Дьявол. Ставка на любовь - Екатерина Белая

class="p1">Тяжесть, которая сжирала меня последнюю неделю, окончательно рассеивается. Рядом с рыжулей даже дышится легче, а все головняки кажутся какими-то несущественными. Пустыми.

У Вики есть офигенная способность активировать во мне режим спокойствия. С ней я максимально расслаблен. Жизнь кажется понятной. Проблемы далёкими. Поэтому, пока мы идём до тачки, я кайфую от близости Лисёны. Слушаю её голос, смех. Ловлю живые эмоции на лице.

А ещё мне хочется постоянно прикасаться к ней. Чувствовать нежность кожи, перебирать шелковые пряди длинных волос.

Достаю мобильник и делаю пару селфи с Викой, потому что мне необходимо её присутствие даже на заставке телефона. И да, это попахивает одержимостью. Но мне плевать.

— Надо длину немного подрезать, — заявляет Лисёна в машине, когда я в очередной раз трогаю её волосы.

— Даже не думай об этом.

— Почему?

— Потому, — тяну её за прядь и целую пухлые губы. — Мне нравится так. Не надо ничего резать.

Улыбнувшись, Вика ластится ко мне, как кошка. Утыкается лицом в шею, целует, заставляя меня прикрыть глаза от кайфа.

— Я скучала, Максим, — шепчет. — А ты?

— Тоже скучал, — признаюсь и перетягиваю её к себе на колени.

Не планирую никакого разврата. Просто потискаю свою девочку немного, и поедем.

— А ты вспоминал… ну… — смущаясь, Лисёна ведёт ноготком по моей груди, — как мы…

— Наш секс? — спрашиваю, ощущая напряжение в паху. — Его трудно забыть.

— Надеюсь, в хорошем смысле? — Её ладонь скользит ниже.

— В лучшем. А к чему допр...

Замолкаю, рвано выдохнув. Потому что Вика задирает мою футболкуи поглаживает пресс.

Пересекаемся с ней взглядами. Я вопросительно приподнимаю бровь, рыжуля краснеет.

— Я тоже вспоминала, — выдыхает она, облизывая губы.

— Что именно вспоминала? — интересуюсь севшим голосом.

И медленно скольжу руками по стройным ногам. Забираюсь под сарафан, вминаю пальцы в бёдра, притягиваю Вику ближе, заставляя обнять меня за шею.

— Я не произнесу это вслух, — мотает головой.

— Почему?

— Потому что стыдно.

— То, что происходит между нами — не стыдно.

Ласкаю бархатную кожу бёдер пальцами, неторопливо распаляя свою девочку. Она очень чувствительная. Завести её — дело нескольких секунд. Единственное, в чём сложность — самому не потерять рассудок.

— Скажи, Лисён, — хрипло шепчу ей на ушко. — Чего хочешь? Этого? — касаюсь наглыми пальцами самой чувствительной точки.

Вика дрожит и часто дышит, выпуская коготки в мои плечи. Её веки тяжелеют, взгляд теряет осознанность.

— Я… хочу…

Зажмурившись, она глухо стонет, сосредотачиваясь на движении моих пальцев. А я наблюдаю за ней с маниакальной зависимостью. Упиваюсь её нежностью и пытаюсь контролировать себя и ситуацию. Но с каждой секундой контроль даётся мне всё сложнее. Особенно когда пальчики Лисёны добираются до резинки моих штанов.

— Я хочу почувствовать тебя… — обжигает она горячим шёпотом мои губы.

И целует так сладко и жарко, что сознание вырубается к чертям собачьим. Мгновенно. Необратимо.

Но я всё же помню, что секс должен быть безопасным, и что ни мне, ни тем более Вике не нужны последствия в виде внезапного залёта. Дети в ближайшем будущем не входят в мои планы. Поэтому машинально тяну руку к козырьку, где у меня всегда лежат резинки.

Нетерпеливо выхватываю фольгированную упаковку, вскрываю её, а дальше всё на автомате. Мозг вырубается, остаются только инстинкты, которые остро реагируют на каждое движение Лисёны. На то, как она царапает мою шею коготками. Как откликается на каждое прикосновение. Чувственно. Податливо.

Стараюсь не быть резким. Медленно заполняю её и, сжав зубы, дурею от кайфа, чувствуя горячий стягивающий жар.

Вика стонет и ёрзает, заставляя меня резко смять округлые ягодицы и пресечь её движения.

— Не торопись, — рычу ей в губы. — Привыкни.

Она слишком миниатюрная для меня. Я должен помнить об осторожности и не навредить.

Это последняя здравая мысль, которая посещает мозг. Дальше происходит грёбанное затмение, потому что рыжуля игнорирует мои слова. Она целует меня, мягко раскачиваясь. И каждое её плавное движение отдаётся в теле крышесносным кайфом.

Зарываюсь пятернёй в длинные волосы и тяну их назад, заставляя Лисёну открыть мне доступ к шее. Жадно целую кожу, пробую на вкус. Срываю лямки сарафана с хрупких плеч, стягиваю ткань с груди и сминаю ладонями нежное тело.

Быть ласковым не получается. Вика пробуждает во мне первобытный голод. Я становлюсь диким. Грубым. Неуправляемым.

Откидываюсь на спинку сиденья и хрипло рычу, пожирая свою девочку плотоядным взглядом. Впиваюсь пальцами в её бёдра. Направляю. Задаю темп. Помогаю набирать высоту. А у самого вены горят от бешеных толчков крови. Жилы стягивает, мышцы напрягаются до предела, спину жаром ошпаривает.

Никогда и ни с кем такого не испытывал. И контроль не терял даже с самыми умелыми девками, потому что это была тупо механика.

С Викой всё иначе.

С ней я зверею. Слетаю с катушек, видя, как она изгибается на мне. Как судорожно цепляется за мои плечи, как сладко стонет, приближаясь к финалу.

Хочу видеть её глаза. Кладу руку на затылок Лисёны и, поймав затуманенный блестящий взгляд, делаю несколько резких движений бедрами. Довожу малышку до края и, ощутив первую волну её дрожи, не выдерживаю и тоже срываюсь в бездну. Рычу утробно. Слепну и глохну на несколько мгновений. Окунаюсь в ни с чем не сравнимый кайф. Улетаю.

Когда прихожу в себя, Вику всё ещё лихорадит. Успокаиваю её поцелуями. Глажу по волосам, спине. Сдавливаю хрупкое тело в объятиях и улыбаюсь, как дурак. Как счастливый дурак, если быть точным.

Всё-таки мне нереально повезло с Лисёной. Темпераментная девочка, чувственная, горячая. И в то же время правильная, честная, редкая…

— Ты улыбаешься, — Вика проводит пальцами по моим губам.

— Мне хорошо с тобой.

— А мне с тобой, — она тоже улыбается. — Я люблю тебя, Максим.

Напряженно застываю и молчу в ответ. В грудине всё сдавливает, язык немеет. Сглатываю сухость в горле и не могу проговорить вслух то, что чувствую. Впадаю в ступор. Теряюсь.

Но Лисёна не замечает этого и не обижается на моё молчание. Она продолжает мечтательно улыбаться и смотрит на меня преданным взглядом. Нежно ведёт пальцами по моей щеке. Дарит ласку, которую я не заслужил…

— Надо ехать, — перехватываю её ладонь и отвожу в сторону. — У меня ещё тренировка сегодня. В «Бездне».

— Ты к папе больше не ходишь?

— Нет, — коротко отвечаю.

Умалчиваю о том, что в последнюю встречу с Палычем я чуть ему не втащил. Так сильно хотел найти Вику, что немного переборщил с эмоциями — припёр её батю к стене и, не получив ответа, чуть не сломал ему нос.

За это он вышвырнул меня из секции. Да и пофиг. В «Бездне»