Развод в 40. Жена с дефектом - Анна Нест

не красивое слово для самообмана. Это факт. Такой же очевидный, как этот дом, этот подъезд, этот холодный день. Я люблю ее без надрыва, по-взрослому. И я знаю, что нравлюсь ей. Я это чувствую.

И именно поэтому мне страшно.

Потому что через несколько минут все может перевернуться. Одно слово — и я либо стану частью ее жизни, либо окончательно пойму, что мне там не место. И я не уверен, что готов к любому из этих исходов.

В голову снова лезут мысли, от которых я злюсь сам на себя. Я думаю о предательстве, о доверии. Думаю о том, что я так и не научился верить до конца. Внутри все равно срабатывает этот чертов предохранитель: «Не привязывайся, не отдавайся, будь готов уйти первым…»

Я думаю о том, смогу ли я когда-нибудь по-настоящему довериться женщине. Ловлю себя на том, что снова начинаю примерять к Мие чужие поступки. Чужие ошибки. Чужую боль.

И это неправильно.

Я выдыхаю. Медленно. Так, как учил себя дышать в те моменты, когда нужно принять решение, а не убегать от него.

Руки сами тянутся к рулю. Я завожу машину и выруливаю со двора. Я уезжаю.

Если бы кто-то сейчас смотрел со стороны, он бы решил, что я сбежал, что испугался, не выдержал. И, наверное, это было бы недалеко от правды.

Я еду и думаю о том, что не имею права наказывать Мию за чужие ошибки. За чужое предательство. За чужую ложь. Она не делала мне больно. Она ничего у меня не отнимала. Наоборот — она появилась в тот момент, когда я уже почти смирился с мыслью, что так и буду жить с аккуратно сложенными в коробку чувствами. Но ей одним взглядом удалось растопить мое сердце.

Я глушу двигатель и выхожу из машины. Холодный воздух ударяет в лицо, будто приводит в чувство. Я стою пару секунд, потом иду, даже не понимая куда. И только через несколько шагов осознаю, что остановился я ровно там, где нужно.

Магазин. Светлый. С большими витринами.

Я смотрю на вывеску и понимаю, что нахожусь в правильном месте. Мне нужно действовать. Я не могу больше ходить вокруг да около. Не могу все время «проверять», «сомневаться», «ждать удобного момента». С Мией так не получится. С ней либо все по-честному, либо нужно отступить.

А отступать я больше не хочу.

— Ты должен это сделать, — говорю вслух.

Мне нужно сделать шаг. Нужно сблизиться. Нужно перестать держать дистанцию и прятаться. Да, я не знаю, чем это закончится. Да, я не могу ничего планировать заранее. Но я точно знаю, что хочу быть с ней здесь и сейчас. Хочу почувствовать, насколько мы совпадаем.

Мысли становятся двусмысленными, спутанными. Я думаю о нашей первой ночи. Представляю, как это может быть. Думаю о том, что нельзя строить планы, пока не поймешь, насколько вы подходите друг другу.

Я толкаю дверь и захожу внутрь…

Я думаю о нашей совместимости так, как думают о ней взрослые люди, а не герои романтических комедий. Не о том, совпадают ли наши любимые песни и не о том, кто как мы целуемся в подъезде. Самая честная проверка — это когда вы живете вместе. Когда утро начинается не с ожидания встречи, а с реальности. Когда ты видишь человека не только красивым, но и уставшим, молчаливым, раздраженным. Когда не разбегаешься по разным концам города, а делишь одну постель, одну кухню, одну тишину. Да, именно так и нужно.

Но я не хочу жить с Мией просто так.

Эта мысль очень четкая. Я не из тех, кто предлагает «давай попробуем пожить вместе», как будто речь идет о новом ресторане или абонементе в спортзал. С Мией так нельзя. Потому, что она слишком ценная для меня.

Сначала — предложение, потом — все остальное.

Я хочу, чтобы она знала, что я выбираю ее не на пробу. Не на время. Не до первых трудностей. Я выбираю ее всерьез. А уже потом — совместные утра, ее чашка на моей кухне, ее вещи в моем шкафу, ее присутствие в моей жизни.

Я помню, что у нее нет собственного дома. Но я не вижу в этом проблемы. Я не хочу «переезжать к ней» или «жить на два адреса». Я хочу, чтобы она пришла ко мне. В мой дом. В мою жизнь.

Мы не дети. Мне не шестнадцать, чтобы бесконечно гулять, целоваться на лавочках и расходиться по разным квартирам с ощущением недосказанности. Я хочу Мию. Я люблю ее. И самое главное — я не хочу больше проводить вечера без нее. Не хочу возвращаться в пустую квартиру и делать вид, что мне нормально. Мне не нормально. Мне хочется, чтобы она была рядом. Чтобы я знал, что сегодня она будет со мной. И завтра тоже.

С этими мыслями я открываю дверь ювелирного магазина.

Здесь тихо. Светло. Все выверено до мелочей. Воздух будто другой. Здесь спокойно и красиво. Это добавляет мне уверенности. Я иду вдоль витрин и понимаю, что уже не нервничаю. Ни капли. Как будто это решение зрело во мне давно, а сейчас просто оформляется в действие.

Я смотрю на кольца не как мужчина, который «покупает украшение». Я смотрю как тот мужчина, который выбирает символ. Обещание.

Я не ищу самое дорогое. И не ищу самое модное. Мне не нужно, чтобы кольцо кричало. Мне нужно, чтобы оно говорило. Так же, как я сам собираюсь сказать Мие главное.

Я представляю ее руку. Ее пальцы. Представляю, как она чуть сжимает ладонь, когда волнуется. Думаю о том, как кольцо будет смотреться именно на ней. И сразу отсекаю половину вариантов. Слишком вычурно. Слишком холодно. Слишком чужое.

Мне нужно лучшее. Но лучшее не по цене. По ощущению.

Я выбираю долго. Не тороплюсь. Спрашиваю. Слушаю. Но решение принимаю сам. Потому что это моя ответственность. Мой выбор.

И в какой-то момент я понимаю — вот оно.

Кольцо простое. Но камень светится так, что кажется живым. Не кричит о себе, но его невозможно не заметить.

Я беру его в руки и чувствую странное спокойствие. Такое бывает, когда ты наконец делаешь правильный выбор, когда не идешь на компромисс с собой, когда не прячешься за страхами.

Я улыбаюсь. Я знаю, что я готов. И я знаю, для кого.

Глава 66

Мия

Я хожу по комнате. Медленно, потом быстрее, потом снова замедляюсь, как будто от темпа