Запретные чувства в Академии Драконов - Виктория Миллс

О, нет!

Я тут же попыталась вырваться, отчаянно сражаясь за свою жизнь. Но все оказалось тщетно. Пока в какой-то момент моя рука с пламенем случайно не взметнулась перед глазами змеи, и та не зашипела, в страхе отстранившись.

Ей не нравится свет...

«Титанабу живут в полной темноте и охотятся исключительно по ночам» — вспомнилась вдруг лекция профессора Фига по зоологии.

Нужно было лишь усилить пламя.

В панике я посмотрела на Аманду Трипл, которая стояла примерно в пятидесяти метрах и была бледнее полотна. В дрожащей руке она держала крохотный огонь.

Плевать. Пусть увидит...

Я не умру здесь!

Пытаясь максимально сконцентрироваться, я высвободила магию огня в полную силу. Змея болезненно зашипела, а после резко дернулась и заключила меня еще в одно кольцо, сковав руки и ноги вдоль туловища.

Нет! Нет! Нет!

Я освобождала пламя из пальцев, пытаясь сжечь змею заживо, но на нее не действовал огонь из-за чрезвычайно прочной чешуи.

— Аманда! — в отчаянии прокричала я, чувствуя, как начинают хрустеть мои кости, а боль становится невыносимой. — Помоги мне!

— Я... я... — она испуганно смотрела, пятясь назад. — Я не могу...

— Аманда! — из последних сил произнесла я, ощущая себя будто в титаническом прессе.

— Я приведу помощь! — выкрикнула она, и я увидела, как ее слабый огонек уже мелькает между деревьями и листьями высоких кустарников, отдаляясь все дальше и дальше от меня.

Какая помощь? Вокруг никого...

Аманда просто сбежала!

Я жадно хватала губами воздух, но не могла вдохнуть и крупицы кислорода. Легкие жгло огнем. Казалось, ребра вот-вот сломаются и воткнутся мне прямо в сердце, перед глазами стояла кромешная тьма. Либо из-за того, что я теряла сознание, либо потому, что уже наступила ночь. Я совершенно точно погибала, жалея лишь об одном...

Что так и не смогла увидеться с Мелиной и обнять ее в последний раз.

Я уже прощалась с жизнью, как неожиданно золотистый яркий свет ослепил глаза. Он засиял из глубины ночи и рассеял тьму, проникая в каждую клеточку моего тела, словно наполняя ее жизнью. Такой теплый, лучистый, родной...

И в следующее мгновенье я куда-то провалилась, окончательно потеряв сознание, а с моих губ сорвалось:

— Мое солнце.

27

Я умерла?

Последнее, что помню... это смертоносные объятия змеи, а после невероятно яркий свет, пронзивший кромешную тьму.

Это он прогнал змею? Или я все-таки умерла и попала в рай?

Я открыла глаза, пытаясь справиться с легким головокружением, и увидела перед собой земляной свод пещеры, над которым нависали сухие корни.

Вряд ли это рай!

— Где я? — хрипло прошептала я, медленно приподнимаясь на локтях.

— В безопасности, — раздался до боли знакомый голос, и я ошеломленно вскинула голову.

У входа в пещеру стоял Дарин Форс, сложив руки на груди. Он хмурился, не сводя с меня пронзительного взгляда черных глаз, в которых отражалась злость, осуждение и... беспокойство?

Я растеряно огляделась и заметила, что лежу на широких мягких листьях, рядом на земле валяются пустые склянки из-под зелий, а по периметру горят два самодельных факела.

— Только не говори, что мы находимся...

— Под самим древом. В одной из ее пещер под корнями, — заключил он, отстранившись от земляной стены.

— Что? — я изумленно округлила глаза, чувствуя, как меня охватывает паника. — Нет. Здесь нельзя находиться! Здесь...

Я порывисто поднялась, но голова резко закружилась, и я рухнула. Форс вмиг оказался рядом и поймал меня за талию, не позволив упасть.

— Змея... — произнесла я, тяжело дыша. — Она где-то рядом...

— Титанабу мертва, — хмуро пояснил он, и я подняла на него непонимающие глаза, упираясь ладонями ему в грудь.

— Мертва? — переспросила, не в силах в это поверить.

Да, и как вообще в это можно было поверить? Что случилось с самым большим и опасным чудовищем в Диких землях?!

— Дарин, что произошло?

Форс плотно поджал губы и стал отстраняться, но я не позволила, удержав его за предплечье.

Мне было важно ощущать его рядом, чувствовать его тепло, упругость тела. Рядом с ним даже дышать становилось легче, а сердце начинало взволнованно биться, возвращая к жизни.

— Я помню невероятно теплый и ослепительный свет... — задумчиво прошептала, пока он сурово вглядывался в мои глаза. — Это он прогнал змею?

— Это было лишь мое пламя, — вкрадчиво пояснил он, и на его ровных скулах вдруг заиграли желваки.

Вот только я точно знала, что этот свет был не от пламени...

Слишком яркий, чистый, золотой — словно маленькое солнце!

— Я не...

— Я спас тебя, выдавив змее глаза, — грубо перебил он, и я застыла. — Потом принес сюда, напоил целебным эликсиром и обработал раны. На этом все, Уайт!

Он злился.

Его выразительные хмурые брови смыкались на переносице, чувственные губы напряженно сжимались в тонкую линию, а в глазах отражалось пламя от факелов. Форс вел себя странно.

Внезапно его укоризненный взгляд скользнул по моему обнаженному плечу, и я вдруг в ужасе осознала, что стою перед ним лишь в тонкой майке без куртки, а на моей спине ощущается какая-то повязка.

— Не хочешь ничего объяснить?

Я медленно отпустила его руку, вслушиваясь в оглушительные удары собственного сердца, и Дарин сделал шаг навстречу, вынуждая меня отступить.

— О чем ты?

— Не знаю как, но магия перенесла нас в одно место, — пояснил он, яростно сжав кулаки. — И все это время я наблюдал за тобой. И знаешь, что? Увидел много чего интересного!

Страх сковал легкие. Хотелось жадно дышать, используя весь кислород мира, но я лишь напряженно молчала, стараясь не выдать своего волнения.

— Что именно ты видел? — произнесла дрожащим голосом.

— Все, — твердо ответил он, продолжая наступать. — Как ты добыла воду, как несколько раз применила магию земли и как призвала невероятно сильное пламя, глупо пытаясь сжечь змею с алмазной чешуей.

Я пятилась назад сквозь свисающие корни, которые Дарин медленно отодвигал рукой, наступая на меня, пока не уперлась во что-то спиной.

— Кто ты такая, Мелисса Уайт? — яростно прорычал он, и я нервно сглотнула, глядя в его пылающие глаза. — Откуда у тебя такая сила? И что означает серебряная метка на твоей спине?!

Я не знала, что ответить. Мысли лихорадочно метались в голове, перебирая всевозможные варианты, а его близость сбивала с толку.

— Как ты узнал про метку? — хрипло прошептала я, так и не найдясь с ответом.

— Снял с тебя куртку и залез под майку, чтобы обработать твои раны, — бесцеремонно ответил он, явно ожидая услышать другое.

— Я объясню... — произнесла я, и он угрожающе склонился надо