Легенда о северной чародейке - Полина Атлант

Я облегчено выдохнула и почувствовала удовлетворение и радость в своей душе. Словно с меня слетели тяжелые оковы прошлого. Тут внезапно магический свет моего талисмана потух. Испугавшись, дрожащими руками я сняла его с себя. На моих глазах на талисмане пропали все магические круги света, кроме одного последнего бледного, наследственного дара полубессмертия.

Я чуть не разревелась. Получается, что все магические задания, которые я проходила, были напрасными, даже те, что давала мне Унн. Для меня это означало только одно. Я начинаю свой магический путь с самого начала. И, наверное, солнечная богиня приняла меня в свои прислужницы. Со слезами я покинула храм.

То, что потух талисман, меня расстроило. Ведь я не знала, что это случится. Хотя это было вполне логично.

Я разорвала клятву с прежней богиней.

Во дворец я шла в своих мыслях. Драгфин понял, что я расстроена. Воин посматривал на меня, но не стал лезть в душу. Вернулась домой грустная. Навстречу мне вышла тетя, она всегда ложилась спать последней, когда убедиться, что все домашние на месте и дела на завтра подготовлены.

Она закрыла двери, поблагодарив воина за службу:

— Спасибо, Драгфин, покойной ночи!

Я же была в своих мыслях и забыла сказать ему «до завтра».

Тетя подвела меня к очагу, напоила теплым молоком и накормила булками.

— Ты была в храме, как сказала Герда?

— Да, а что? Неужели и ты против того, что я сделал приношение солнечной богине, — присела я у очага, пытаясь согреться. Меня еще трясло от случившегося.

— Да с чего бы мне быть против, она покровительница Вайерланда, — тетина улыбка согревала своим теплом, на душе становилось спокойнее.

— Она была маминой, и мне важно служить ей.

— Что случилось между тобой и Гердой, она расстроилась? — тетя тяжело вздохнула. Конечно, мы жили в ее доме, и она хотела, чтобы все было мирно и спокойно.

— Все дело в том, что мне не стоило посвящать ее в свои личные дела, касающиеся магии. Она много чего не понимает и не хочет слушать меня, когда я пытаюсь ей все объяснить.

— Но ты уверена, что этой Амелинде можно доверять? Все-таки она ведьма. Твоему дяде не сильно нравится, что ты постоянно бегаешь к ней. Не дай боги она тебе что-то насоветует…

— Она помогает мне стать чародейкой, какой была мама. Что плохого она может мне сделать? — развела я руками, не понимая, при чем тут Амелинда, если это Герда отказывается принимать все как есть.

— Будь осторожна с этой магией и ведьмой, это все, что я прошу, — тетя положила руку мне на плечо и искренне добро посмотрела в глаза.

— Конечно, я постараюсь!

— Вот, я нашла ключ от старого дома, что достался тебе в наследство. Сходи как-нибудь туда и реши, нужен он тебе или нет. Можно этот кусок земли продать, если тебе не понравится, — тетя вложила мне в руку кожаный мешочек.

— Спасибо, завтра схожу.

— Спокойной ночи, моя девочка!

Я кивнула, поцеловала тетю и пошла к себе. Сегодня я долго не могла уснуть. Не стала зажигать лампадку и открыла ставни. Вскоре в округе стало тихо, площадь опустела. Вдали слышался шум прибоя. Я чувствовала себя в этом краю очень хорошо. Мне нравился воздух и то, что тут чаще тепло, чем у нас на крайнем севере.

Уснула я под утро, когда за маленьким окошком начало светать. Обычно странные сны приходили ко мне по вечерам, стоило только прикрыть глаза. Однако этот приснился под утро. Я четко чувствовала, как стою в узком длинном проходе знатного дворца. Каменные гладкие стены и красная дорожка — это все, что я видела. Я пошла по этой дорожке вперед и ступила в небольшой зал, украшенный разными шкурами, гобеленами, пол тоже был весь в домотканых красных дорожках. В зале было много рыжих кошек. Они мурчали и терлись о мои ноги.

Я почувствовала, что в зале я не одна. Подняв глаза, я увидела богиню и замерла от ледяного чувства страха. Однако ничего плохого она мне не хотела сделать. Я чувствовала, как от рыжеволосой огненной богини с огромным янтарным ожерельем на груди исходило такое тепло, словно тебя согревало солнце. А ее глаза темно-коричневого цвета, как лесной орех, были самыми добрыми, что я когда-либо встречала.

Богиня улыбнулась уголками рта и протянула мне правую руку, усыпанную украшениями и всякими браслетами. Один же перстень на ее указательном пальце все же отличался от других. Он был серебряным, с крупным фиолетовым камнем, который светился красноватой магией.

Во сне я четко понимала, что от меня сейчас требовалось. Я подошла к богине на один шаг и поцеловала этот камень. В то же мгновение я почувствовала, что в меня вселилась какая-то доселе неизвестная сила. Словно магия этого кольца дала магические силы или же впиталась в меня.

Внезапно теплая волна словно вышибла из сна, как будто меня выбросило из этого зала. Я резко вскочила на кровати и посмотрела на свой талисман. Его магическое свечение вернулось. Только теперь это был не слабый золотисто-оранжевый магический свет, а красно-золотистый с розовым оттенком. Я поняла, что богиня Ванадис меня приняла и теперь я служу только ей.

ГЛАВА 25

Я переживала за впечатлительную и ранимую подругу и попросила Драгфина за небольшую оплату кого-нибудь из его воинов следить за ней. Не дай боги что-то с ней случится, мне перед отцом отвечать.

Очень жаль, что подруга на меня дулась. Погода в Вайерланде была слишком прекрасной, чтобы сидеть летними днями и ночами в мрачной мастерской. Прогулки на свежем морском воздухе, по цветущим полям, пышным рощам — самое лучшее лекарство от плохого настроения. Я же чувствовала себя на побережье отлично и с удовольствием часто гуляла. Странные усталость и сонливость, которые меня мучали в Нидельхейме, прошли.

В один из дней я наконец-то съездила с Драгфином в старое поселение посмотреть на дом, который мне достался в наследство. Когда-то это была маленькая усадьба, огороженная низким забором. Вокруг длинного дома все заросло. Кроме главного строения, в усадьбе были развалившиеся конюшня, засохший колодец и большой покосившийся амбар на сваях. Возле широкой низкой двери в зал висели ржавые рабочие инструменты: коса, отличный топор, молот и копье.

Я пробралась через