Падшая наследница - Т. С. Калбрет

И я не смогла ответить.

Потому что мы оба уже знали.

В голове у меня все закружилось, громко и безжалостно.

Он нашел брачный контракт. Он знал о Брюсе. Он заглянул в мою жизнь, не сказав мне. Возможно, это было для того, чтобы защитить меня. Может быть, это было и не так.

Но если он знал все это... Что еще он знал? И как долго. Этот телефонный звонок был больше месяца назад.

У меня внутри все перевернулось. Было ли хоть что-нибудь из этого реальным?

Хотел ли он когда-нибудь меня — или я была просто головоломкой, которую ему нужно было разгадать? Испорченная женщина с хранилищем, полным тайн, и соответствующим состоянием.

Я моргнула, пытаясь заглушить рев в голове. Но это было бесполезно. Сомнения были громче, чем биение моего сердца, громче, чем голос, который раньше говорил мне, что с ним я в безопасности.

И именно тогда его голос прорвался сквозь это — дрожащий, надтреснутый, как будто он больше не мог сдерживаться.

— Я знал твою мать, — тихо сказал он.

Я резко повернула к нему голову.

Он выглядел опустошенным. Уставшим. Таким грубым, какого я никогда раньше не видела. — Я не хотел говорить тебе вот так. Я вообще не хотел тебе говорить — до тех пор, пока не убедился, что смогу обеспечить твою безопасность. Но я больше не могу тебе лгать.

Я перестала дышать.

Он провел рукой по волосам, словно тянул время, которого у него не было. — Барбара и я... мы работали вместе. На протяжении многих лет. Я не могу рассказать тебе подробностей. Только то, что твоя мать доверяла мне. За много лет до того, как я встретил тебя, она доверяла мне.

Его глаза встретились с моими — темные, умоляющие. — Достаточно, чтобы попросить меня защитить тебя, когда она знала, что надвигается что-то плохое.

Мои легкие перестали работать.

— Она прислала мне письмо прямо перед катастрофой. Сказала, что Брюс был не тем, за кого себя выдавал. Сказала, что была напугана. У нее не было доказательств, не тех, которые можно было бы предъявить в суде, но она знала, что что-то не так. Ее слова до сих пор преследуют меня… она сказала, что со временем ты ей ни за что не поверишь...

Его голос дрогнул.

— Я поехал в Алабаму, чтобы найти тебя. Чтобы сдержать обещание, которое у меня так и не было возможности дать. Но тебя уже не было.

Он прерывисто вздохнул, как будто вся его жизнь зависела от выхода этой следующей части. — Когда я увидел тебя той ночью в своем клубе с Милли — это было похоже на судьбу. Как будто твоя мама привела тебя ко мне, когда я не мог найти тебя сам. И поверь мне, я искал.

Осознание этого сильно ударило меня прямо в живот. — Это ты оттащил от меня того мужчину в клубе?

— Да, — сказал он, глядя мне в глаза, голос теперь дрожал. — И через несколько дней ты открыла дверь. Ты согласилась притвориться, что встречаешься со мной, и я принял это, потому что это означало сближение. Но это была не игра, Саванна. Ничего из этого не было. Я не ожидал, что влюблюсь в тебя.

Он сокрушенно выдохнул. — Но я сделал это. Сильно. И с тех пор я не могу нормально дышать. И если тебе интересно, мне не нужны твои деньги. У меня есть свои.

Навернулись слезы, но они не потекли. Пока нет.

Потому что, хотя я могла видеть правду на его лице — даже несмотря на то, что все, что он говорил, становилось на свои места, — это не заставляло боль уходить.

Это не стерло предательства.

Он не мог доверять мне настолько, чтобы сказать правду.

Но я тоже не доверяла ему.

Вот мы и были. Два человека, держащиеся за ложь. Сдерживали части самих себя, как будто готовились к войне.

И что хуже всего?

Мы оба уже проиграли.

— Мне нужно подышать свежим воздухом, — сказала я, медленно вставая.

Его пристальный взгляд отслеживал каждое мое движение. — Саванна...

Я не могла смотреть на него. Не сейчас.

— Джексон, — сказала я, с трудом сглатывая, выдавливая слова, хотя они были похожи на стекло в моем горле. — Мне нужно, чтобы ты ушел.

Все его тело напряглось. — Пожалуйста,.. пожалуйста, не делай этого.

Вот оно — отчаяние, грубое и хриплое в его голосе. То, как он надломился на слове пожалуйста чуть не сломило меня.

Но я не могла. Не сейчас. Не тогда, когда все внутри меня рушится. Мне просто нужно немного времени. Тишина. Секунда на размышление без того, чтобы мысли всех остальных давили на мои.

Он не пошевелился.

— Я здесь в безопасности? — спросила я, наконец, поднимая глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. Собрав все свое мужество, которого у меня не было.

Его брови сошлись на переносице. — Что?

— Я в безопасности здесь, дома? — повторила, на этот раз медленнее, каждое слово было преднамеренной мерой контроля, которой я не чувствовала.

— Да, — сказал он тихо, но хрипло. — Здесь ты в безопасности.

— А ты — или Бен — будете прямо за этой дверью, если мне понадобится кто-нибудь из вас?

Его челюсти сжались. — Да, — повторил он. — Мы оба будем здесь. Всегда.

Я кивнула.

— Тогда, Джексон... - мой голос дрогнул, но я не позволила колкости задержаться. — Пожалуйста. Мне нужно, чтобы ты ушел.

На этот раз он не стал спорить. Он просто постоял немного, уставившись на меня так, словно я только что украла почву у него из-под ног, прежде чем медленно повернуться и выйти за дверь.

Но прежде чем полностью выйти, он остановился.

Он оглянулся на меня в последний раз, как будто, может быть, если он запомнит мое лицо, то сможет сохранить его при себе. Затем он ушел.

Я прислонилась лбом к двери, холодная поверхность никак не могла успокоить хаос, бушующий внутри меня. Истощение окутало меня, как вторая кожа — плотная, неумолимая. Каждая частичка меня чувствовала тяжесть, как будто я не спала несколько дней.

Затем я услышала это — слабейший звук — и поняла. Он все еще был там, по другую сторону двери. Сползающий на пол, безмолвный с разбитым сердцем, где он, вероятно, пробудет всю ночь. Но я не стала открывать ее снова. Я не могла.

Вместо этого я заставила свои ноги двигаться, неуверенный шаг за шагом направляясь к единственному месту, которое могло предложить немного покоя. Моя спальня. Подальше от мира. Подальше от всего.

Но