противно до тошноты, на душе разверзлась чёрная дыра. Можно слепить монтаж на пять минут, но зачем заморачиваться и делать порно на полтора часа? Стало понятно, что это не фе-йк. Паша перемотал на конец видео, как и просила Алиса. Камера записывала голос, хотелось узнать, что скажет супруга, если вообще будет говорить.

— Лен, бросай своего врачишку. Что он тебе может дать? Копеечную зарплату? Вечное прозябание в этой глуши? Вы на море хоть раз ездили? Я не говорю о Турции, хотя бы с Сочи были? — спросил незнакомец.

— Хочешь сказать, что легко бросить семью? Конечно, ты же без сожаления своих выкинул из жизни, — фыркнула Лена.

— Я им квартиру оставил и алименты хорошие плачу. Восемьдесят тысяч в месяц не каждый мужик зарабатывает. Вика может сидеть дома и не работать на такие деньги. Ты вынуждена пахать как пчёлка, чтобы копейку в дом принести.

— Не мели ерунды, это мой лошарик копейки приносит, я в два раза больше зарабатываю, — махнула рукой Лена, надевая куртку. — Мне пора, вызови такси, пожалуйста.

Павел не стал досматривать, выключил видео и от злости стукнул кулаком по рулю, отчего завизжал клаксон на несколько секунд. Лена не только ему изменяла, но ещё и опозорила перед посторонним человеком, даже если бы и перед родным, он никогда сор из избы не выносил на люди.

«Спасибо, Алиса, я разберусь с этим», — написал он в ответ.

«Не прибей её там, меня признают участницей преступления. К тому же съёмка велась незаконно».

«Постараюсь, не прибить», — отправил Павел и снова ударил по рулю.

Глава 4

Лена смогла освободиться в семь вечера, взяла такси и быстро приехала домой. Паша уже должен быть дома, торчит на кухне. Муж умел готовить элементарные блюда и часто это делал.

Каково было удивление, когда она зашла в прихожую. Кроме кота никто встречать не вышел. Едой не пахло.

Фёдорова вымыла руки и пошла в спальню. На кровати сидел Паша, а под его ногами лежала разорванная в клочья свадебная фотография, которая раньше висела на стене.

— Не хочешь мне объяснить, где была? — ледяным тоном спросил он.

— На работе ты же знаешь, — фыркнула Лена.

— Правда?! Облизывать чужой член теперь у нас работой называется! А, я понял, ты у нас проституткой подрабатываешь по вечерам! — заорал Паша, подскочив к ней.

— Ты чего несёшь, я тебе не изменяла! — крикнула Елена.

Муж достал свой телефон из кармана брюк, поковырялся в нём и сунул экран ей в лицо.

— А это что, блядь подзаборная?! Скажешь, что монтаж и вообще я не я и рожа не моя! Я действительно лошарик, так слепо доверять любимой женщине нельзя!

Лена выпучила глаза, на экране шло видео, где она действительно облизывает член Дмитрия.

— Алиса сука, — зло прошептала она.

— Алиса сука, да?! А ты кто, святая?! Ты можешь нанять сотню детективов, и все они скажут, что я тебе не изменяю! За что?! За что ты так со мной и Варей?!

— За что?! Сам не понимаешь?! Разве это жизнь?! Ты торчишь в своей поликлинике и не пытаешься хоть куда-то уйти. Сраный рабочий на стройке получает больше тебя! Мне надоело тянуть лямку одной! Да, он богат! Да, дарит золото! Ты что мне можешь дать, веник мимозы на Восьмое марта?! Учёный, но зато нищеброд, прекрасно! И в сексе ты полное чмо!

Паша смотрел на неё злобным взглядом, а потом впервые в жизни ударил. Лена положила ладонь на щёку, из глаз брызнули слёзы.

— Вот только не надо мне тут крокодиловые слёзы лить. Витя Смолин сорок пять тысяч зарабатывает, а Марина вообще тридцать восемь. Ничего как-то живут, сына растят. Тебе всё мало, золота захотелось? Пиздюлей отхватывать каждый день не хочется? Ты думаешь, я терпеть твои измены буду? — уже более спокойно сказал муж.

— Это я тебя терпеть больше не буду. Никогда не прощу, что ты меня ударил. Я ухожу к любовнику, с ним хотя бы оргазм имитировать не приходиться. Варю, я потом заберу к себе, а пока пусть с тобой поживёт, ты же её отец, — сказала Лена зло.

Она ринулась к шкафу, достала из-под него чемодан, потом начала собирать вещи. Паша всегда был мягкотелый за редким исключением, Лена думала, что он начнёт уговаривать не бросать её. Муж отошёл к окну, скрестил руки на груди и смотрел на всё хмурым взглядом.

— Дочку она заберёт?! Разбежался я тебе её отдавать! Вали к любовнику, мы и