Мой личный гарем - Катерина Шерман

Я с силой сжала руку Алана, когда я только успела его за руку схватить непонятно. Мы всей толпой двинулись вдоль этого поместья на голос. Обойдя его, увидели у входа девушку, которая сидела у двери держась за ручку и плакала.

Лиза подлетела к ней.

— Милая, что с тобой случилось? Кто тебя обидел? Почему ты плачешь?

Но девушка никак не отреагировала на неё, по-прежнему продолжала сидеть и смотреть на дверь. Лиза непонимающе повернулась к нам и пожала плечами.

— Деми, посмотри на неё магически, — попросил меня Маркус.

Все мы перешли на магическое зрение и стали на неё смотреть. Девушки ахнули, мужчины выругались. На этой бедняжке был такой же огненный ошейник, как и на всех мужчинах этого мира.

— Но как?! Кто посмел? — вскрикнула Мишель.

— Боюсь, что тут явно что-то похуже. Не зря нас сюда богиня привела, — ответила ей, и Мишель уставилась на меня ошарашенно.

Видимо, для них то, что на девушке ошейник — это просто немыслимо. Думаю, что они и в страшном сне не представляли подобное, почему-то мне кажется, что это далеко не всё, что нам предстоит и моё потрясение будет велико.

Как же я оказалась права, но лучше бы я тогда ошибалась.

Я подняла руку и впитала её ошейник в себя. После этой манипуляции она вскрикнула, схватилась за шею, стала озираться по сторонам и, наконец, увидела нас. Её глаза расширились от испуга, она отшатнулась в сторону и упёрлась спиной в крыльцо.

— Мы не причиним тебе вреда, — я подняла руки вверх и стала медленно к ней приближаться.

— Кто вы? Вы не из Совета. Я вас не знаю. Как вы сюда попали? Они забрали мой экипаж, а без него вы не можете попасть сюда, — проговорила она быстро.

— Нет, ты права, мы попали сюда другим путём. Мы пришли помочь.

— Никто не сможет помочь, — она снова горько расплакалась, — Это я во всём виновата. Я не хотела, но они меня заставили. А теперь я не знаю, как это исправить, у меня не получается, — она подобрала колени, обняла их руками и стала раскачиваться из стороны в сторону.

— Милая, подожди, давай по порядку. Расскажи нам, что случилось.

Но девушка снова ушла в себя и перестала на нас реагировать.

— Слушайте, меня вся эта ситуация пугает до дрожи. Я не понимаю, кто мог надеть на неё ошейник. Что тут вообще происходит? — высказала Мишель.

— Маркус, — обратилась я к мужу.

Он осторожно запустил свою магию к девушке, стал опутывать её, оплетая зелёными жгутами лекарской магии словно помещая её в магический кокон. Девушка перестала раскачиваться и через некоторое время снова осмысленно увидела нас.

— Так вы не бред моего сознания? — она удивлённо на нас уставилась, а затем ощупала свою шею, — Как? Как вам это удалось? Как вы смогли снять ошейник?

— Об этом потом? Объясни, что тут происходит? Кто ты такая, как сюда попала, почему на тебе был ошейник и почему ты плакала.

— Это я во всём виновата. Лучше бы я не жила вовсе... — начала было она, но я её перебила.

— Давай без паники, прошу. Мы не просто так тут оказались, нам нужно понять, зачем мы здесь.

Она начала свой рассказ. Оказывается, зовут её Фелана, она и есть тот самый известный на весь мир механик. Именно она изобрела повозки и говорящее зеркало, и ещё целую кучу разработок.

— Но как же? Я помню, не так давно была выставка, и на ней присутствовала разработчица всех новинок, она совсем на тебя не похожа и зовут её по-другому! — возмутилась Лиза.

— Это моя сестра, Хельда, — грустно улыбнувшись, ответила ей Фелана, — Для всех она изображает из себя разработчика, но это неправда. Только Совет знает кто истинный создатель всех разработок. Именно они и надели на меня ошейник. Они заставляли меня идти против моей воли, заставляли делать страшные вещи, а когда я отказалась, то оказалась в ошейнике, и тогда я уже не могла им противиться.

Она замолчала, словно вспоминая что-то, а затем нехотя продолжила, но пока говорила, по её щекам текли дорожки слёз, Фелана словно их не замечала.

— Этот дом, это моё изобретение. В него можно войти, но не получится выйти. Ничего подобного раньше не делалось никогда. Единственное, это ошейники, они-то и были взяты за прототип. Они заставили меня это сделать, — она снова зарыдала.

Маркус мгновенно стал магически её успокаивать, и через некоторое время она продолжила.

— Они привезли нас сюда, их завели в дом, некоторых занесли, а потом дом опечатали. Они умрут там. Они здесь уже почти двое суток без воды и еды, многие из них болеют. Совет бросил нас здесь умирать. Меня тоже, разве что они не стали меня запирать в этом доме. Но уйти отсюда без той повозки не получится. Это всё я, столько бед и всё я.

Большего мы от неё не смогли добиться. Она снова обхватила свои колени и стала раскачиваться из стороны в сторону.

Я посмотрела на Маркуса.

— У неё проблема с рассудком. Я не знаю, что она перенесла, но это сильно на неё повлияло, за один раз её не вылечить. Мы заберём её с собой, и я займусь ей. Меня сейчас куда больше беспокоит то, о чём она говорила. Кто эти загадочные они, запертые в доме.

Мужчины из охраны уже подходили к дому и стали пытаться отпереть дверь, но ничего не вышло.

— Посмотри на дом магически, — попросил Маркус.

Я выполнила его просьбу и ахнула. Снаружи-то было обычное поместье. Но изнутри, все стены были объяты магическим огнём, таким же, как и в ошейниках. Вот почему она говорила, что попасть внутрь не получится. Никого не пустит огонь и не выпустит. Ведь снять ошейники до меня никому не удавалось, поэтому и открыть это поместье тоже никто не смог бы. Кроме, кстати, членов Совета, значит они могут снимать ошейники, просто не афишируют это.

— Отойдите в сторону и Фелану заберите оттуда.

Один парень из охраны бережно подхватил её на руки и отнёс подальше от дома, встал в стороне, но с рук её не отпустил. Все мужчины отошли. А я подняла руки. Огонь будто ждал меня и словно сдёрнутым с дома покрывалом стремительно понёсся на меня, радостно гудя при этом.

Стоя́щие рядом со мной замерли в ужасе. Вряд ли кто-то из них видел когда-нибудь подобное. Хорошо хоть не визжат от ужаса. У меня само́й волосы