Моя истинная. На завтра и навсегда - Лесана Мун

— Я не могу так, как ты…

На какое-то время на кухне повисает гнетущая тишина. Мы обе погружаемся в свои не самые светлые мысли.

— Ладно. Поедем вместе, уж при мне…

— Ксения запретила тебе приезжать. Тем более, после прошлого раза, — говорю виновато.

— А что было в прошлый раз? — Виктория делает невозмутимое лицо. — Тот многоярусный торт я не трогала, он изначально был какой-то кривой.

— Его специально сделали в виде Пизанской башни, — отвечаю с улыбкой.

— А откуда мне было знать? Захожу я на кухню, а там это кривой ужас! И его сейчас будут вывозить. Зная твою сеструню и ее помешанность на порядке, я решилась, можно сказать, на подвиг. Как Александр Матросов! Как… Павлик Морозов! Ну… ты поняла.

Отвечать я уже не могу, потому что хохочу во все горло, вспоминая, как в зал, полный гостей, ввозят торт. Высокая, ровная труба, вместо Пизанской башни, с отпечатками рук по всей зеркальной поверхности торта и шваброй!!! Всунутой в торт, как шпажка в бургер.

— Это, чтобы уже наверняка не упал, — сообщила мне потом Вика, когда нас обеих выкинула за ворота охрана.

Ее за то, что испортила торт, меня — за то, что посмела защищать подругу. Это сейчас мы хохочем, как гиены, а тогда было совсем не до смеха. Кто мне потом только ни звонил. И сестра, и ее муж-итальянец, и мама, и тетки. И каждый, чтобы пристыдить. Как маленькую.

— И есть проблема с этой свадьбой, — говорю, когда мы уже отсмеялись.

— О, да! Там много проблем! — Страшно выпучив глаза смеется Вика.

— Ксения пригласила также и Романа.

— Что⁇ — У подруги даже печенье выпадает из пальцев и хлюпается в чашку с остатками бежевого сиропа.

— Сказала, что приглашала нас, как пару. Мы разошлись, но она то с ним дружит, и типа не может его не пригласить… Ну в общем, ты поняла, да?

— Да все я поняла! Змеюка подколодная твоя сеструня! Лишний раз поиздеваться хочет. И на этот раз чтобы при всех родственниках. Не нужно туда ехать, Лен.

— И дать повод Роману говорить, что я осталась дома, рыдаю и страдаю над своей никчёмной жизнью?

— А ты выдержишь? — переспрашивает подруга, выловив размокшую печеньку из чашки и закинув ее в рот.

— А что мне остается? — отвечаю.

— Как что? Заручится поддержкой настоящего джентльмена, — и снова фирменная акулья улыбка подруги. — Говоришь, вы телефонами обменялись?

— О, нет! Нет! Вика, я серьезно! Ксандр и так меня очень выручил. В этот раз я без него справлюсь!

Знала бы я в тот момент, что подруга все равно меня ослушается и сама позвонит моему фальшивому парню.

— Ты ЧТО сделала? — в ужасе переспрашиваю Вику, когда она уже уходит, и я закрываю за ней дверь.

— Позвонила этому твоему Александру, кстати, интересный парень. И голос у него шикарный. Низкий такой, с хрипотцой. Сказал, что заедет за тобой в субботу в девять утра. Вы же за час доберетесь?

— Я тебя убью, — вяло отмахиваюсь от подруги.

— Ты меня еще благодарить будешь, — фыркает Вика и выплывает за дверь.

Оставшееся время до конца недели я посвящаю волнительным сборам на свадьбу сестры. И не потому волнительным, что свадьба, а потому, что снова увижу Александра. Терзает двоякое чувство: и хочу его видеть, и как-то неловко. Настолько, что хочется позвонить и отменить нашу встречу.

Трусиха, знаю.

И вот наступает час икс. Если бы не свежий маникюр, сделанный только вчера вечером, я бы от волнения сгрызла ногти под ноль. А ведь думала, что избавилась от этой дурной привычки с тех пор, как переехала от родителей.

Дверной звонок заставляет меня взвиться на метр над креслом, в котором я пыталась усидеть последние десять минут. Выдохнув, беру чемодан и сумочку, распахиваю дверь, пока не утратила остатки смелости. И застываю в проходе.

— Кхм… — откашливаюсь, — привет.

Мне кажется, или Александр как-то изменился с нашей прошлой встречи? Неловко как-то, но я не могу перестать его рассматривать.

— Привет, — улыбается своей белозубой чуть клыкастой улыбкой. — Рад тебя видеть.

Как-то неуловимо быстро берет мой чемодан, касаясь одновременно своими пальцами тыльной стороны моей ладони и губами моей щеки. Замираю. Мужчина же выглядит так, словно ничего не произошло.

— Идем? А то ведь можем и опоздать.

— Да, пошли, — поворачиваюсь спиной, закрывая дверь, едва сдержавшись, чтобы не дотронуться кончиками пальцев до того места, куда он поцеловал. Кажется, что щека горит.

Загружаемся в лифт, в котором я не знаю, куда смотреть, поэтому гипнотизирую взглядом кнопки.

— Сегодня чудесная погода, — говорит Ксандр. — Тепло, не жарко. — А потом без паузы добавляет, — мне нравится твое платье.

— Правда? — зачем-то переспрашиваю, хотя зеркало мне явно сказало, что сиреневый цвет с моей бледной кожей и светлыми волосами совершенно не сочетается, добавляя мне возраста и делая какой-то уставшей. — Вообще-то я собиралась надеть другое, но сестра вчера сказала, что у нее свадьба в сиреневом цвете. И чтобы не расстраивать новобрачную, я…

— Ты очень хорошая сестра, — заканчивает за меня предложение Ксандр, и мы наконец-то выходим из лифта.

Увидев автомобиль Александра, едва сдерживаюсь, чтобы не ахнуть. Вообще, мне все равно у кого какая машина, но конкретно эту я запомнила потому, что полгода назад Роман, на тот момент еще мой парень, показывал мне ее в каком-то журнале и пускал слюни, рассказывая, что это дорогущая вещь с кучей наворотов.

Ксандр ставит мой чемодан в багажник, помогает сесть. Чувствую себя принцессой и от этого немного неловко.

— Давай помогу с ремнём, — говорит мужчина и наклоняется ко мне.

Очень близко. Я слышу запах его одеколона. Вдыхаю. Вкусный какой. Нотка лаванды, сандал, сливовый ликер. Александр тянет ремень безопасности и, возможно, случайно едва касается костяшками пальцев моей груди. Тысячи мурашек пробегают по моей коже, заставив волосы стать дыбом, а дыхание ускориться. Раздается щелчок, и мужчина отодвигается. Теперь я могу дышать свободнее.

— Тебе неприятны мои прикосновения? — вдруг спрашивает.

Удивленно приподнимаю брови.

— Нет, — отвечаю совершенно честно. — Не неприятны.

— Просто ты сжимаешься и отодвигаешься, когда я к тебе прикасаюсь.

— Да… понимаешь… я просто не люблю…