Поместье Элдрит - Авина Сент-Грейвс

него на лбу пульсирует, когда я показываю ему средний палец и разворачиваюсь, чтобы последовать за людьми в гостиную. Я чувствую, как по спине пробегает дрожь от разочарования, когда я прохожу сквозь человека, а другой чуть не врезается в меня плечом. Я на грани второго срыва.

Потому что я солгала.

Мне не всё равно.

Мне не всё равно, что я мертва и что я такой же незначительный человек, как и та девушка, которая была настолько глупа, что вернулась сюда.

Мои мышцы напрягаются, когда я сосредотачиваюсь на том, чтобы принять форму и пройти сквозь следующего человека. Когда я вижу, как они спотыкаются, мне на мгновение становится легче. То же самое происходит со следующим человеком, и с тем, кто идёт за ним, и ничего не меняется, пока я не срываюсь в истерику, не начинаю швыряться вещами, не устраиваю беспорядок и не злюсь на людей так же сильно, как они злятся на меня.

Я покачиваю головой в такт музыке, позволяя своему телу двигаться в ритме и под смену мелодий, пока хаос не превращается в танец. Я двигаюсь в такт музыке, пробираюсь сквозь толпу, кружусь, верчусь и толкаюсь, как будто все вокруг только этим и занимаются. И всё это время я чувствую на себе обжигающий взгляд, который следует за мной из комнаты в комнату. На этот раз я усвоила урок. Я не осмеливаюсь подойти к нему. Я продолжаю двигаться, осмелевшая от чистой злобы, и нарочито покачиваю бёдрами.

Демон может говорить что угодно, но он не может игнорировать тот факт, что я его возбуждаю. Возможно, это не мой выбор, но факт остаётся фактом. И один взгляд на то, как дёргается мышца на его щеке, как напряжённо сжаты его челюсти и как натягивается ткань на его брюках, говорит мне, что этот факт не изменился.

Я делаю вид, что не замечаю боли в его глазах, но цепляюсь за неё, как за живую, дышащую нить, связывающую меня с реальностью. Это подпитывает меня и превращает в вредителя, которым я всегда должна была быть, в то время как Линкс дуется в углу с таким видом, будто кто-то только что проклял весь его род.

Краем глаза я замечаю мужчину, который направляется к демону, и у меня внутри всё переворачивается. Это Митчелл. Что… что он здесь делает? Я не видела его много лет. Наверное, со времён выпускного в старшей школе?

Мы какое-то время встречались. Это было не так уж серьёзно — по крайней мере, не для меня. Он был слишком любвеобильным, и я не могла заставить его провести остаток жизни с кем-то, у кого столько же забот, как у меня. Нам было всего по четырнадцать, так что это не имело особого значения.

Митчелл связался со мной после того, как у моих родителей всё пошло наперекосяк, и снова, когда Элле стало хуже, предлагая помочь или поддержать меня любым возможным способом. Но я думала, что он переехал на другой конец страны. Что он здесь делает? У меня сжимается сердце, когда я вижу, как он приближается к демону, нахмурив брови в беспокойстве за убийцу.

Затем меня охватывает паника.

Линкс съест Митчелла на завтрак и ещё оставит место для десерта.

Я подбегаю к ним, готовая при необходимости ударить демона в горло. Я скорее умру, чем позволю такому невинному человеку, как мой бывший, ввязаться в это дерьмо с Сатаной-младшим.

Взгляд этого придурка перескакивает с меня на человека, и, клянусь, температура падает, когда я слышу, как Митчелл спрашивает:

— Ты в порядке, чувак?

Смертоносный взгляд Линкса устремляется на меня, и мне кажется, что он видит все мои воспоминания о Митчелле. Все эти пошлые подростковые поцелуи, прикосновения, улыбки.

Между мной и моим демоном что-то есть, это ясно, но ни один из нас не признается в этом. Сейчас точно не время.

Его челюсть напрягается. У меня перехватывает дыхание.

Я вижу искру ревности в его глазах, и мне кажется, что мне это… нравится.

Затем я с ужасом наблюдаю, как Линкс бросается вперёд и хватает Митчелла за горло. Я кричу и бросаюсь вперёд, чтобы оттолкнуть Линкса, становясь жалким барьером между двумя мужчинами.

Гости вечеринки останавливаются, чтобы посмотреть на происходящее. Пара парней помогают Митчеллу подняться на ноги, но остальные достаточно умны, чтобы держаться на расстоянии от существа, которое излучает в комнату горячую энергию. Только он не замечает никого, кроме меня.

Его кулаки дрожат, когда он смотрит на меня взглядом, полным чистой ярости, способной соперничать с солнечным жаром.

Кто-то толкает его. Он не сдвинется с места. Другие кричат на него. Я ничего не слышу. Он тоже. Между нами только белый шум и потрескивание статического электричества. Он их не видит.

Только меня.

Это пугает меня больше, чем когда часть тела Митчелла проходит сквозь меня и транс рассеивается. Мы наконец отводим взгляды друг от друга, и он пытается обойти меня, а в его глазах горит ярость самого Дьявола.

Я преграждаю ему путь, кладу обе руки на грудь Линкса, чтобы вывести его из этого состояния.

— Что с тобой, чёрт возьми, не так? Прекрати.

Сильные пальцы вплетаются в мои волосы и оттягивают мою голову назад, так что я смотрю на него снизу вверх. По моей спине пробегает электрический разряд, когда его глаза вспыхивают красным. Все мысли о нашей аудитории и о том, что они могут увидеть, учитывая, что я невидима, вылетают у меня из головы, когда он сокращает расстояние между нами, и наши губы оказываются всего в паре сантиметров друг от друга. Его горячее дыхание обжигает мою кожу, и от нарастающего напряжения у меня сводит живот.

Моё дыхание замирает, когда я опускаю взгляд на его губы и вижу, как он хрипло произносит:

— Это твоя вина. Либо ты, либо он.

По моей коже бегут мурашки. Я остро ощущаю каждую открытую часть своего тела и то, как его тяжёлое дыхание согревает мою грудь.

— Ч-что?

— Ты прекрасно меня расслышала, — он убирает руку с моих волос, но не отходит. — Беги, иначе сегодня ночью умрёт кто-то ещё.

Я отступаю, не обращая внимания ни на что вокруг: на парней, кричащих на Линкса, на громкую музыку, на любопытные перешёптывания людей, которые смотрят в нашу сторону. Я бы не обратила на них внимания, даже если бы захотела. Моё несуществующее сердце бешено колотится в груди, и все возражения и гневные слова исчезают из моей головы.

Всё, что я вижу, —