Разведенка - Маргарита Аркадьевна Климова

— Почему-то я не удивлена, — прошла на кухню, скидывая шубку и поправляя причёску, сделанную, скорее всего, для этого случая. — Обрабатываешь моего клиента, хотя у меня договорённость с Арсением о конечной цене.

— Тут много недочётов, — выдвинул вперёд нижнюю челюсть Гарик, становясь похожим на бульдога. — Тесно, фасад облупился, крышу придётся менять. И по полам у меня большие сомнения. Ходил и боялся провалиться.

— Полы здесь крепкие, — несколько раз демонстративно подпрыгнула Юля. — На покраску и замену крыши агентство затратит намного меньше, чем та скидка, что ты пытаешься выбить, а теснота в таком доме скорее закономерность, чем исключение. Все эти нюансы я продемонстрировала Арсению в подробных фотографиях. А также указала на новый септик, на скважину, на удобства, заведённые в дом, на приличный по размеру участок и на плодовый сад.

— Если бы Арсения полностью устроило это предложение, меня бы он не прислал, — сверкнул злым взглядом Игорёк, задержавшись на вырезе, подчёркивающем красивую грудь и заманчивую ложбинку.

— Хорошо, — скрестила на той самой груди Юля руки, приподнимая её. По губам мужчины в этот момент скользнула победная улыбка. — Позвоню в «Райский дом». Они более сговорчивые и менее жадные.

Рожа господина Гарика вытянулась, острый кадык судорожно прошёлся по горлу, а уголок глаза нервно дёрнулся, когда до мужчины дошёл смысл сказанного.

— Мне нужно сделать звонок, — сглотнул риелтор, потирая лоб, собравшийся гармошкой.

— Звони, Игорёк. Звони, — растянулась в ехидной улыбке Юля.

В процессе их перепалки не сразу заметила, что у нас появился свидетель, прилипший спиной к косяку и препарирующий меня крошечные кусочки.

Глава 47

Это стало напоминать какой-то театр абсурда. В любой мало-мальски важный или специфический момент вдруг появлялся Димка. То ли у него проявился необычный талант находиться в ненужном месте в ненужное время, то ли в прошлой жизни он был затычкой в каждой бочке. О том, что Сытников осваивал азы сталкерства даже не хотелось думать.

— Продаёшь дом? — осуждающе поинтересовался Димон, глядя на меня как на предателя. — Могла бы сказать, что у тебя проблемы с деньгами. Я бы помог.

— С деньгами проблем нет, — стушевалась, но попыталась сразу взять себя в руки. — Я избавляюсь от движимого и недвижимого имущества и уезжаю к маме.

— К-как к маме? К-куда? — поперхнулся Дима, отклеиваясь от дверного косяка и задевая плечом Гарика, метнувшегося мимо него, чтобы сделать звонок.

— В Регенсбург. У неё с мужем ферма и большой дом. Нам с детьми будет лучше у них. И помогут, и поддержат.

Поймала себя на мысли, что зачем-то оправдываюсь перед Сытниковым, хотя не должна так себя вести. Дружеские отношения не обязывают отчитываться за свою жизнь и открываться нараспашку, даже если Дима воспылал ко мне чувствами.

— Я же тебе тоже помогаю, — растерянно развёл руками Димон. Разве что нижнюю губу не выпятил и не всхлипнул. — Зачем уезжать?

— Понимаешь, Дима, — обхватила его за локоть и потащила в сторону спальни. — Мне тяжело здесь находиться после всего, что произошло. Каждая вещь напоминает о Руслане. Просто, если я не улечу далеко, то депрессия мне обеспечена. А рожать и растить малыша в депрессивном состояние не самый лучший вариант.

— Поэтому я и предложил тебе выйти за меня замуж, — с надрывом выплюнул Сытников, хватая меня за плечи и пытаясь притянуть к себе. — Мы вместе прошли бы и беременность, и роды, и все важные моменты во взросление ребёнка.

— Господи, Дима! — оттолкнула парня, теряя терпение. Почему-то стало тошно от его сценария совместной жизни. — Да не люблю я тебя! Ты замечательный друг, и спасибо тебе за всё, что для нас делаешь, но дружба не повод для брака. Замуж надо выходить по любви, а не от безысходности.

— Ты уже вышла по любви. И в койку к Русланчику прыгнула по любви, — сквозь зубы процедил рыжий, стараясь побольнее укусить. — И какой результат?

— Пошёл вон, — прошипела, делая шаг назад и отворачиваясь от него. — Надеюсь, ты проанализируешь всё сказанное и сделаешь выводы.

— Люд, прости. Сморозил глупость, — попытался остановить меня Сытников, но я одёрнула руку.

— Уходи. Не делай ещё хуже, чем уже сделал.

Дима шёл, виновато ссутулив плечи и опустив голову. Вроде, стало немного жаль большого ребёнка, но с другой стороны захотелось накидать заковыристых фраз ему в спину. И дубиной огреть по горбу, чтобы пригибался ниже и бежал быстрее.

— Мы согласны на оговоренную ранее сумму, — ворвался в тишину наигранно позитивный голос Гарика. Его глаза при этом горели злостью и какой-то ненормальной похотью. И вторые отблески относились явно к Юлии и к её декольте на кофте. — Сделку готовы провести через два дня, как только подготовим пакет документов.

— Вы тогда со всеми вопросами и со временем встречи звоните, пожалуйста, Юлии, — кивнула и вежливо указала ему на дверь.

Сил общаться с дерьмоватыми субъектами у меня уже не было. Странно, но в данный момент и Дмитрия я отнесла к этой воняющей породе. Хотелось какого-то душевного тепла, понимания. Расслабиться, в конце концов. Чтобы не задумываться о словах, вылетающих изо рта, и о действиях, провоцирующих слабость.

— Юль, давай тебя провожу, — тормознул у выхода Игорёк, ковыряясь с молнией куртки.

— Я задержусь, — надменно выгнула бровь Юлия, окидывая Гарика-козла брезгливым высокомерием, словно из-под плинтуса таракан вылез. — Копии наших документов перешлю на почту.

Риелтор потоптался ещё с пару секунд, посверлил Юльку злостью и вышел, на удивление тихо прикрыв за собой дверь. Точно также уравновешенно обошёлся с калиткой, а вот тронуться спокойно уже не получилось. Пробуксовку и летящие в забор ледяные комья слышно было даже в доме.

— Пойдём чай пить, — довольно потёрла ладошками и заглянула к Ромашке в закуток, где смотрели мультики дети. — Пирожки есть будем?

— Даааа! — подскочила ребятня. — Пирожки!

Мы чаёвничали, болтали на нейтральные темы и со смехом вспоминали опавшее лицо Игорька, когда на пороге нарисовалась Юля, махнув полами шубки и кудрями волос.

— Я машину ещё продаю, — невзначай ввернула в разговор. — Предложи по знакомым. На ней почти не ездили. До меня простояла в отапливаемом гараже, а я накатала максимум тысяч шесть километров.

— Папе скажу. Он не доверяет современному автопрому. Ворчит, что пластмассовое говно стали делать. Раньше, говорит, машины неубиваемые были, а сейчас разваливаются прямо в салонах, — хихикнула Юля, суя руку в лукошко. — Рецепт дашь? Ничего вкуснее не ела.

Посидев ещё немного, Юля уехала домой, а я протёрла после гостей полы, запекла в печи картофель, настругала капустный салат, заварила на компот сухофрукты. Вечер в тишине, без